Убийца для Пономаря

Ширянов Баян

Целитель вернул своего двойника в Москву. Уже выйдя из медитационного состояния, Дарофеев попытался прикинуть, кому же по силам воздвигнуть встреченную им защиту. Всяко получалось, что это плод коллективного творчества, ведь для ее постоянного поддержания в рабочем состоянии требовалась уйма психической энергии, а одному человеку это было явно не под силу. Следовательно, здесь всплывает целая организация. И Пономарь порадовался, что не стал прошибать лбом встретившуюся стену, иначе еще неизвестно, в чьи лапы он бы попал.

Но теперь,

зная с чем приблизительно ему придется столкнуться, Игорь Сергеевич наметил программу подготовки нового, более совершенного энергетического двойника для встречи с неведомым и, загрузив ее в подсознание, чтобы она работала там, не мешаясь под ногами, отправился спать. Сроком полной готовности дубля Дарофеев назначил три часа пополудни завтрашнего дня.

Глава 7

– 1 -

Дождь начался еще ночью, и Дарофеев, несмотря на то, что выехал несколько раньше обычного, на прием все же опоздал. Когда он вышел из лифта, на площадке перед его филевской квартирой уже стояли четверо пациентов. Их зонты, раскрытые, сушились тут же, на лестнице.

Открыв дверь, Игорь Сергеевич вошел первым. За ним, в порядке очереди, шествовали больные. На переодевание ушли считанные минуты, и вскоре целитель уже зажег свечи и был готов к размахиванию руками.

Около одиннадцати в комнату, сутулясь, зашла Мария Михайловна Простова. Она робко примостилась на краешке стула и, когда целитель, оторвавшись от писанины, посмотрел на женщину, его встретил недобрый изучающий взгляд.

За те дни, которые прошли со времени ее прошлого визита, Пономарь так и не удосужился разобраться с пропажей дочери Простовой. Врать на прямую Дарофеев не мог себе позволить, и поэтому решил ограничиться полуправдой.

– К сожалению, ничем пока не могу вас порадовать... – Игорь Сергеевич сделал скорбное выражение лица и развел руками. Мария Михайловна ничего не ответила и продолжала пристально изучать рот экстрасенса.

– Могу со всей определенностью сказать лишь одно: она жива но локализовать ее я пока не смог. Это, действительно оказалось весьма трудной задачей и я понимаю моего коллегу, который не смог этого сделать...

– Все вы покрываете один другого... – Едва слышно прошептала Мария Михайловна, но Пономарь разобрал-таки ее слова и сделал вид, что не расслышал.

Женщина в этом случае была категорически не права. При том количестве людей, получивших дипломы народных целителей, конкуренция среди экстрасенсов была весьма сильной. И каждый пытался утопить своего коллегу, всячески нахваливая себя и говоря гадости в сторону всех прочих целителей. Дарофеев же, напротив, отзывался обо всех более-менее ровно, не выдавая пациентам, что же на самом деле он думает о способностях каждого из целителей, после сеансов которых, так и неизлеченные, больные попадали к Игорю Сергеевичу.

– Но я, повторяю, приложу все усилия, чтобы найти вашу дочь... – Проникновенно сказал

Пономарь. Но взгляд Марии Михайловны остался таким же колючим, как и в начале беседы.

– И мне хотелось бы задать вам один вопрос... – Эта мысль пришла в голову Игоря Сергеевича внезапно, как озарение, и он не преминул тут же выяснить истинность своей догадки. – Розалия Степановна никуда не выезжала из Москвы за последние полгода?

– Выезжала. – Кивнула женщина, – Этим летом. Сначала в Ялту на три недели, а потом к нашим родственникам в Хумск... Там она была месяца полтора...

Целитель попытался не выдать своей радости, но, как видно, это ему удалось плохо и теперь женщина смотрела на Игоря Сергеевича с откровенным недоумением.

– 2 -

Как Дарофеев и рассчитывал, он расправился с пациентами к двум тридцати. Дождь к этому времени перестал и в окне появилось, отраженное от стекол дома напротив, солнце.

Выпроводив последнего больного, Игорь Сергеевич быстро переоделся. Но, когда он уже совсем собрался и вышел на площадку, приготовившись запереть дверь квартиры, раскрылся лифт позади целителя и грубоватый голос спросил:

– Как, вы уже уходите?

Пономарь обернулся, готовый уже извиниться за невозможность принять опоздавшего, и увидел того самого мужика в камуфляжной форме, который приходил к целителю передать настойчивые приглашения от Павла Петровича Острякова.

– К сожалению, я еще не работал... – Стал говорить Пономарь, но, видя недоумение на лице мужика, прервался.

– Мне Павел Петрович попросил вам кое-что передать... – Взгляд охранника банка был каким-то затравленным. Чувствовалось, что он откровенно боится Дарофеева и хочет поскорее исполнить свою миссию и удалиться.

– И что же? – Равнодушно спросил целитель.

– На словах то, что вам больше не нужно заниматься тем делом, которое вы с Павлом Петровичем оговаривали. А остальное – вот. – Мужик извлек из кармана небольшой конверт и вручил его Игорю Сергеевичу. Целитель открыл клапан и заглянул внутрь. Там оказалось несколько продолговатых зеленых купюр. – Это за причиненное беспокойство...

– Но я... – Попытался отказаться целитель.

Охранник резко перебил начавшиеся возражения:

– Мне приказали вручить. Я и вручил... До свидания...

Резко повернувшись, посланник запрыгал вниз по ступенькам, оставив недоумевающего Пономаря с незаработанным гонораром.

Не понимая, что же могло повлиять на такое странное решение бывшего пациента, Игорь Сергеевич приехал домой. Не успел он войти в квартиру, как услышал телефонный сигнал. Пономарь, терзаемый странным предчувствием, схватил трубку:

– Дарофеев слушает.

– Игорь Сергеевич? – Спросил незнакомый голос.

– Да, я.

– Я вам звоню по поручению депутата Московского городского совета, Репнева Николая Андреевича. Он просил передать, что нужда в вашем с ним дальнейшем сотрудничестве отпала.