Учитель

Жисе Филип

– Конечно забирайте. Я не буду дверь закрывать.

Старик вышел на лестничную площадку, затем спустился на улицу.

– Ну, что, мой дружок, не замерз?
– Александр Петрович потрепал собаку по холке.

При виде старика собака завиляла хвостом и залаяла.

– Скажите ему, чтобы перестал лаять, - старуха все еще была здесь и искоса поглядывала на Шарика.
– У меня голова болит.

– Нервничаете, наверное, много?
– старик отвязал Шарика и повернулся к старухе.

– А это уже не ваше дело, почему у меня голова болит.

Поживите тут рядом с такими алкоголиками, как тот, которого вы привели, то у вас не только голова будет болеть. Я без корвалола уже и жить не могу. А все из-за этих, алкоголиков. Бессовестные.

Старик ничего не сказал, только улыбнулся кроткой улыбкой и вернулся, теперь уже с Шариком, в подъезд. Поднявшись на второй этаж, Александр Петрович подошел к двери, ведущей в квартиру сорок два, и тихонько постучал.

Дверь приоткрылась, и на пороге возникло улыбающееся личико Маши.

– Дедушка Саша?
– словно убеждаясь в этом, спросила девочка.

– Он самый, - улыбнулся Александр Петрович и после небольшой паузы добавил, кивнув на собаку.
– И Шарик.

– Собака, - заулыбалась Маша и распахнула широко входную дверь.

– Маша, иди к себе в комнату, - услышал Александр Петрович знакомый голос, и мгновение спустя на пороге возникла Оксана.
– Заходите, заходите, не стесняйтесь.

Маша посмотрела на Шарика и улыбнулась, затем развернулась и убежала в детскую. Старик вошел в прихожую. Собака вбежала следом и принялась вертеть головой по сторонам.

– Раздевайтесь и проходите на кухню, - сказала Оксана, возвращаясь на кухню.
– Я уже чайник поставила.

– Сейчас, сейчас, - Александр Петрович нацепил поводок Шарика на дверную ручку и разулся, после этого снял пальто и повесил на крючок в стенке. Александр Петрович наклонился к собаке и погладил того по голове

– Сиди здесь. Я скоро вернусь.

Шарик зевнул и улегся на дорожку.

– Где у вас можно помыть руки?
– спросил Александр Петрович у Оксаны, входя на кухню.

– Можете прямо здесь, - девушка кивнула в сторону умывальника.

– Очень хорошо. Спасибо.

Александр Петрович помыл руки, затем вытер их полотенцем, которое дала ему Оксана, и сел за стол. Запах немытого тела привлек его внимание. Александр Петрович принюхался и вздохнул. Да, ему, и правда, не помешало бы помыться.

– Что это вы так вздыхаете, дедушка Саша?
– спросила Оксана, ставя чашки на стол. За чашками последовала сахарница и тарелка с пирожками.

– Да вот размышляю о причинах, заставивших Владимира так опуститься, - нашелся Александр Петрович, садясь за стол.
– Ему же и сорока нет.

– Тридцать шесть, - сказала Оксана и опустилась на стул рядом со стариком.
– Раньше он если и выпивал, то очень редко. По праздникам разве что. Но после того как уволили с работы, все как будто перевернулось с ног на голову. Первое время еще пытался искать работу, а потом сдался и... Да вы и сами все видите.

– Как же вы живете? Вы же, я так понимаю, не работаете,

с детьми сидите. Как же вы обходитесь?

– Так вот и обходимся, - Оксана бросила в чашки пакетики чая и залила их горячей водой.
– Получаю пособие на Лену, да и родители помогают, мои и Володьки. А как дальше будет, не знаю. Все советуют подавать на развод, но не будь у меня маленьких детей, тогда другое дело, а так страшно. Как же я с ними одна буду?

– Беда так беда, - пробормотал Александр Петрович.
– А лечить Владимира не пробовали? Это же не дело. Пропадает человек.

– Все перепробовали, ничего не помогает. Только все хуже становится. Раньше хоть вещи с квартиры не выносил, а сейчас, - Оксана смахнула слезу с глаз.
– Пить-то за что-то же надо.

– И как долго Владимир уже пьет?

– Да полгода уж точно будет. В мае прошлого года уволили, а где-то с конца июня и запил.

– Беда так беда, - снова пробормотал старик.
– Даже и не знаю, что сказать.

Впервые с тех пор, как он ушел из дома, Александр Петрович почувствовал себя беспомощным. Другим людям он мог что-то посоветовать, сейчас же он не знал даже, что сказать.

– Ну, ничего страшного, - сказала Оксана.
– Как-то оно да будет. Вы лучше попробуйте пирожки с чаем. Чай, наверное, уже остыл.

– Конечно, конечно, обязательно попробую.

В прихожей послышалась какая-то возня.

– Шарик, скоро пойдем. Подожди немножко, - сказал старик и повернулся к собаке.

Рядом с Шариком Александр Петрович увидел Машу. Та сидела на корточках и гладила собаку по голове.

– Ой, я и забыла про собаку, - улыбнулась Оксана.
– У меня кости есть. Думала, собакам на улицу вынести. Давайте я их лучше вашему Шарику отдам.

– Он вряд ли откажется, - улыбнулся Александр Петрович, пробуя пирожок.
– Как вкусно! Домашние пирожки - самые вкусные пирожки.

– Спасибо, - поблагодарила Оксана, после чего достала из холодильника кулек с костями и вынесла его в прихожую собаке.

– Маша, я же просила тебя посидеть в детской, - услышал Александр Петрович.

– Я хочу с Шариком поиграть, - отозвалась девочка.

– Потом поиграешь, Шарик сейчас будет кушать, так что можешь пока посидеть в детской и присмотреть за Леной.

– Лена спит. Я хочу посмотреть, как Шарик будет кушать.

– Тогда смотри, только близко не подходи. Пусть поест спокойно.

– Он у вас не кусается?
– спросила Оксана у Александра Петровича, вернувшись на кухню.

– Нет, не беспокойтесь, - улыбнулся Александр Петрович.
– Детей он точно не укусит.

– Ну, и слава Богу, - сказала Оксана, присаживаясь на стул.

– Я вот все думаю, как бы помочь Владимиру, - сказал Александр Петрович.

– А как ему поможешь? Он сам не хочет, чтобы ему помогали. Ему нравится пить. Ну и правильно, о детях и я могу позаботиться, - Оксана вытерла слезы и взяла в руку пирожок.
– Не знаю, за что меня так бог наказывает?