Учитель
Шрифт:
Пять теней скользят к часовым. Это явно не местные, наши диверсанты-разведчики, знакомый стиль. Работают мешочками с песком, трупов нам не надо. Постов больше нет. Врываюсь в караулку. От моего вида охранники впадают в ступор. Выйти из него не успевают. Всё. Охрана живая, здоровая и без сознания. Неясные тени уже копошатся у дверей сараев — вскрывают замки. Двор заполняется людьми и подводами, похоже, работает вся ночная гильдия Креса. Впрочем, а что можно ожидать? Кроме бертаймских доспехов здесь есть чем поживиться и куда более ценным и безопасным. У гильдии сегодня хороший день. Точнее, ночь. С дисциплиной у воров всё в порядке: подводы нагружаются с невероятной скоростью и растворяются в ночи. На их место тут же подкатывают другие.
Через
* * *
Совет королей. Никогда не видел более бестолкового, бессмысленного и безрезультатного занятия. Собраемся с утра в троном зале Креса и первые два часа выясняем, должен ли Нургуш сидеть, как все за столом, или может остаться на своем троне. Единственное, что мне нравится в данной склоке, это двусмысленность формулировки. Я даже пытаюсь шутить на эту тему, но меня просто не понимают. Страсти накаляются настолько, что двое государей даже решают покинуть собрание, и остановить их удается с большим трудом. Аргументы в споре серьезнейшие. С одной стороны, сидящий на троне как бы выше всех остальных, а не равный среди равных. С другой, король в своем замке может сидеть только на троне. Я, конечно, интересуюсь насчет естественных надобностей. Опять никто не понимает, но снисходят до объяснения, что это относится к тронному залу, даже кушать можно по-человечески. Шебур и Стожар при виде этой заварушки сначала немеют от удивления, а потом пытаются умереть от смеха. Весь спор шепчутся между собой и решают вырезать в сортире поселка трон и пользоваться им по очереди. И другим давать, потому как не жалко. В конце концов, высокие договаривающиеся стороны передвигают стол к трону (Их Величества не ленятся лично ручки приложить), и хозяин оказывается вроде, как в общем кругу, но не в кресле, а на своем законном месте.
Второй вопрос теоретически был решен заранее. Ехали заключать союз, значит, он нужен. Ан нет, не так всё просто. Двое владык были абсолютно убеждены, что всё это бессмысленно, мол всё равно басилевс всех побьет и завоюет. На все аргументы, типа численности армий, они только уныло повторяют свои аргументы: нет никого сильнее Бертайма, он всех победит хоть вместе, хоть порознь, и зачем сопротивляться такой силе. Еще один суверенный властелин мыслит, что именно заключение союза спровоцирует вчерашнего герцога на немедленное нападение. Единственный его аргумент звучит: «я бы так сделал». А Юфта, маркиз Карагана, усиленно считает войска, всё время получая полуторное превосходство противника. На замечание Смаги, что неплохо бы сосчитать и лесную армию, Юфта только раздраженно отмахивается:
— Зачем считать бандитов! Повесить, и все проблемы!
Эта фраза настолько возмущает Шебура, что я еле успеваю не дать ему вызвать маркиза на поединок. То, что ребенок без больших проблем зарежет этот мешок с жиром, я не сомневаюсь. Более того, идея убийства этого псевдоразумного уже не столь отвратительна. Но сделать следующий ход должен противник. И нужен ход намного сильнее банальной дуэли или оскорбления.
Вопрос обсуждается четыре часа, и у меня складывается впечатление, что если бы игра шла честно, не был бы решен никогда. Наконец, все соглашаются союз заключать и отправляются обедать. Вообще-то, количества стоявших на столе переговоров закусок и напитков с головой хватало на всех присутствующих, включая меня. И не могу сказать, что ими пренебрегали. Зачем нужен отдельный обед, лично я понять не в состоянии. Но он организован, и это мероприятие занимает два часа, причем за столом обсуждаются исключительно стати жеребцов и собак. Оживление присутствующих показывает, насколько эта тема им ближе и роднее рассматриваемых на совете.
Возвращение в тронный зал ознаменуется новой часовой дискуссией на тему сидений. Потом
Зато по решению данного вопроса всем предлагается разойтись для подготовки к пиру, который назначен через час.
— Здесь всегда такой балаган? — спрашиваюл я Смагу по дороге в наше крыло.
— Обычно намного хуже, — отвечает граф. — Сегодня Их Величества явно настроены договориться. Что меня очень удивляет.
— А меня совершенно нет. Я бы Вам советовал одеть на пир кольчугу. И брать с собой только хороших бойцов.
— Вы думаете? А дети? — он кивает на идущих впереди Шебура и Стожара.
— Это моя забота. Да они и сами могут за себя постоять. Если я ошибаюсь, вам грозит только временное неудобство от тяжести кольчуг.
* * *
Четырнадцать часов непрекращающейся болтовни ни о чем утомят даже йети. Если бы я параллельно не следил за ситуацией в городе, мог бы и с ума сойти. А там было весьма интересно.
Ваха обнаружил пропажу даже позже, чем мы рассчитывали, одновременно с началом совещания. Решением сложных логических задач, вроде: "Каким образом охрана не в курсе событий?", — он не озаботился ни на минуту, чем и подтвердил, что голова у него на месте. Второе доказательство ума купца не заставило себя долго ждать — потерпевший не помчался за стражей, а прямым ходом отправился к Сумету, главе ночной гильдии Креса.
Предложение Вахи было простым и стандартным: выплата откупных и возврат товара. Старый вор повел себя, как просили. Поломался, объясняя, как трудно будет найти похитителей, поплакался о проблемах гильдии, пожаловался на «этих обормотов» и выторговал себе отдельный процент за посредничество между Вахой и группой «серьезных людей из очень уважаемой организации». Процент, естественно, взял вперед. Всё это заняло пару часов. В тот момент, когда владыки пяти королевств двигали тяжеленный стол заседаний к трону Нургуша, Сумет послал гонца за Тикшей.
Тикша не торопился. Полмили от выделенных ему апартаментов на секретном этаже лачуги нищего до подворья гильдии он преодолел за час. Внимательно выслушав ограбленного купца, он сочувственно поцокал языком и предложил немедленно вернуть похищенный товар за сумму, втрое превышавшую годовой бюджет Креса. Началась торговля. Проходила она вполне обычно: купец плакал и божился, что столько денег он никогда не видел, а вор с выражением оскорбленного достоинства на лице объяснял, что цена столь низка исключительно из-за глубочайшего уважения к оппоненту. И что большую часть ее придется отдать заказчику в виде неустойки. В ответ торговец рассказывал о неликвидности украденного товара и его низких потребительских качествах и слушал про тяжелую воровскую долю и необходимость помощи товарищам, которым приходится обживаться на новом месте... Через два часа торговли стороны всё еще были на старых позициях. В этот момент Шебур тянул из ножен саблю, намереваясь посмотреть, какого цвета у маркиза сало.
Наконец, Тикша предложил Вахе выход. Сумму можно снизить вдвое. Но при этом к купцу вернутся не все товары. Похитители, как благородные люди, оставят себе самые неликвидные и опасные в сбыте. А именно — бертаймское военное снаряжение, которое продать в свободных королевствах можно только королям, забесплатно и с риском для жизни. Вот тут купец взвыл! Обнаружилось, что именно на этот товар покупатель уже есть, Это вообще везлось на заказ, и... В общем, всё было ясно.
— Тогда... — лениво произнес Тикша, — либо плати названную сумму, либо до свидания. С твоим товаром меня в любом королевстве примут с распростертыми объятиями. Буду полутысячником какого-нибудь Карагана.