Учитель
Шрифт:
– Ну, тогда всего вам хорошего, - сказал Алексей и поднял руку в прощальном жесте.
– До свидания.
– До свидания, Алексей. И вам всего хорошего, - отозвался Александр Петрович.
Молодой человек свернул вправо и скрылся за поворотом. Старик проводил его взглядом и улыбнулся, затем, наслаждаясь ощущениями, возникшими в его груди, двинулся дальше, куда - он и сам не знал. На улице было уже темно, пора было искать ночлег.
Эту ночь Александр Петрович с Шариком провели в подвале одного из домов Борисполя, расположенных
Солнце давно поднялось над горизонтом, когда старик проснулся. Александр Петрович открыл глаза и улыбнулся. Чему? Старик и сам не знал. Может тому, что боль больше не беспокоила его, а может он, как и маленький ребенок, радовался новому дню, тому, что он живет, дышит, чувствует?
Тем не менее, старик не спешил разбираться в причинах своего хорошего настроения. Он просто наслаждался теми светлыми ощущениями, которые грели его сердце в эти минуты. Его даже не огорчило то, что мышцы его тела ныли от ночи, проведенной в неудобной позе на жесткой доске, послужившей старику своеобразным ложе. Все это были мелочи, которым старик не желал уделять внимание.
Александр Петрович поднялся на ноги и потянулся, затем отрепал штаны от пыли и погладил Шарика.
– Доброе утречко, мой дружок. Надеюсь, тебе спалось лучше, чем мне.
Собака вильнула хвостом и зевнула. Поднявшись на ноги, она посмотрела в сторону выхода из подвала, затем перевела взгляд на старика и гавкнула.
– Ну, чего ты разбушевался?
– спросил старик, надевая пальто.
– Сейчас пойдем уже. Имей терпение. Оденусь и пойдем.
Александр Петрович застегнул пальто, проверил все ли на месте, после чего взял в руки собачий поводок и направился к выходу. Шарик, весело помахивая хвостом, побежал рядом со стариком.
– Ух, мороз какой, - пробормотал Александр Петрович, когда они с Шариком оказались на улице.
– Градусов пятнадцать, не меньше. Хоть ветра нет, и то хорошо.
Старик натянул на голову шапку, одел перчатки и побрел по дороге. Несколько минут спустя, он вышел к главной магистрали города, улице Киевский путь, и двинулся вдоль проезжей части. Заметив магазин, Александр Петрович направился к нему. Кушать старик не хотел, но вот накормить собаку стоило бы.
Подойдя к магазину, старик увидел, что тот закрыт. Два бездомных кота сидели у входной двери и поглядывали по сторонам. Заметив Шарика, они зашипели и устремились к ближайшему дереву. Собака рванула было за ними, но поводок не дал ей убежать далеко.
– Что это ты надумал?
– улыбнулся Александр Петрович, глядя на собаку.
– Молодость что ли решил вспомнить?
Шарик заскулил, взгляд его не отрывался от дерева, на которое забрались коты. Те забрались на дерево и теперь поглядывали на собаку в прямом смысле свысока.
– Хотел бы я знать, почему вы так не любите друг друга, - рассмеялся Александр
– Вот скажи мне, Шарик, что тебе сделала эта парочка котов, что ты хочешь их потрепать?
Собака оторвала взгляд от дерева и посмотрела на старика. Заскулив, она снова устремила взгляд на котов, развалившихся на ветке.
– Скулишь все? Ну, скули, скули, коль охота, - сказал Александр Петрович.
– Пошли лучше найдем другой магазин. Я знаю, что заставит тебя забыть о котах.
Старик дернул за поводок и пошел прочь от магазина. Шарик посмотрел на старика, перевел взгляд на котов и гавкнул, затем развернулся и потрусил за стариком. Не прошел Александр Петрович и ста метров, как впереди показался еще один магазин, вернее небольшой продуктовый магазинчик. У входа в магазин на снегу сидел мужчина, голова его свесилась на грудь, из кармана куртки выглядывала бутылка водки.
Александр Петрович остановился перед входом в магазин и посмотрел на мужчину.
– Пьяный что ли?– подумал старик.
Шарик подбежал к мужчине и принялся его обнюхивать. Александр Петрович натянул поводок, вынуждая тем самым собаку вернуться.
– Вот такая наша реальность, - пробормотал он.
– И кто виноват? Государство? Но не оно же напоило этого мужчину.
Александр Петрович привязал Шарика за деревце, росшее возле магазина, и подошел к мужчине.
– Вам плохо?
– спросил старик, тронув того за плечо.
Мужчина поднял голову и уставился на старика невидящим взглядом. В лицо Александру Петровичу ударил перегар, заставив того поморщиться.
– Каким же глупцом я был, когда брал в рот эту гадость, -подумал старик, посмотрев на бутылку в кармане мужчины. – Это же как надо себя ненавидеть, чтобы набраться так?
– Вам плохо?
– повторил Александр Петрович, вглядываясь в пустые глаза мужчины.
– А тебе ж то и сорока лет нет, -думал Александр Петрович. – Что ж ты делаешь со своей жизнью?
Мужчина попытался сфокусировать взгляд на старике, затем нахмурился и протянул:
– Мне-е-е-е шикарна-а-а... Вы... ты кто т-т-такой? Чего нада?
– Я добрый самаритянин, - грустная улыбка появилась на лице старика.
– Добрый сама кто?
– мужчина икнул и попытался подняться на ноги. Ему это не удалось, рука подломилась, и он упал на снег.
Скрипнула дверь магазина и на улицу вышла женщина, одетая в теплые колготки, шерстяную юбку, свитер под горло и фартук.
– Оставьте его, - сказала она Александру Петровичу.
– Я этого алкаша знаю. Он тут каждый день ошивается. Надоел уже со своей вечно пьяной мордой. Только посетителей отпугивает. Вы хотели что-то купить?
– Да как же оставить его?
– спросил Александр Петрович.
– Он же замерзнуть может. Надо скорую вызвать или милицию, иначе точно замерзнет.
– Ну, и черт с ним. Вам-то какое дело до него? Одним алкоголиком меньше будет. Итак их развелось, словно тараканов.