Уцелевший
Шрифт:
– Зато работает безотказно!
– Правда, что ли?
– Да я до пенсии собираюсь так делать!
Нахмурившись, Фелиция пошла к главному входу в здание, а Страйкер остался ждать в кустах под дверями. За оградой патио шла дорожка из красного кирпича, которая вела на парковку, а затем сворачивала к теннисным кортам и уходила в парк Стенли.
Холодный осенний ветер гонял по асфальту листья. На улице было холодно, но Страйкер все-таки расстегнул пальто, чтобы было удобнее двигаться. Взглянул на часы: еще только
– Да? – быстро ответил он.
– Ты на месте? – спросила Фелиция.
– Ага, начинаем!
– Полиция! Откройте! – громко произнесла она.
Через пару секунд дверь, ведущая на патио, с тихим скрипом приоткрылась.
Страйкер выглянул из-за кустов и увидел Тони Китайца. На самом деле Тони вовсе не был китайцем, а прозвище заработал, потому что оказался единственным белым подростком в банде Гам-Ва, орудовавшей в Ванкувере в конце девяностых. Хилый коротышка, он никогда не отличался крепким телосложением, а со времен их последней встречи отощал еще сильнее.
Все ясно, подсел на свой же товар, подумал Страйкер. Распространенная ошибка.
У Тони Китайца были впалые щеки, вокруг глаз расплылись темные круги. На лице появились новые шрамы; самый крупный тянулся от левого глаза и исчезал под подбородком. Темно-каштановые волосы подстрижены короче, чем раньше, под горшок, сальные, как будто он давно не мылся. Одежда соответствующая: драные голубые джинсы и черная толстовка. Он быстро метнулся через патио, словно таракан, испугавшийся внезапно включенного света, пересек двор, перепрыгнул через изгородь – и тут Страйкер резко ткнул его в грудь локтем.
Тони Китаец отлетел к ограде, стукнулся об нее спиной, споткнулся и упал.
– Какого хрена… – Подняв голову, он посмотрел на детектива мутным взглядом.
– Тони, ты чего это от полиции бегаешь?
– Какого… детектив Страйкер?
– Тронут, тронут! Хорошая у тебя память, – с издевкой произнес Страйкер, хватая парня за руку, и поразился его худобе.
Надев на него наручники, он оглянулся: Фелиция уже спешила к ним. Рывком детектив поднял Тони на ноги и повторил вопрос:
– Ты чего от полиции бегаешь?
– А где ваш ордер?
– Здесь я вопросы задаю!
– Я ничего не делал! Я ж на условном! С офицером встречался вчера! Поэтому пошел ты, чувак, у тебя ничего на меня нет! Ничего!
– Слушай сюда, парень! – тихо произнес Страйкер, схватив его за грудки. – Слушай внимательно! У меня тут три трупа всплыло в машине на Ист-Пендер, и кое-кто из свидетелей утверждает, что за рулем был ты! Это, по-твоему, ничего?
– Я был дома!
– А я разве сказал, когда это произошло? – ехидно спросил Страйкер, наблюдая за тем, как Тони нервно облизывает губы.
– А еще у нас есть пара отпечатков, с
– Я спал, ясно? Али К ночевал у меня, он подтвердит!
Страйкер с Фелицией переглянулись. Единственный человек, который мог подтвердить алиби Тони, – тот, кто сидел вместе с ним в фургоне.
– Эх, Эйнштейн… – усмехнулся Страйкер. – Так мы и Али уже вычислили, он там тоже отметился. Долго будешь нам сказки рассказывать?
У Тони отвисла челюсть, и он замолчал.
– Да в твоем алиби дырок больше, чем в швейцарском сыре, – пошутил Страйкер и встряхнул Тони посильнее. – Мне плевать, где вы взяли эту тачку, понял? – прошептал он. – Меня трупы интересуют!
– Да говорю ж тебе, меня в этом фургоне ваще не было!
– А я что-то говорил про фургон?
– Я… мне… мне нужен адвокат! – поняв, что проговорился, занервничал Тони.
– Эти трупы связаны с убийством школьников, – кивнув, продолжал Страйкер. – Уж не знаю, как ты влез в такое дерьмо, но в фургоне ты точно был! Так что можешь спасти свою задницу и выложить нам все как на духу. Или можем попробовать по-плохому!
– Мне нужен адвокат, хрен я без него что-то скажу!
– Чудесно, – повернулся к Фелиции Страйкер. – Тогда переходим к плану «Б».
Глава 60
Красная Маска очнулся на влажном столе, весь покрытый потом. В комнате было холодно, ужасно холодно… И снова этот запах…
Он услышал звук льющейся из крана воды, а потом увидел у раковины старика, его согнутую артрозом спину. Старик мыл стальные инструменты, но, видимо почувствовав, что пациент очнулся, обернулся и внимательно посмотрел на Красную Маску.
– Ты потерял сознание.
– Пуля удалена? – с трудом произнес тот, обнаружив, что не помнит.
Старик шаркающими шагами подошел к столу и положил Красной Маске в раскрытую ладонь сплющенный кусок свинца:
– Вот она. Приносящая горе. Тебе на память, ты заслужил.
– Мне надо идти. – Красная Маска посмотрел на источник боли, оказавшийся таким крошечным.
– Куда тебе идти? – замахал на него руками старик. – Тело слабое, очень слабое!
– Зато дух силен!
– Дух живет в теле!
Красная Маска с усилием сел и застонал. Боль не прошла и даже не ослабла, просто стала другой: менее острой, более рассредоточенной. Свесив ноги со стола, он осторожно встал. Ноги задрожали, но ему удалось устоять.
– Я в долгу перед вами.
– Надо принимать лекарство, – засуетился старик, протягивая ему пузырек с таблетками. – Раз в час. Чтобы победить инфекцию!
Красная Маска засунул пузырек в карман джинсов, но старик дотронулся до его плеча и попытался еще раз:
– Твоему телу нужен отдых.