Убийца
Шрифт:
Я решаюсь поднять голову и не сразу понимаю, что за расплывающийся силуэт напротив меня.
Это Сэм.
Он в таком же положении, как и я.
— Ох, Алексис, — замечает меня Гослинг, и поспешно подойдя ко мне, стягивает повязку со рта. — Теперь ты можешь поприветствовать своего друга.
Я молча смотрю на Сэма, который что-то пытается сказать мне, дергаясь на стуле. Из его виска идет кровь и правая щека счесана.
— А ты знала, что у Сэма уже есть дочь? — интересуется Том, и я прихожу в удивление. Он замечает это. — Не знала?
— Мы не общаемся, — выпаливаю я.
Том склоняет голову на бок, с интересом разглядывая мое лицо, а затем переводит взгляд на Сэма.
— Что же послужило тому? — не отстает Гослинг.
Я молчу. Я не хочу делиться этим даже с собственной матерью, что уже говорить о тебе. Отвожу взгляд в сторону и вспоминаю выпускной вечер. Сэм тогда напился. Я предложила отвести его домой, но все пошло не так, как хотелось бы.
— Он что…, — начал Том, — он трогал тебя? — я слышу, как его веселый голос сменяется чем-то другим, что не сулит ничего хорошего.
— Нет, — громко и холодно отрезаю я, но он уверен в своих догадках.
Не волнуйся, я тоже в них уверена.
— Он прикасался к тебе, — сквозь зубы проговаривает Том и оборачивается к Сэму. — Теперь у меня еще больше повода перерезать твою глотку.
Я округляю глаза.
— Том, нет! Он этого не стоит! Отпусти его, ты слышишь меня? — кричу я.
— Отпустить его? — в недоумении оборачивается тот. — Он пытался изнасиловать тебя, Алексис! Будь я твоим другом, я бы никогда не сделал этого, понимаешь?
— Я не виню его! Он был пьян! Отпусти его, пожалуйста, — прошу я.
— Как ты смогла простить его? Посмотри на него, — указывает он на него рукой. — Думаешь, ты первая? Что, если у него уже больше десяти таких на счету?
— Это чушь! — качаю я головой. — Он не делает этого!
— Ты защищаешь его? После того, что он пытался сделать?
Кажется, в голове Тома не укладывается то, что я пытаюсь сохранить ему жизнь. Его не волнует, что это было давно, его волнует то, что он прикасался ко мне.
Гослинг поднимает с земли нож и подходит к моему бывшему лучшему другу, взяв его за волосы.
— Прошу тебя, Том, — всхлипываю я. — У него ведь дочь! Ей нужен отец!
— Чему он научит её, Алексис? А если он сам к ней…
— Нет, послушай…
Сэм тщетно пытается вырваться из его рук, пока я умоляю
Я бессильна перед этим всем, но все еще пытаюсь что-то изменить.
— Отпусти его, и мы будем вместе, навсегда! — выкрикиваю я.
— Но мы и так вместе, Алексис, навсегда, ты ведь обещала, — с обидой проговаривает он, коснувшись лезвием ножа кожи Сэма на шее, — и только он мешает нам.
— Я даже и не помнила о его существовании, Том. Ты слышишь? Только ты и я. Я никогда ни о ком не вспомню! — изо всех сил кричу я, пытаясь хоть что-то донести до него.
— Конечно, — кивает он. — Именно так все и будет, Алексис. Без него, — заканчивает он грубым голосом и резко надрезает шею Сэма. Я вижу, как из шеи моего друга стекает кровь, вижу, как светлая рубашка окрашивается в бордовый цвет и вижу перед собой глаза маленькой девочки, у которой больше нет отца.
— Сэм! — сиплю я, пытаясь встать со стула, но я привязана к нему.
Его глаза смотрят мне прямо в душу. Его глаза в последний раз просят о пощаде, но пощады нет. Он закатывает их и умирает.
Том поднимает нож к губам и облизывает его. Засовывает к себе в карман и отпустив волосы Сма направляется ко мне, приподняв подбородок. По моим щекам плывут слезы, и я мысленно умоляю Господа, чтобы все это кончилось, но это только начиналось.
Он склоняется ко мне ближе и касается окровавленными губами моих губ. Солоноватый вкус чужой крови разрезает мою душу напополам, кромсает её и выкидывает туда же, куда и отправится омертвевшее тело Сэма. В канаву.
Том делает шаг назад и скидывает тело вниз, где его найдут еще не скоро.
Он оборачивается ко мне, вытерев руки о темные джинсы и с улыбкой на губах проговаривает:
— Запомни этот момент, Алексис, потому что ЭТО, начало нашей новой жизни. Теперь ничто не помешает нашему счастью.
Глава 3.
Нет.
Нет и еще раз нет.
Я несколько раз мысленно повторяю это слово в надежде, что все закончится, но это не так.
Он все еще здесь и приближается ко мне с каждым шагом, пока омертвевшее тело Сэма скрывается под толстым слоем грязи.
— Ну чего ты, Алексис? Неужели тебе все еще жаль его? — склоняется он надо мной, приподняв кончиками пальцев мой подбородок. Я смотрю на его губы, по которым медленно стекает чужая кровь и отворачиваю лицо в другую сторону.
— Оставь меня, — выплевываю я. Но он не злится и не обижается.
Он роется по карманам своих джинс и достает оттуда маленький ключ. Заходит ко мне за спину и освобождает руки, привязанные к стулу. Склоняется чуть ниже и вложив мне в ладонь ключ шепчет: