Удар Святогора

За стенами яранги бушевала снежная буря. Стихия вновь и вновь бросала на приступ жилища свои ледяные орды, безуспешно пытаясь добраться до укрывшихся от непогоды существ.

Темноволосый мужчина поежился и еще плотнее укутался в волчью шкуру. Одежда и смуглая кожа выдавали в нем жителя юга, лишь прихотью судьбы оказавшегося в этом суровом северном краю.

– Надеюсь, буря не продлится долго, – обеспокоенно произнес он, пытаясь укрыться шкурой так, чтобы хоть немного сдержать непривычный ему холод.

– Это

не буря, – ответило существо в центре яранги, – легкий ветерок.

Существо обладало весьма примечательной внешностью, лишь отдаленно напоминавшей человеческий облик. Под колкими глазами бледно-серого цвета находился внушительный клюв, усеянный рядом мелких, но острых зубов, пальцы были гораздо длиннее человеческих, однако существо умудрялось достаточно ловко управляться с большим совиным пером, что-то замысловато выписывая в толстой книге. Заслуживает интереса и способ беседы, потому как смуглый мог бы поклясться, что разговор идет на его родном языке, а сторонний наблюдатель, если бы такой вдруг оказался в яранге, был бы уверен, что странное существо и вовсе молчит, а гость болтает сам с собой.

– Алмаз моей души пугает несчастного торговца… – притворно возмутился он, однако существо резко оборвало его:

– Не льсти мне.

– Прекрасная хозяйка сомневается в честности Абдула, и очень напрасно, ибо каждый, кто наполняет кошелек скромного торговца, для меня как прекрасный бриллиант среди песков пустыни.

– Все, что ты заработаешь на продаже этих книг, можешь брать себе, – существо отложило перо на минуту и пристально взглянуло в глаза торговцу, – меня волнует одно: книги должны попадать к нужным, а не богатым людям.

– Не ставьте под сомнение честность торговца Абдула из славного города Багдада, – южанин выглядел искренне обиженным, – я никогда не нарушаю условий сделки, которые меня устраивают. Из прошлой партии книг четыре я отдал простым крестьянкам, одной так вовсе за крынку молока. Еще одну – мельничихе, и тоже практически даром. Все они полностью подходили под описание, что было мне объявлено. И разве виноват скромный торговец в том, что шестой кандидатурой оказалась дочка правителя Белого королевства?

Карий глаз торговца озорно сверкнул из-под надвинутой на брови меховой шапки.

– Дочка короля… – задумчиво протянуло существо, – вокруг таких особ может оказаться и тот, кто поймет, что на самом деле означают эти книги. А впрочем, не важно, пускай.

– Торговец не станет задавать вопрос, который возникнет у любого человека после этих слов, – весело откликнулся Абдул, – еще мой отец говорил: чем меньше опасных знаний, тем крепче здоровый сон. Однако зачем делиться с простыми людьми тайными знаниями, не пытаясь извлечь выгоду, от моего понимания ускользает.

Существо снова отложило перо и посмотрело на своего собеседника.

– В этой книге собрано около двухсот ритуалов и заклинаний, – узловатый палец указал на фолиант с переплетом из человеческой кожи, – как ты думаешь, сколько из них действительно работают?

– Великая Ягга [1] проверяет Абдула, – хитрая усмешка озарила темное лицо

с ровной клиновидной бородой, – они все работают. Что не раз испытывали при моей скромной персоне сомневающиеся люди.

– Удивишься ли ты, узнав, что работают тут только шесть заклинаний и ритуалов?

Торговец действительно удивился.

– Но ведь неоднократно при мне проверяли любое заклинание, и всегда неизменно все работало, как и предначертано.

– Все так, все работает, как предначертано, – усмехнулась ягга, – хитрость именно в начертании.

Она поймала недоверчивый взгляд собеседника и пояснила:

– Вот смотри, заклинание вызова карающего огненного шара с небес. На самом деле волшебство такого сотворить не может: все, на что способна волшба, – это менять облик и воздействовать на разум. Нельзя с помощью даже самой сильной волшбы поднять с земли простой камень или заставить вспыхнуть огонь. Но людям это знать не обязательно, пусть верят в могущество колдунов и ведьм.

– А что, если кто-то захочет проверить при мне, – ужаснулся перспективе Абдул, – и оно не сработает?

– Чтобы заклинание сработало, нужны три зернышка проса, паутина, молоко козы и глаз рубиновой саламандры. Есть у кого-нибудь глаз рубиновой саламандры?

– У крестьян нет, а вот у королевны какой-нибудь или купчихи может и оказаться, – с сомнением высказался южанин, – или ей доставят по приказу.

– Рубиновую саламандру я придумала в этой самой юрте, – поделилась ягга, – ни у кого нет и быть не может ее глаза.

– Хитро придумано, о прекрасный цветок этих северных краев, – восхитился Абдул.

– Или вот еще: творить ритуал надо при полной луне месяца Рукахагх.

– И месяц Рукахагх придуман в этой же юрте?

– Ты начал понимать суть, – снова усмехнулось существо, – возможно, теперь мне придется тебя убить.

– Не говори так даже в шутку, прекрасная звезда в безлунном небе, – возмущенно замахал руками Абдул, – скромный торговец не находит смешными шутки, связанные с его смертью!

– Не волнуйся, ты мне еще нужен, – успокоила его ягга, – моя предшественница, прежняя Великая Ягга, смогла распространить лишь двадцать книг за сотню лет. Я же с твоей помощью уже смогла отправить в мир восемнадцать фолиантов, и всего за три года.

– Книги, где подавляющее большинство ритуалов не могут быть выполнены, быстро наскучат людям. Я ничего не понимаю в колдовстве, но неплохо разбираюсь в людях.

– Поэтому я долго думала, какие рабочие заклинания вписать в книгу. Они должны дать возможность знахарке или ведьме постоянно зарабатывать, а взбалмошным девам – развлекаться. Превращение в черную кошку, избавление от плода, сглаз и конечно же избавление от сглаза, полет на метле… Ну и приворотное зелье как жемчужина этой коллекции.