Уцелевший
Шрифт:
– Может, для зажигания и для двери ключи разные?
– Вот именно, – подтвердил он, указывая на рулевую колонку. – А почему мы не видим вскрытого зажигания и торчащих проводов?
– Ну, парни явно крайне осторожные, – пожала плечами Фелиция. – Они знают, что если полиция обнаружит вскрытое зажигание, то сразу поймет, что машину угнали.
– Это и так понятно, номера-то украдены, – возразил Страйкер, крутя в руках брелок от сигнализации.
Маленький кусок серой пластмассы. Ничем не примечательный. Полицейский нажал кнопку, но ни двери, ни багажник
– Видишь? И брелок тоже не от этой машины.
– От гаража? – предположила Фелиция.
– Возможно. Или от лифта. Или от входной двери.
Страйкер посмотрел на желтый брелок со смайликом, висевший на короткой цепочке, покрутил его в руках. С обратной стороны на смайлике кто-то нарисовал дырку от пули прямо между глаз и стекающую струйку крови.
– Ну и шуточки! – сморщилась Фелиция.
Страйкер промолчал. Погрузившись в раздумья, он вертел в пальцах брелок со смайликом, и тут к гаражу подъехала патрульная машина. Двигатель явно перегрелся, поэтому машина рокотала, тормозя.
Из машины вышел констебль Крис Пембертон – во всей красе своих ста пятидесяти килограммов на метр восемьдесят роста. Страйкер, при росте метр восемьдесят один, много времени проводил в качалке, но на фоне Пембертона выглядел совершенно заурядно. Пембертон работал патрульным уже пять лет, однако вскоре его должны были перевести в спецподразделение.
– Никого не впускать, кроме нас и криминалистов, – коротко проинструктировал подчиненного Страйкер. – Вести учет всех, кто приедет. Если заявится Ларош, пусть распишется по приходу и уходу. Этот идиот повсюду готов наследить, – добавил Страйкер, и Пембертон понимающе кивнул. – Когда прибудет подкрепление, пусть прочешут весь сектор с севера на юг: свидетели, видеозаписи – все сгодится! Как только что-нибудь всплывет, звони на мобильный, я на связи!
– Будет сделано, шеф!
Страйкер еще раз взглянул на брелок со смайликом: в этом есть какой-то смысл… Брелок оказался здесь не просто так, остается только понять почему. Как Красная Маска умудрился уронить его в грязь? Просто потерял? Или дала о себе знать рана? А может быть, он допустил первую ошибку?
Страйкер положил ключи в коричневый бумажный пакет, запечатал его и оставил на пассажирском сиденье для Лапши. Потом вылез из «хонды», стянул перчатки и мрачно посмотрел на Фелицию:
– Больше нам тут делать нечего…
– Да, он ушел, – неохотно признала напарница.
– Далеко не уйдет.
Широкими шагами детектив направился к машине, за ним следовала Фелиция. Они выехали из переулка и повернули на юг. Что ж, придется вернуться на исходную точку. В то место, где начался этот кошмар и где могут найтись новые зацепки.
Настал черед школы Святого Патрика.
Глава 8
Кортни Страйкер стояла перед зеркалом в примерочной проката костюмов «Уорвик» и хмуро смотрела на свое отражение. Костюм медсестры сексапильный – то, что надо, ведь ей хотелось, чтобы в пятницу на Параде заблудших душ все парни смотрели только на нее. С
К тому же медсестрой собиралась нарядиться Рейн, а значит, этот вариант отпадает! Если не считать несколько выпирающего живота, фигура у Рейн была лучше, чем у Кортни: она на пятнадцать сантиметров выше, и ноги у нее длинные и стройные, а у Кортни – покороче и более мускулистые.
Грудь у Рейн тоже была больше, прям-таки вываливалась из декольте, а у Кортни – маленькая, остроконечной формы.
У Рейн кожа карамельная, а у Кортни – молочно-белая.
У Рейн карие глаза, которые словно просят: «Трахни меня», как вчера выразился капитан хоккейной команды Бобби Райан.
А вот у Кортни глаза голубые: не «васильковые», не «цвета зимней лазури», не «голубые словно лед» – просто самые обычные голубые глаза.
Черт побери, если подумать, так у Рейн все лучше, чем у нее!
От этих мыслей настроение у Кортни резко упало, и она принялась расстегивать платье. Не успела она справиться и с половиной пуговиц, как занавеска отдернулась и в примерочную заглянула Рейн:
– Корт, ну как?
– Лучше что-нибудь еще, – недовольно пожала плечами Кортни.
– Да ладно тебе! Мы же будем как двойняшки! Две медсестры-двойняшки! Это же офигенно! Особенно вечером, когда на концерт пойдем!
– Нет, мне нужно что-нибудь другое!
– А как тебе вот это? – Рейн протянула ей другой костюм. – Ну, та принцесса из диснеевского мультика, Ариэль, с рыжими волосами? По-моему, идеально!
– Русалочка, что ли? – Кортни взглянула на упаковку, но там была нарисована какая-то супермодель с длинным хвостом и в зеленом бикини из ракушек. – Это, пожалуй, чересчур, – покраснев, отказалась она.
– Маленькая Бо-Пип? – предложила Рейн, протягивая следующий пакет.
– А почему здесь написано «Костюм для взрослых»? – еще сильнее покраснела Кортни.
– Упс, этот с прорезью сама понимаешь для чего! – в восторге захихикала Рейн. – Ой, я знаю! Это тебе точно понравится!
Она задернула занавеску и исчезла. Кортни молча продолжила расстегивать пуговицы, думая, не купить ли лифчик посерьезней, чтобы уравнять шансы. Хотя нет, не поможет… Так нечестно! Рейн же просто великолепна! Она роскошна! Ее все хотят!
Господи, что же делать…
Кортни сняла платье, повесила на крючок и грустно уселась на пуфик в примерочной в одном лифчике и трусиках. Посмотрим, что там еще откопает Рейн…
В примерочной было тесно, почти не повернуться, и пахло чем-то вроде корицы – наверно, от ароматических свечек или освежителя воздуха. Кортни такое на дух не переносила. К тому же кондиционер работал на полную, и она начала замерзать. Скорей бы уж Рейн принесла хоть какой-нибудь прикид, в котором она будет круто выглядеть!
– На, примерь! – Внезапно Рейн отдернула занавеску и протянула Кортни очередной наряд.
Вздрогнув от неожиданности, Кортни хихикнула и посмотрела на костюм из красного атласа и черного шелка в руках у подруги.