Удача

Седов Б. К.

Только сейчас Знахарь понял, что в имени Генри Смита показалось ему странно знакомым.

Генри Смит…

А в немецком варианте – Генрих Мюллер.

Да!

Тот самый Генрих Мюллер, который украл у Знахаря сокровища Золотой Орды, который купил кусок волжского берега и окутал тремя рядами колючей проволоки найденную Знахарем пещеру.

Знахарь прислонился к дереву и закрыл глаза.

Время стремительно полетело вспять, и он снова увидел перед собой скалистый берег Волги, песок, на который набегали мелкие волны, живую и веселую Наташу, живого Костю,

который задумчиво протирал затвор «Моссберга», хищного и опасного Надир-Шаха с пистолетом в руке, Алену с Алешей и…

И трупы, кровь, смерть…

А потом пещера, и в ней…

Тяжелые темные знамена и златошитые хоругви, золотые царские кубки и серебряные длинногорлые кувшины, кованые сундуки и украшенные затейливой резьбой шкатулки, толстые рассыпающиеся книги и покоробленные пергаментные свитки, увесистые золотые распятия и потрескавшиеся мрачные иконы, давно истлевшие меха, позолоченные доспехи и латы, мечи, алебарды, боевые топоры, резные луки с давно лопнувшими тетивами – великое множество старинных дорогих вещей, с каждой грани которых, с каждого изгиба, с каждого завитка назойливо и хищно прыгало в глаза золото, золото, золото…

Оттолкнувшись спиной от дерева, Знахарь потряс головой, избавляясь от наваждения, от навалившихся на него воспоминаний, и посмотрел на продолжавшего сидеть Мюллера.

Что делать дальше – он уже знал.

Жаль только, подумал Знахарь, что это происходит не где-нибудь в России.

Там, понятное дело, и стены помогают. Там можно было бы заманить Мюллера в такое место, откуда у него был бы только один выход – на тот свет, и спокойно, не торопясь, поговорить обо всем.

Обо всем…

Но, в общем, и здесь при желании можно было сделать нечто подобное, вот только рассчитывать на чью-то помощь не приходилось. Знахарь не хотел впутывать в это дело Скуратова с его братвой, потому что, если бы они догадались, о каких фантастических суммах идет разговор, цена жизни Знахаря мгновенно упала бы до нуля.

Ладно, подумал он, по ходу дела разберемся.

Знахарь глубоко вздохнул, придал лицу выражение доброжелательного спокойствия и решительно направился к скамье, на которой сидел Смит-Мюллер.

Главное – не спешить и не совершать необдуманных импульсивных поступков.

Остановившись в двух шагах от Смита, Знахарь прочитал надпись на его значке и, внутренне усмехнувшись, вежливо поинтересовался:

– Мистер Смит?

Смит поднял голову и, взглянув на Знахаря, встал.

– Совершенно верно. Генри Смит, – сказал он, внимательно глядя на Знахаря.

– Майкл Боткин, – представился Знахарь и протянул Смиту руку.

Его сердце билось, как у кролика.

Несмотря на то, что Знахарь был уверен, что его нельзя узнать, адреналина в его крови хватило бы на целый взвод новобранцев, брошенных в настоящую смертельную атаку.

– О нашей встрече позаботился мистер Скуратов, – сказал Знахарь и почувствовал, что начинает успокаиваться.

Смит не узнал его.

Да и с как он мог узнать человека, с которым виделся один раз в жизни, год назад и на протяжении всего лишь получаса. К тому же

пластическая операция, совершенно изменила внешность Знахаря.

Знахарь успокоился окончательно и, любезно притронувшись к локтю герра Мюллера, сказал:

– Мистер Скуратов сказал мне, что вы можете помочь в одном весьма тонком деле.

– О, – Смит усмехнулся, – тонкие дела – мой конек. Конечно, подумал Знахарь, например – присвоить пещеру с сокровищами.

– Я хочу показать вам то, что у меня есть, и потом мы поговорим о ценах и объеме сделки. Естественно, товар у меня не с собой, но мы можем поехать туда, где он находится, и вы сами все увидите.

– Не возражаю, – кивнул Смит.

И они степенно пошли к выходу из парка.

– Скажите, Майкл, – Смит улыбнулся, отмахнувшись от голубя, который попытался приземлиться ему на голову, – вы позволите называть вас так?

– О да, конечно, – с готовностью согласился Знахарь.

Сейчас он был согласен на все, даже на то, чтобы его называли желтым земляным червяком, лишь бы не упустить этого человека.

– Вы ведь русский… задумчиво сказал Смит, – я был в России. Москва, девушки…

И он мечтательно закатил глаза.

– Вы знаете главные русские слова, – с одобрением сказал Знахарь, и оба засмеялись.

– И что вы делали в России? – Знахарь наклонился и потрепал по загривку темнорыжего ирландского сеттера, который, подбежав, стал обнюхивать его брюки.

– Ничего, – небрежно ответил Смит, – простой американский турист.

Ну-ну, подумал Знахарь, знаем мы таких туристов. А потом сокровища пропадают. Так, непринужденно беседуя, они добрались до выхода из парка и оказались на автостоянке.

– Поедем на моей? – полуутвердительно спросил Знахарь, указывая на свой новенький «Порш», – тут недалеко, всего полчаса.

– А почему бы и нет, – легко согласился Смит, – день у меня сегодня свободный, и, кроме встречи с вами, никаких дел нет.

– Вот и хорошо, – Знахарь щелкнул пальцами, – а кроме того, в том месте, куда я вас привезу, вы отведаете такого кофе, какого вам еще не приходилось пробовать.

Именно в это момент ему пришла в голову гениальная мысль, и план дальнейших действий сложился в голове за какие-то несколько секунд, которые ушли на то, чтобы подойти к машине и открыть дверь.

Теперь он точно знал, куда отвезет Смита и что произойдет дальше.

Еще во время своего первого визита в Америку Знахарь познакомился с седым турком Али, который держал в Бруклине крошечную кофейню на два столика. Лучшего кофе Знахарь не пил никогда и нигде. От маленькой, игрушечного размера, чашки вольтаж в организме резко поднимался, и кровь начинала мчаться по жилам с утроенной энергией. Сам Али был очень приветлив и любезен, совсем как хозяин какой-нибудь чайханы. Он неизменно встречал гостей широкой белоснежной улыбкой, которую оттеняли усы, густые и черные, как у Саддама Хусейна. Их знакомство неожиданно стало таким доверительным, что Али продал Знахарю новенькую «Беретту», которая не позже чем через три часа спасла ему жизнь.