Ученик Рун. Том 2
Шрифт:
Учитель же почти не двигался, только положил руку на рукоять шестопера, дожидаясь, пока незваные гости уберутся прочь.
— Ирман, в следующий раз сразу зови меня, — бросил наставник.
— Но господин Осиор! Эта деревенщина даже не представилась! — возмутился слуга. — Сразу видно, какой-то провинциал, даже на кольца на воротах не отреагировал…
— А как будто бы ты не заметил герба на груди? — раздраженно бросил наставник. — В следующий раз не задевай благородных, пусть тебе это и нравится. И пока меня не будет, разузнай, что это за Варнал.
— Учитель, вы уходите? — спросил я.
Осиор
— А ты думал, я всех гостей с булавой на поясе встречаю? — иронично спросил Осиор. — Я отправляюсь в Башню. Дела, Рей, дела. И будь готов, может, я увижусь сегодня с архимагом Виолой и мы назначим точную дату…
Я только кивнул, соглашаясь с учителем. Осиор же кликнул конюха и попросил лошадь — истигаторам, как и дворянам, не пристало ходить по городу пешком.
Глава 11. Камни Рун
Всю дорогу к Башне Круга Осиор размышлял о том, во что может вылиться стычка с Варналом. Подкова на щите… ему был отдаленно знаком этот герб, но истигатор все не мог вспомнить, где же он его видел. Да и настолько уверенно барон говорил о жалобе лично императору, будто имел прямой доступ к правителю Дагерии.
Впрочем, как только ворота Башни Круга, что размещалась под Замковой Горой, в прямой видимости императорского дворца, показались из-за поворота, все мысли Осиора переключились на сегодняшний визит в архив.
Он посещал хранилище древних знаний магов Пресии уже в четвертый раз с момента визита Аурантиса и Виолы в его дом, но пока ничего толком не нащупал. Точнее, он не нашел ответы, которые бы его удовлетворили. Записи за последние триста лет ничего толкового не дали, а вот для работы с более древними книгами и свитками у него не всегда хватало терпения. Причиной тому был старый архивариус, что буквально начинал верещать, как только Осиор подходил к стеллажам, на которых хранились свитки периода Второй войны, не говоря уже о Первой или более глубокой древности — периода становления печатей.
Сначала он пытался найти любые упоминания магических аномалий и как-то увязать их с тем, что он видел в Нипсе, но поиски заводили его все дальше и дальше — в древность времен. А от этого магу становилось не по себе, потому что он догадывался, куда это его приведет.
— Сегодня мне нужны свитки по Камням Древних, — сказал истигатор старику-архивариусу.
Слова падали, как свинцовые бусины, ударяясь о каменный пол архива и отражением разлетаясь во все стороны, зловещим эхом, которое пробирало до костей и заставляло дрожать нутро.
Архивариус ничего не ответил, только зыркнул из-под кустистых бровей, после чего, звеня связкой ключей, двинулся в сторону одной из клетей, вмурованных в стену. Там хранились самые старые, самые древние свитки, которые удалось сохранить.
— Господин истигатор, вы же понимаете, что это просто легенды древних, которые пытались осознать силу рун, — проскрипел архивариус, отпирая решетчатую дверь.
— Понимаю, — кивнул Осиор, принимая в руки несколько тысячелетних свитков.
Деликатно, ведь они буквально рассыпались от старости.
Почти каждый ребенок Пресии знал эту легенду. Великие архимаги древности собрались вместе и, объединив свои знания и умения, создали восьмигранный Камень —
Все ученые мужи Круга всегда сходились на одном — это лишь красивая легенда. Руны — суть форма и содержание, просто обличают магическую энергию в правильную последовательность для получения всем известного эффекта. Эта мантра повторялась уже вот тысячу лет, а любые попытки открыть новые руны — были обречены на провал и кончались смертью мага. И процесс познания рун и поиска оптимальной формы их использования через печати не мог состояться одним днем — это был растянутый на века процесс, который некий бард сжал потом до одной красивой истории о трех могучих архимагах.
Вот только Осиор, как Трибунальный Истигатор, имел доступ к реальным знаниям. И они гласили, что Камни, скорее всего, существовали. Как минимум три. Один был уничтожен в то время, когда магов в ходе Первой войны с людьми выдавили на тогда дикий Восточный Континент. В последнем сражении он был уничтожен — вместе с владельцами и наступающей на колдунов армией, на том месте, где сейчас находился Великий Хребет, на стыке границ современных Родукуса, Ирубии и Келанда. Правда, некоторые записи смутно намекали, что он был просто похоронен в горах. Пусть второго Камня прослеживался до Вашимшании — он был вывезен из Шамограда на север, прямо перед Второй войной, когда имперские маги устроили заговор и свергли далекого предка нынешней династии Форлорнов. Третий Камень — был потерян во время перевозки морем на Восток.
Перебирая свитки и рассматривая гравюры, Осиор погрузился в воспоминания. Табийская Ересь или бунт табийских магов — как ее называли в верхах — возникла не просто так. История о Камнях будоражила многие поколения колдунов, ведь обладание этим артефактом давал доступ к чистой, дикой магической энергии. Любые печати, любые заклинания, даже с рунами, что просто не могут быть скомбинированы вместе. А если верить легендам — то и управление стихиями и даже воскрешение мертвых, если речь идет об утерянном во время Первой войны Камне. И вот, один из местных магов, Малтор, взбунтовался против Круга и Устава, признав договоренности между сообществом магов и людскими правителями недействительными. Мечтой Малтора было создание собственного государства магов, в котором именно колдуны, а не аристократы, займут главенствующее положение. Впрочем, как это было и в предыдущие разы, когда Пресию охватывал огонь магической войны. А самое главное — Малтор стал невероятно силен, хотя до этих событий он был простым наемником, который получил красный пояс и подался в наемники — водить караваны кибашамцев, что следовали из Лаолисы землей, от западного побережья к границам королевства.