Убойный вариант

Байкалов Альберт

Джарах, не ожидая такого оборота дел, слегка отпрянул, вжавшись в спинку глубокого офисного кресла.

– Я не хотел тебя обидеть, – также перейдя на «ты», охрипшим от волнения голосом ответил араб. – Мы впервые видимся, и наше знакомство началось плохо.

– Какое знакомство?! – почти вскричал Тарамов. – Ты не соизволил протянуть мне руку, так знай, из твоих рук я не буду брать денег. Так и передай Ата Алшиху. Не хотят с тобой говорить чеченцы!

Довольный собой, он развернулся и вышел из кабинета.

«Теперь при любом раскладе зарвавшийся

Джарах получит нагоняй от своего покровителя, – рассуждал Аслан спустя некоторое время, сидя на заднем сиденье внедорожника. – Интересно, чем закончится этот разговор? Наверняка араб сейчас докладывает Алшиху о так и не состоявшейся встрече. Возможно, этот шакал решил с самого начала поставить меня в такие рамки, чтобы я не касался финансовых потоков, направляемых в Россию для работы подполья. Все они хотят на нашем горе обогатиться. Джарах – обычный посредник. Его компанию, занимающуюся финиками, выбрали для переправки средств. Он же подошел к этому вопросу со свойственной восточному человеку практичностью. Наверняка если бы я не возмутился и не объяснил этому негодяю, с кем он имеет дело, то в последующем до моих людей доходили бы жалкие крохи от того, что реально высылал Алших».

Звонок спутникового телефона оторвал его от размышлений. Взяв из рук сидевшего рядом племянника массивную трубку, он приложил ее к уху.

– Доброго здоровья, это Даниэль, – раздался голос Нусона. – Вы где сейчас можете меня видеть?

«Сумасшедший англичанин», – беззлобно подумал Аслан, собираясь с мыслями, и улыбнулся:

– А откуда звонит мой друг?

– Я только что из аэропорт. Селился в гостиница «Европа».

– Сейчас я туда подъеду. Сможете выйти к автостоянке и подсесть в мою машину?

– Конечно! – обрадованно воскликнул Нусон и отключился.

Худой, высокий, с густой рыжей шевелюрой англичанин работал до середины зимы в фонде Сороса. Недавно Тарамов узнал, что Нусон перешел в «Word Vision». Христианская гуманитарная неправительственная организация, зарегистрированная в Калифорнии, оказывала безвозмездную помощь и поддержку социально уязвимым слоям населения. Филиал, в котором Нусон занимал не очень заметную должность, располагался в Узбекистане. Знал Тарамов и то, что Ташкент крайне недоволен работой сотрудников этой организации, подозревая их в шпионаже и финансировании экстремистских группировок.

Прилет англичанина имел частный характер. Тарамова охватило беспокойство. Раз этот человек работает в конторе, которая находится под наблюдением МГБ узбеков, занимающих довольно жесткую позицию в отношении радикалов в своей республике, то не исключено, что о его перелете в Москву было сообщено в ФСБ и здесь Нусона встретили. Если это так, то и Тарамов попадет при контакте с этим человеком в поле зрения российских спецслужб. В этом случае не поможет и паспорт на другое имя. Его в ФСБ хорошо знали в лицо.

Однако делать было нечего. Оставалось надеяться на милость Аллаха, который не допустит, чтобы Аслан оказался в руках неверных. В конце концов, ему платят за риск. Да и в Москве

он надолго не задержится. Брать сразу его наверняка не станут. А там он найдет способ улизнуть из столицы на Кавказ.

Нусон плюхнулся на заднее сиденье, едва машина успела остановиться у парковки гостиницы.

Водитель тут же рванул с места, быстро смешавшись в сплошном потоке транспорта с другими машинами. Как и было заведено, позади ехал с двумя боевиками Нияз. Аслан, растерянно отвечая на рукопожатие англичанина, с тревогой обернулся назад. Джип сопровождения от их машины отделяли несколько иномарок. Создавалось впечатление, что он едет сам по себе.

– Что заставило моего друга приехать в Россию? – развернувшись вполоборота к англичанину, спросил Аслан. – Наверное, жарко в Ташкенте?

– Есть один проблема. – Сняв смешную клетчатую кепку и положив ее рядом с собой, Нусон достал носовой платок и высморкался. – Слишком нехороший погода, – он виновато улыбнулся. – Я немножко простыл.

– Сейчас такой период. Грипп тяжело переносится, – вспомнив свои недавние мучения, посочувствовал Аслан. – Так что за «один проблема?»

Чеченец насторожился, подумав, что наверняка ему, ко всему прочему, придется заняться решением еще какого-то вопроса, и не ошибся.

– Ты, я знаю, уезжаешь к себе на родина? – спросил англичанин.

– Правильно слышал, – подтвердил Аслан, уже не удивляясь осведомленности Нусона.

– В Грозный есть один человек, – Нусон осекся и с опаской покосился на сидевшего впереди племянника Тарамова, потом на водителя.

Догадавшись, что тема довольно серьезная, Аслан посмотрел в окно. Они ехали по Большой Черкизовской в сторону Матросского моста.

– Алаш, – Аслан хлопнул ладонью по верху переднего сиденья, на котором устроился племянник, – узнай у Нияза, как обстановка.

– Он только что сообщил, что все нормально. Нет подозрительных машин.

«Либо есть грамотно организованная слежка», – усмехнулся про себя Тарамов, а вслух сказал:

– Съезжай к Преображенской набережной. Там остановишься у сквера, где «Чайка». Мы выйдем.

– Хорошо знаешь Москву, – удивленно сказал Нусон. – Меня еще в Лондоне удивила твоя память.

– Ты хотел сказать, что не тебя, а тех, кто за тобой стоит, – имея в виду «МИ-6» Объединенного Королевства, полушутя, полусерьезно ответил Тарамов.

– Сколько можно говорить! – англичанин театрально вздохнул. – Я никакой отношений не иметь к спецслужбам.

– Я пошутил. – Тарамов ухватился обеими руками за подголовник водительского сиденья. Машина резко повернула влево и, проехав с полкилометра, встала у обочины.

Оба вышли наружу. Тарамов поежился. Он не рассчитывал на пешие прогулки по городу, поэтому был в одном костюме. С реки дул пронизывающий ветерок.

– Говори, – оглядевшись по сторонам, поторопил Тарамов.

– Говорить совсем мало, все в двух слов. – Нусон испытующе посмотрел на Аслана, словно пытаясь заранее предугадать, как чеченец отреагирует на то, что сейчас услышит.