Уцелевшие
Шрифт:
— Должно быть, сделан в Далассе или Шарне, — сказал Драваш, упоминая два бельсарийских города, расположенные недалеко от Раналора. Ящерообразные там шлифуют линзы. Ну хорошо, с оружием я соглашусь, оно может быть полезно, но надеюсь, ты не собираешься нагружаться всяким хламом!
Аратак невозмутимо выбрался из чулана.
— Не думаю, чтобы еще что-то здесь могло нам пригодиться. Там в основном осталась одежда и ювелирные украшения. Однако Божественное Яйцо говорит, что только дурак предпринимает какое-либо действие, предварительно к нему не приготовившись и не вооружившись соответствующими
— Если бы на небе было столько же звезд, сколько у тебя афоризмов, нам не нужны были бы космические корабли. А вот если бы у тебя имелось столько афоризмов, сколько звезд на небе, я мог бы спокойно размышлять над необходимостью нашего путешествия! Ну пошли. Давайте-ка убираться из этого места!
5
Плотная растительность вокруг базы представляла собой живую изгородь, окружающую защитное поле. Она была посажена персоналом базы, чтобы избежать видовых аномалий, которые привлекли бы чье-либо внимание в случае отключения защитного поля. Дэйн предполагал, что на столь густо поросшей растительностью планете процесс посадки растения заключался в том, чтобы воткнуть корешок в землю и быстренько смыться, пока тебя не окружили заросли.
Драваш отвел в сторону ветку и вышел на свет, поблескивая спинными чешуйками черного цвета. Дэйн увидел впереди невысокую, естественного происхождения стену из камня, заросшего травой. В ней зияло отверстие, и капитан шагнул в него. За ним последовали остальные. Марш, оглянувшись, увидел лишь завесу непотревоженных джунглей. Защитное поле вновь скрыло базу, и он подумал, что какой-нибудь сторонний наблюдатель счел бы, что они вышли из ниоткуда.
Поток раскаленного воздуха окатил лицо Дэйна, и он обнаружил, что стоит на длинном склоне, поросшем выжженной солнцем травой. Темные искривленные деревья напоминали ему небольшие яблони. Темно-зеленые листья шуршали под порывами горячего ветра. С ветки одного из деревьев на них глазели коричневые птицы, похожие на сов, издавая скорбные щелкающие звуки. Затем, рассекая воздух короткими крыльями, они сорвались с места и полетели вниз вдоль склона. Только сидя на ветках они напоминали сов, в полете они походили на куропаток. Дэйн проводил их взглядом со сжавшимся от внезапной тоски по родине сердцем.
Совы и куропатки. Но не они. Яблони и сосны, закат над мостом Золотые Ворота, розовые осенние кленовые листья, рыбалка в стремнине Адирондака, Фудзияма, Таити, Рио-Гранде, Гудзон… ничего этого нет! Утрачено им навсегда, затерялось где-то в межзвездном пространстве! Ладонь обхватила рукоять, большой палец уперся в гарду. Эта тоска не часто посещала его… Он шагал по чужой земле.
Небольшое животное, меньше кролика, выпрыгнуло из травы и поскакало вниз по склону.
Пот заливал глаза Дэйна. С каждым шагом вниз по склону температура повышалась. Трава, высушенная солнцем, была золотистого оттенка.
Склон оказался длиннее, чем представлялось с первого взгляда. Далеко внизу слабое поблескивание указывало на тянущийся по дну долины ручей, хотя — как Дэйн помнил — на карте этот ручеек был обозначен как река. За ним, на противоположном склоне, вставала густая зеленая растительность, похожая отсюда на мох.
К этому времени Бельсар находился в зените,
Если бы на склоне лежал снег, было бы легче. Он вспомнил, что здесь, вокруг полярных областей, существуют снежные поля. Это указывало на то, что миллион лет назад снежный покров охватывал большую часть планеты. Вспомнил он и о том, что на Земле в межледниковые периоды тоже стояла жара и гиппопотамы бродили по Англии, а слоны — по Северной Америке. На планетах перемежаются горячие и холодные периоды, и ему просто не повезло: он попал сюда в жаркий период.
А ведь они еще находились высоко в горах. Насколько он помнил по карте, им предстояло еще спуститься на несколько тысяч футов, прежде чем они окажутся в городе. Какая же там жара!
— Когда привал? — спросила Райэнна и остановилась. Драваш удивленно обернулся. Его народ жил в мире, где было еще жарче. Но Аратак остановился и устроился на четвереньках рядом с ними.
— Они ведь происходят из холодных миров, капитан, — пояснил он. — Как ты себя чувствуешь, Райэнна? Откровенно говоря, я слабо себе представляю, какое воздействие оказывает на вас такой климат.
— В общем, не так уж и плохо, — сказала она. — Но в такой жаре ни я, ни Дэйн долго не протянем.
Черная чешуйчатая лапа указала вниз.
— Там вода, — сказал Драваш. — Сможете дойти? Если нет, тогда я согласен сделать привал здесь, но ненадолго. Но если нас кто-нибудь ищет…
«Мы обуза для него», — подумал Марш, ковыляя по откосу. Если бы была земная температура, все происходило бы по-другому, и если бы еще он, Дэйн, был в форме. А это не так. И виновата во всем изнеженная жизнь в городке Трясина.
— Мы справимся, — сказала Райэнна. — Подождите только минутку. — Она порылась в своем рюкзаке и протянула Дэйну горстку маленьких белых таблеток. — Соль. При такой жаре необходимо.
— Верно. — Марш мог бы и сам догадаться; ведь он немало бродил в тропиках, чтобы знать об этой опасности. Солнечный удар был не единственной угрозой, подстерегающей его на этой планете (и зачем он только сюда прилетел!), но если сегодня обычный, даже прохладный день, то надо готовиться к худшему.
Хотя пока все было достаточно спокойно…
Они пошли дальше. Над ними, печально покрикивая, кружилась одна из совоподобных птичек. У реки они увидели небольшое животное, похожее на оленя. Оно подняло на них глаза, рассмотрело и скрылось прочь легкими и грациозными скачками.
За рекой густая зелень переходила в лес, столь частый, что он тоже походил на джунгли. Когда они пересекали последнее ровное пространство перед рекой, до них издалека донеслись странные крики, уханье, переходящее в долгие стоны. По мере приближения к реке похожие на яблони деревья становились толще, появились и новые виды деревьев, с пушистыми листьями и нежными коричневыми стволами. Посмотрев вокруг, Дэйн наткнулся взглядом на растение типа пальмы, которое мучительно напомнило ему о кокосах. Или бананах.