Убийца

Бубела Олег Николаевич

Вскоре я отдал мысленный приказ остановиться и спешиться. Заметив своим обострившимся зрением небольшую ложбинку невдалеке, я велел отвести наших лошадей туда и ждать моих приказов, а сам отправился на разведку. Неслышно подойдя поближе к лагерю, я увидел, что он располагается на развалинах древнего города и занимает довольно большую площадь, а это ломало все мои планы. Поглядев на лагерь, я пришел к выводу, что здесь придется сильно постараться. По количеству аур можно было подсчитать, что живых здесь больше двух тысяч. Если представить, что все сведения верны и там собрались лучшие воины кочевников, то мне придется основательно

потрудиться. Прислушавшись к себе, я ощутил, что мысль о том, что опять нужно будет убивать, вызывает у меня недовольство и отвращение. Значит, я пока еще оставался человеком, что не могло не радовать. А если в этот раз попробовать не отключать эмоции? Может, так будет лучше? Причем не легче, а именно лучше. Нужно рискнуть.

Я просканировал весь лагерь и обрадовался, не обнаружив там практически никаких следов магических образований. Пара десятков амулетов, явно сделанных шаманами степняков, не в счет. Оглядывая лагерь, я искал характерные ауры наемников с плетениями-паразитами, но не находил. Слишком много было камня, затрудняющего обзор, и если ауры я еще кое-как видел, то детали различить не мог, особенно на противоположном от меня конце лагеря. Жалко. Придется проводить более детальную разведку, но пока нужно сообщить ребятам, чтобы выдвигались. Рисковать и ждать утра не стоит, в крайнем случае я посвечу парням, устроив парочку пожаров в центре. Думаю, на их фоне они смогут разглядеть выбегающих из лагеря степняков.

– Всем внимание, – мысленно обратился я к отряду. – Выдвигайтесь и аккуратно окружайте лагерь, только близко пока не подходите.

И тут я подумал: а если каналы спокойно передают мысли, то почему бы им не передать и образы? Я представил себе схематичный вид лагеря с высоты птичьего полета, набросал туда ярких точек, а потом интуитивно синхронизировал этот образ, передавая его всем парням.

– Всем видно, что я показываю? – спросил я.

– Ух ты! – восхищенно воскликнул Крот.

– Ого! – поддержал его Аскор.

Остальные отозвались не менее восторженно.

– Тогда смотрите дальше, – продолжил я. – Вот тут находятся дозоры. – Я сделал некоторые точки на схеме немного ярче. – Их всего четыре, на каждой стороне. Располагаются в развалинах домов, так что стрелами их достать будет проблематично, поэтому определитесь, кто ими займется и вырежет по моей команде. Группа Даркина заходит отсюда и контролирует эту дорогу, – я принялся показывать яркими стрелками направление движения моих бойцов. – Парни Ринока и Крота пойдут с севера и будут находиться там. Аскор и его парни будут приглядывать за западным направлением. Там располагается загон с несколькими десятками лошадей, следите, чтобы никто не слинял под шумок. Группа Карта следит за югом, там большая стена, поэтому больших прорывов быть не должно. Остальные группы собираются тут, – я высветил на схеме красную стрелку, – и после уничтожения дозоров направляются в лагерь, убивая все, что шевелится.

Красная стрелка, повинуясь моей команде, стала вытягиваться, устремившись в лагерь. Затем она разделилась на несколько стрелок помельче, а те, в свою очередь, – на еще более мелкие. Маленькие красные стрелки двинулись во всех направлениях, и яркие точки на их пути угасали. Я развеял план, достаточно поэкспериментировав, и спросил у ребят:

– У кого-нибудь остались вопросы?

– Да куда там... после такого-то, – ответил Даркин.

– Тогда ждите сигнала, а я пойду

на разведку.

Я прервал связь и начал неторопливо приближаться к лагерю. Хотя привычным лагерем степняков это назвать было сложно. Скорее это просто был город, пусть и полуразрушенный, в некоторых местах сильно занесенный землей, но все же город. Когда-то давно здесь стояли двух– и трехэтажные каменные дома, но все они были безжалостно разломаны. Сохранились только низенькие строения, да и они выглядели жалко, кое-где без одной стены, с дырявой крышей, а иногда и вовсе без нее. Остатки городской стены не давали рассмотреть больше, но, кажется, раньше это было довольно красивое место. Никем из дозорных не замеченный, я миновал груду развалин и очутился на широкой улице, когда-то вымощенной камнем, а сейчас уже основательно запорошенной землей.

Первые четыре домика оказались пустыми, наверное, потому, что у них не было крыш и зияли огромные дыры в стенах. Зато в следующем строении, сохранившемся чуть лучше, обнаружилось сразу четыре степняка, мирно спавших на шкурах. После того как я заглянул к ним в убежище, они получили по магической стреле и тихо умерли. Постояв немного, я понял, что ничего особенного не почувствовал – легкое омерзение и небольшую усталость. Может быть, сказывались полдня, проведенных в седле. Я забрал энергию из мертвых тел и пошел дальше.

В соседнем домике спали еще трое, получившие свое, а дальше было большое строение, где даже сохранилось некое подобие крыши. В нем я обнаружил шестерых бородатых воинов, коих также наградил магическими стрелами, а потом тихо двинулся дальше по улочке и обнаружил, что она стала не совсем тихой. А все дело было в том, что впереди прямо по курсу был один домишко без крыши, откуда доносился крепкий мужской храп. Причем, судя по его силе, вероятнее всего, этим и объяснялось отсутствие кровли на данном строении. Заглянув через оконный проем, я увидел настоящего гиганта, храпевшего в одиночестве. Хмыкнув, я не стал его убивать, так как отсутствие храпа могло привлечь внимание окружающих, но зато прошелся по соседним домам, лишив жизни еще два десятка степняков.

Прикинув, что такими темпами не справлюсь и до утра, я решил поторопить процесс и удвоил скорость движения. Теперь я не приглядывался к спящим, а просто тихо их убивал, не обнаруживая знакомых паразитов в аурах, и выкачивал энергию из их тел. На тридцатом домике и неизвестно каком трупе я достиг небольшой площади, где располагалось внушительное строение, бывшее ранее неким храмом. Во всяком случае, я так решил, потому что простые здания вряд ли будут украшать барельефами. Внутри, по моим ощущениям, находилось десятка три людей. Я не стал мешкать и забрался туда.

Там оказалось несколько перегородок, разделяющих главный зал и четыре небольшие комнатки, зиявшие пустыми дверными проемами. В первых двух никого не было, а в третьей обнаружилось три степняка, сразу же перешедших в разряд физических тел. Но в четвертой я увидел трех личностей, явно на кочевников не смахивавших. Хоть они и были бородатыми, но разрез глаз и рабский ошейник говорили об их принадлежности к совсем другому народу. Решив оставить невольников на потом, я заглянул в главный зал и повосторгался остатками роскоши. Я даже зажег маленький светляк, чтобы посмотреть на причудливую лепнину на потолке, пока впитывал энергию всех мертвых кочевников, ранее спавших в зале на каких-то подстилках.