Убийца

Махавкин Анатолий

Выпалив это, пацан тут же рванул прочь и пропал в толпе галдящих крестьян.

– Поехали! – рявкнул Шу, видимо теряя остатки своего жалкого терпения. – Или мы отправимся сами, а ты отправишься к своему ублюдку-начальнику и объяснишь ему, как нас потерял.

Хм, достаточно серьёзная угроза. Похоже, молодой говнюк быстро сообразил, как на меня можно надавить. Ублюдок, мать бы его! Ну ничего, как там говорилось в трактате о трёх сыновьях? Настанет день и каждый получит по грехам его? Эту фразу частенько повторяет отец Чеминдиан, принимая от меня очередное подношение. Кого именно святоша имеет в виду – не знаю.

Покачиваясь в седле, я лелеял

сладкую мысль о том, как сброшу Сигона в самую глубокую пропасть, какая только попадётся на нашем пути. Хорошо бы отправить туда же и принцессу, а потом вернуться в Фернимар и рассказать всё Кору Нариму. Ну, чтобы посмотреть, как изменится его пухлое лицо. К сожалению, перспектива последующего знакомства с заплечных дел мастерами меня совсем не радовала. А ещё и отрава…Хрен с ним, пусть всё идёт своим чередом.

Чуть позже мои мысли вернулись к происшествию на кордоне, атакованному неизвестными гуннами. У меня зрело сильное подозрение, что именно этих злоумышленников мы видели ранним утром недалеко от Столицы. И что ехали они именно по наши души. Нет, ну если бы это были обычные торговцы, или даже шпионы, то на кой им устраивать эту бойню? Ведь достаточно предъявить документы (а в Гуннланде их делать умеют) и спокойно ехать дальше.

Но нет! Они предпочли убить всех и не стали задерживаться, чтобы убедиться, нет ли выживших. Значит, их гнало вперёд нечто срочное. Например, покидающая Столицу принцесса. Всё сходилось, и я мог похвалить себя за то, что догадался спрятаться. Спрятаться и избежать неминуемой гибели.

А в том, что меня ожидала верная смерть я даже не сомневался. Люди, способные в момент свалить пятёрку опытных бойцов и при этом спокойно ехать дальше, представляли серьёзную угрозу. Проклятье! Быстро же начали разворачиваться события. А главное, все предосторожности Кору пошли коту под хвост. Видимо произошло обычное дело: предательство. Теперь жди беды.

Чёрт, чёрт, чёрт! Как же я не хотел впутываться в это дерьмо! Понятное дело, задница предупреждала о последствиях, но что я мог поделать?

– О чём говорил тот молодой человек? – голос Вайолетты с некоторым трудом пробился через мои мысли, полные бескрайнего отчаяния. – То парень, которого вы расспрашивали, его слова имеют какое-то отношение к нам?

– Вайю, - Шу успел стащить с головы свой дурацкий шлем теперь, как никогда прежде, походил на вечно радостного покровителя всех домов умалишённых, - поменьше общайся со всякими, - у него явно вертелось на языке нечто, подобное: «отбросам», но мальчишка-таки решил избежать излишне обидных слов. – Ничего интересного он тебе всё равно не скажет.

Его довольная физиономия так подходила ко всем этим полям, кустикам и деревьям, мимо которых мы проезжали, что очень тянуло сделать лицо графа частью общей картины. Скажем, втоптав голову Шу в придорожную грязь. Чтобы моё отвращение к спутнику стало абсолютным, в довершение ко всем своим достоинствам, молодчик должен был оказаться ещё и трусом. Посмотрим, возможно мне, наконец-то попался идеальный дворянин.

– И всё же? – настаивала принцесса, закусив нижнюю губу.

Некоторое время я размышлял, стоит ли озадачивать своих подопечных. А потом решил: какого чёрта? Любой груз становится легче, когда его делишь с кем-то. Пусть этот кто-то даже не хочет делить ношу.

– Эти люди, которых мы встретили рано утром, - сказал я, стараясь тщательно подбирать слова, - скорее всего явились в Фернимар по вашу душу. Это – гунны, причём, не простые мечники или какие-то

шпионы, а специально подготовленные бойцы. Думаю, они готовы на всё, чтобы выполнить поставленную задачу. Встреча с ними – конец вашего пути в Дувин и начало свадебного путешествия в Шар.

– Что, в принципе, одно и то же, - едва слышно пробормотала девушка и покосившись на графа, едущего рядом, погрузилась в молчание.

К моему большому сожалению, её доблестный телохранитель не пожелал уподобиться опекаемой, а почему-то воспылал горячим желанием побеседовать со мной. Поправив свой некогда белоснежный (а теперь весь в пятнах) плащ, граф наклонился ко мне и с высоты своего скакуна осведомился:

– Мне крайне интересно, с чего ты взял, что эти люди были посланы за Ва…за принцессой? И что я не могу с ними справиться?

Как можно сдержаннее я высказал свои соображения по этому вопросу. При этом я размышлял о странном замечании Вайолетты. Судя по всему, девица вообще не желала выходить замуж. Но тут уж ничего не поделаешь: много лет назад я тоже не испытывал влечения к странствиям и ночёвкам, где придётся. Однако же всегда найдутся веские причины, чтобы побудить тебя к переменам. Вот, Кору Нарим, например, очень умело находит подобные причины.

Ладно, очень похоже, что сия молодая особа влюблена (о, какое слово!) в молодого дебила, который едет рядом с ней. И мне, откровенно говоря, совеем не интересно, успел ли он уже её трахнуть или нет. Это, в первую очередь, должно быть интересно её папаше. Ибо одним из правил брачующихся монархов является невинность невесты. Ведь даже в среде простолюдов, жених часто лупить молодую по мордасам, если на свадебном ложе выясняется, что с ней успела переспать половина посёлка.

– Я считаю, что несколько шпионов, пусть даже и способных справиться с солдатами, мне не помеха, - разглагольствовал Шу, едва не выкрикивая фразы в ухо Вайолетте. – В дворцовой школе фехтования я был одним из лучших и нам показывали множество приёмов, при помощи которых можно одолеть даже опытного ветерана. Ты же мне доверяешь, Вайю?

– Конечно, Си, - голос девушки изменил свою окраску, а ладонь принцессы скользнула по щеке графа. Приласкав Шу, девушка тут же уставилась на меня: не заметил ли я чего лишнего. Ну что же, я действительно ничего не заметил.

Насколько я знал Хвандский тракт, очень скоро мы должны были прибыть к пограничному посту. Об приближении к границе свидетельствовало также движение на дороге, которое стало гораздо сильнее. На повозках в основном лежали грубо сколоченные короба с овощами или просто овощи россыпью. Другой торговли с Коронастом Фернимар не вёл, поэтому и движение было не таким оживлённым.

Вот, скажем, дорога в Умет, там – совсем другое дело. И это в принципе не удивительно, учитывая, что через Умет идёт торговый путь Ольета да и купцы Чаддавира не прочь отправить в Фернимар свои ткани и шкуры всяких горных тварей. Правда тот путь намного опаснее Хвандского тракта, поэтому я терпеть не могу чёртовы зелёные плиты, политые кровью многих невинных торгашей, павших, кто от стрелы и меча разбойников, а кто и от кинжала чересчур жадного компаньона.

На обочине появились сначала одинокие, а потом – всё более многочисленные постройки. Скоро их стало так много, что приграничная полоса стала походить на некий посёлок. В сущности, так и было, разве что селение не имело собственного названия, именуясь просто Кордоном со стороны Коронаста и Франтиром – от Фернимара. Кажется, это обозначало одно и то же.