Убийца для Пономаря
Шрифт:
– Присаживайтесь... – Ласково предложил майор.
Подозреваемый примостился на краешке стула, нервно потирая заскорузлые ладони.
С минуту Сергей Владимирович перебирал бумаги на столе, потом, расположив перед собой чистый бланк протокола допроса и самописку, вперился взглядом в переносицу Серова.
Тот почти сразу отвел взгляд и Изотов решил, что добиться признания будет делом нехитрым.
– Сначала не для протокола... – Изотов демонстративно накрыл перо ручки блестящим колпачком. – Зачем вы это сделали?
– Что? – Совершенно
– Зачем вы убили жену Ивана Ивановича Жалейко и его дочерей? Про домработницу я не спрашиваю, она, наверное, просто под руку попалась... Так?
– Я не убивал... – Ошарашено прошептал Серов и, вскочив, закричал, нависая над майором, брызжа слюной в лицо обвинителю, – Не убивал я никого!!!
– Сядьте! – Рявкнул на него Сергей Владимирович, – Или мне позвать конвоиров?
– Да хоть на куски меня режь! Не убивал я!.. – Чуть не плача прохрипел мужик, но все же послушался и занял прежнее место. – Я вас знаю... Вам только признание надо, а виноват человек, или нет...
– Тихо! – Сурово шикнул на него Изотов. – Успокойся и давай по порядку.
Шмыгнув носом, Серов отер рот тыльной стороной ладони и кивнул.
– У тебя в квартире были найдены рубашка, ботинки и костюм залитые кровью. Откуда она?
– Не знаю... – Тихо пробормотал крановщик.
– А я знаю! – Сверкнул глазами майор. – Вот акт экспертизы. – Сергей Владимирович извлек из папки несколько скрепленных листов. – Смотри. «На изъятой у подозреваемого, – Подозреваемый – это ты, – рубашке обнаружены бурые пятна, по виду напоминающие кровь...» Так, так, – Изотов проглядел несколько строк, перевернул страницу, – «Экспертиза установила: Пятна крови на левом манжете идентичны по составу с кровью покойной Лидии Марковны Жалейко. Пятна на правой верхней грудной части могут одинаково принадлежать как Юлии Ивановне Жалейко, так и Виктории Ивановне Жалейко.» Все ясно?
Их кровь на твоей рубахе. Почему? Потому что ты их убил. А еще нож, который у тебя изъяли. Над ним тоже эксперты поработали. Все ранения нанесены им! А пальчики? Вся квартира в них!! Я только одного не понимаю: зачем ты там мух перебил? А? – И Сергей Владимирович с прищуром посмотрел на Серова.
Мужик сидел ни жив, ни мертв, понуро опустив голову. На последнюю фразу майора он как-то странно дернулся всем телом и послышались сдавленные рыдания.
Изотов несколько часов мучался с подозреваемым. Серов признавал, что вещи его, но как только речь заходила об убийстве, отрицал все с невероятным пылом. Умаявшись вконец, майор вызвал конвой и препроводил задержанного обратно в камеру.
Прошло уже около часа после ухода Острякова, Дарофеев разделался с последним, на сегодня, пациентом и включил телефон. Сразу же раздался звонок.
– Я до вас уже минут пятнадцать дозваниваюсь! – Радостно сообщил Изотов.
– Когда у меня больные – я трубку не беру. – Устало проговорил Игорь Сергеевич.
– Значит, вы уже освободились? – Сделал вывод
– А у вас какие-то сложности? – В свою очередь спросил Пономарь.
– Да, но не знаю...
– Говорите прямо. Если это в моих силах...
– Вы умеете читать мысли? – Рубанул с плеча майор.
– А это так необходимо?
– В общем, да. Мы взяли троих, тех, чьи адреса вы мне продиктовали. Это именно они, убийцы. Все улики на лицо, но... Все они яростно отрицают, даже плачет один.
Я не первый год на службе, многое повидал, и вижу, когда человек косит под непришейного, а когда действительно ни при чем. И, мне кажется, что все они подставки. Хотя и отпечатки их... Короче, я ничего не понимаю.
Я могу, конечно, рассадить их по пресс-хатам, замордовать, но сами знаете, что стоят такие «признания». Так что, не сочтите за труд, загляните, разберитесь с этими людьми... Ну не могу я побороть это ощущение... – Начал Изотов по второму кругу.
– Хорошо. – Прервал его излияния целитель. – Я подъеду.
Вскоре Пономарь шагал по коридорам здания на Лубянке. Какой-то сержант, посланный майором, чтобы встретить Дарофеева, проводил его прямо к кабинету Сергея Владимировича. Обменявшись рукопожатием с фээсбэшником, Игорь Сергеевич сразу спросил:
– Где мой клиент?
– Один? – Недоверчиво переспросил Изотов, – А я думал, что вы сразу троих...
– Это если у меня времени, да и сил, хватит.
Пономарь прибеднялся. Не то чтобы он полностью забыл, что такое усталость, иногда она давала о себе знать, но для полного восстановления сил Игорю Сергеевичу требовалось не более пяти минут. Несколько раз он ставил над собой эксперименты и без особого вреда для здоровья работал без сна несколько суток подряд.
– Все задержанные в камерах. Я не знал, где вам лучше с ними пообщаться...
– Лучше, наверное, на месте. – Проговорил Игорь Сергеевич, – Чтоб не тревожить их лишний раз.
– Как скажете, – С готовностью согласился майор. Он позвонил в изолятор и заказал пропуск на целителя. А через четверть часа Игорь Сергеевич уже разглядывал в «волчок» сидевшего в камере Илью Дмитриевича Серова. Убийца сидел, прикрыв глаза ладонью, не реагируя на шум у двери.
– Поговорить с ним не нужно? – Сергей Владимирович кивнул в сторону окованной двери.
– Пока нет. – Отрицательно мотнул головой целитель. – Мне бы расположиться по соседству с ним...
– Камера справа свободна. – Писклявым голосом сообщил сопровождавший их сержант-охранник, перебирая гремящие длинные ключи.
– Откройте. – Приказал Изотов.
Войдя в узкую двухместную камеру, Пономарь огляделся. Деревянные нары в два яруса, стол, на котором чья-то рука вырезала шахматную доску и поле для нардов, унитаз за невысокой отделанной кафелем загородкой и зарешеченное окно, из которого видно было лишь небо, да облака. Присев на нары, Игорь Сергеевич ухмыльнулся:
– Вот уж не думал, что буду сидеть в подвалах Лубянки...