Ученик
Шрифт:
Меня с той же грубой силой швырнуло назад, в помещение башни. Распахнув глаза, я тяжело вздохнул. Лёгкие обожгло огнём, тело скрутило от пронзившей все конечности болью. Не в силах сдержать стон, я впился зубами в плечо, и лишь благодаря этому не выдал себя.
Постепенно жар схлынул, и я, расслабив одеревеневшие, почти сведённые судорогой мышцы, смог выдохнуть. Медленно поднялся на ноги и на трясущихся ногах пересёк помещение, добравшись до душевой. Приоткрыл вентиль и, задрав голову подставил лицо ледяной струе.
Когда осознал, что стою в одежде, а на меня льётся холодная вода,
— Что, матэ, хотел постирать вещи, не снимая с себя? — поинтересовался у меня ведьмак, которого разбудил шум воды. — Идея хорошая, но так никто не делает, особенно в дороге. Мы, в отличие от простаков, не подвержены многим заболеваниям, но переохлаждение — штука неприятная. Ничего, по дороге быстро обсохнешь, а сейчас открой люк, снаружи уже должно быть светло.
Кухря сообщил о себе условным стуком, когда мы уже позавтракали, и собирались выходить наружу. Питомец Александра выглядел отдохнувшим, и возбужденным — переминался с ноги на ногу, шипел, и издавал звуки, которых я от него раньше не слышал. Зато ко'тан, судя по нахмурившемуся лицу, получил от ящера плохие новости.
— Думаешь, зацепит? — уточнил ведьмак, с прищуром глядя в вертикальные зрачки Кухри. Зверь в ответ всхрапнул, после чего сделал протяжные вдох и выдох. Старший воин, проворчав что-то невнятно, повернулся ко мне и приказал: — Живее в седло, Алексис, нам следует отсюда убираться как можно скорее. Иначе застрянем на стоянке на пару дней, не меньше. А этого делать никак нельзя, задержимся, и кон Артемил отправит навстречу моих бойцов. И они скорее всего вляпаются.
Как бы мы не спешили, как бы стремительно не передвигался Кухря, беда всё же нагнала нас. Нет, не иносы на своём летающем доме, и даже не твари из пустоши. Нас нагнала пылевая буря...
Глава 12 Форпост Либеро
Я не мог видеть, что происходит за спиной, но мне хватило резко потемневшего неба, чтобы понять — нас нагоняет что-то невероятно опасное.
— Кухря, стой! Матэ, ко мне, живо! — выкрикнул Александр, и прямо на ходу спрыгнул на землю.
Ящер резко остановился, рухнув на брюхо, и его протащило несколько метров по земле. Хорошо, что я последовал примеру ведьмака, спрыгнув на ходу. Пробежав несколько шагов, чтобы погасить инерцию, повернулся назад, отыскивая взглядом ко'тана.
Айлин Справедливая! Что это? Всё пространство за нами, от горной цепи слева до горизонта справа, было затянуто серым маревом, возвышающимся над землёй на добрые три сотни метров. И вся эта стихия стремительно приближалась к нам.
— Шевелись, матэ! — привлёк мое внимание старший воин. — У нас чуть больше минуты в запасе. Кухря, животина неповоротливая, ко мне!
— Хухря-я! — возмущенно прохрипел ящер за моей спиной. Ведьмак уже сбросил со спины свой рюкзак, и что-то искал в нём.
— Да где же этот запасной комплект, хаос его забери! А, вот он. Матэ, держи. Смотри за мной и повторяй в точности. Понял?
— Понял! — крикнул
— Это поможет! — ведьмак зачерпнул пальцем из небольшой баночки какую-то белую мазь и, протянув ко мне руку, мазнул мне под носом, почти закупорив ноздри. — Специально, от пересыхания!
— Рух-х! — ящер завалился за спиной воина, словно защищая нас от приближающейся стихии. Я в это время, наблюдая за ко'таном, быстро закрепил на лице маску, а затем наложил широкую повязку на глаза, ей же закрывая уши. Едва успел натянуть перчатки, как меня схватили за руку, и резко потянули за собой, из-за чего копьё мотнуло в сторону и ударилось об моё плечо. Почти сразу же мне пришлось опуститься на колени, а затем и вовсе прижаться к боку Кухри. Сквозь усиливающийся свист и вой ветра мне что-то пытался сказать ко'тан, но я его уже не мог услышать. Пыльная буря обрушилась на нас всей своей мощью.
Постоянный шум заглушал не только голос, но даже мысли. Мелкая пыль лезла под маску, в волосы, пыталась проникнуть под одежду. Часто по по телу ударяли мелкие камушки, поднятые стихией, а один раз меня чувствительно приложило по плечу чем-то крупным. Счёт времени в этом безумии потерялся, как и возможность разумно мыслить. Было лишь одно желание — поскорее бы всё это закончилось!
То, что буря постепенно начала стихать, я определил по шуму, который изменился. Завывание стало более протяжным, порывы ветра, пытающиеся оторвать моё тело от земли, не столь сильными. В какой-то момент шум настолько утих, что я различил голос Александра:
— Это сердце бури! Слышишь меня, матэ?! Сердце бури, временное затишье!
— Слышу! — откликнулся я.
— Повезло нам! — продолжил ко'тан. — полчаса затишья, сможем попить воды. Как только скажу, осторожно снимешь повязку с глаз, но, не забудь прищуриться, иначе пострадаешь. В воздухе много мелких песчинок.
Когда я наконец смог осмотреться, был неприятно поражён. Было очень темно, и если бы не моё усиленное зрение, я бы не увидел дальше своего носа. Поэтому мне пришлось всё делать самому, слушая приказы старшего воина. Напоить Александра и напиться самому, вновь нанести на ноздри особую мазь, проверить, чтобы не было открытых участков кожи. Затем дать воды ящеру, для которого буйство стихий прошло гораздо болезненнее, чем у нас. Зверь хрипло дышал, прикрывая пасть передними лапами. Пришлось отдать ему все запасы живительной влаги. А через несколько минут на нас вновь обрушилась буря.
Второй раз всё прошло легче. В какой-то момент я даже поймал себя на том, что могу сосредоточится на чем-то одном. К постоянным ударам мелких камешков уже притерпелся, а от чего-то крупного нас защищала туша Кухри.
Наверное я забылся на какое-то время. Потому что совершенно внезапно осознал, что не слышу завываний и шелеста песчинок. Вокруг стояла мёртвая тишина. Дёрнул за древко копья, и оно неожиданно легко подалось навстречу, заставив меня напрячься.
— Конмэ? Конмэ Александр! Слышишь меня? Буря закончилась! Ко'тан!