Убоп
Шрифт:
— Алик, это тебе только кажется. Кто такой куш упустит? Ну, сожгли его ребята три дома. Побеседовал я с ним. Он долю запросил. Так что, сейчас никаких проблем. Мы ему процент, а он нас крышует. Алик, ты, на мой вопрос, так и не ответил. Зачем тебе и твоим парням это надо? У нас рабы живут лучше вас.
— Барон, ты знаешь, есть такие понятья, как честь и совесть, есть Родина. Это у тебя ее нет. Вам, пинка дали, или жареным запахло, вы срываетесь и бежите без оглядки. А я, должен защищать от таких как ты, этот
— Кому ты давал присягу? Государству, которого нет. Правители вас предали. Делают все, что бы развалить уголовный розыск.
— Барон, я это знаю, не хуже тебя, но боль человеческая от этого меньше не становится. Обокрали, ограбили, убили, да даже просто, нахамили, а ведь это человеческая жизнь. Ты, пойми барон, к человеческому горю, иммунитета нет. Ты, когда ни будь, смотрел в глаза избитой и загнанной собаке? А когда на тебя такими глазами смотрят люди, это намного страшнее.
— Алик, я тебя понял. Я, свободен?
— Да, барон, можешь идти.
— Что будет с моими людьми?
— Зина, дочь, за сбыт уедет на тюрьму, остальных отпустим.
— Алик, положа руку на сердце, скажи, их раб сдал?
— Какой раб?
— У них парень русский живет, за дозу по хозяйству помогает.
— Там никого не было.
— Значит он. — Уверенно сказал барон.
— Ошибаешься. Их воры сдали.
— Ладно, Алик, не хочешь правду говорить, не надо. Сами разберемся.
Барон встал из-за стола, набросил на плечи куртку и вышел. В дверях он столкнулся с начальником отдела. Женя дождался, когда уйдет барон, после чего зашел в кабинет.
— Алик, чем занимаетесь?
— Цыган с наркотой повязали.
— Бросайте все к чертовой матери. Я, сейчас Сергею скажу, что бы следаку парней, из разбойного выделил. Там без вас их добьют. Вы сидите в кабинете и ждите звонка. Наружка, вышла на Железяку. Они сейчас, с Жирафом по кабакам мотаются. От Железяки, всего можно ждать. Пока наружка добро не даст, даже не дергайтесь по домам.
Ожидание затянулось. Только в третьем часу раздался звонок, что Железяку приземлили и клиент успокоился, выключил свет, лег спать. Утром, когда Алик заходил в кабинет, телефон надрывался как сумашедший. Алик снял трубку. Звонил следователь из ГОМа.
— Алик, помощь срочно нужна. На вчерашнем адресе, в кочегарке, цыгане парня, раба повесили.
— Откуда узнали?
— Под утро, такой же несчастный прибежал. У него на глазах, для устрашения, вздернули. Подняли ОМОН. Уже начали задержанных достовлять. А у нас в убойном, только два опера осталось, да и то, один из них стажер.
— Мы, с Игорем подъехать не сможем, работаем по другому делу. Поговорю с парнями. Может, пару человек найду.
— Алик,
Положив трубку, оперативник зашел в соседний кабинет, где парни откровенно скучали, лениво перекидываясь картишками. Услышав предложение Алика, они начали собираться. Алик вернулся к себе, Игорь был уже на месте.
— Алик, где бегаешь? Смотрю, куртка висит, а самого нет.
— Парней в ГОМ отправил. Цыгане решили, что их раб сдал. Сегодня ночью его повесили.
— Черт, думал же, что это так просто не закончится. Не зря, барон здесь крутился.
— Сейчас уже ничего не сделаешь. Ладно, давай звонка ждать.
Ожидание затянулось на неделю. За неделю Железяка только два раза выходил из адреса. Оба раза ходил в ювелирный магазин, после чего встречался с Жирафом и по полчаса разговаривал с ним. Ничего не делание убивало. Опера не знали, чем себя занять. Было тридцать первое декабря. В отделе никого, кроме Алика и Игоря не было. Они сидели в своем кабинете. На столе стояла раскрытая бутылка шампанского и парочка салатов, которые они прихватили из дома. Игорь разлил вино по стаканам. Выпить они не успели, в кабинет зашел Виктор.
— Какие люди и без охраны. Ладно, мы, а тебе чего дома не сидится? — спросил Алик.
— Я, сегодня ночью приехал. Позвонил Игорю, жена сказала, что вы на работе кукуете.
— Пузырь принес?
— А как же. Что я, рыжий, что ли.
— Доставай стакан, рассказывай, как съездил.
Виктор достал из стола стакан и налил вина. Зажав стаканы в кулаках, оперативники ударились костяшками пальцев. Алик засмеялся.
— Это что бы, начальство не слышало.
— Игорь, тебе парни привет просили передать.
— Витя, как встретили?
— Поселили на турбазе. Водки с парнями попил, даже на рыбалку с ними раз съездил.
— Берут?
— Да. Только не старшим опером, а начальником отделения.
— Вроде, другого планировали?
— У него опыта нет. Работал в деревне. А там за год только парочка преступлений совершалась, да и то, самое громкое, если куриц сопрут. Он сам попросил, что бы меня назначили. Рапорт подписали. После праздника получат личное дело и прощай областная столица.
— С жильем как?
— Комната в общаге. Да, мне, много ли одному надо? Вы, до скольки здесь сидеть собрались?
— Наружка работает. Да, и у Игоря предчувствие, что сегодня должно стрельнуть.
— Алик, ты зря смеешься. Я, их, чувствую на каком-то нематериальном уровне. Какие-то биоволны, что ли.
— Да, да. Знаю я, твои, биоволны. По улице спокойно пройти нельзя. Всегда найдешь, на свою задницу приключений.
Посмеявшись, оперативники допили шампанское. Виктор сказал.