Удел сироты
Шрифт:
– Но ведь это финансово невыгодно!
Твай и ККП посмотрели на меня и нахмурились, хотя никакой очевидной причины для этого не существовало.
ККП сделал паузу, а потом продолжал:
– Зная это, нам удалось минимизировать расходы на постройку, – он повернулся и показал на дальние стартовые площадки. – Там расположен самый совершенный комплекс… А что касается стартов с Земли… Космическую базу номер один запустят на орбиту именно оттуда. Ее будут поднимать секциями. Тогда перехватчики смогут около года находиться на орбите. Не «Звезды», а настоящие космические боевые корабли. «Звезда» сама
39
авиабаза Ванденберг, находится на мысе Аргайво в штате Калифорния. Основана в 1941, передана ВВС в 1958. Названа в честь одного из начальников штаба ВВС генерала Х. Ванденберга. В основном служила площадкой для учебного запуска межконтинентальных баллистических ракет, а также некоторых спутников. Существовали планы строительства здесь стартовой площадки для запуска космических кораблей многоразового использования «Спейс шаттл», но после катастрофы «Челленджера» в 1988, они были отложены на неопределенный срок. С 1991 года подготовленная для «Шатлов» площадка используется для запусков орбитальных спутников.
Звучало внушительно. И, судя по всему, эти проекты стоило очень дорого. Адская работенка для Брэйса. К тому же очень ответственная. Я-то сам отвечал лишь за то, чтобы лишние звездочки подольше продержались на моей форме.
Я повернулся к Твай. Налетевший атлантический ветерок распахнул ее пальто.
– Зачем вам я? – спросил я у нее. – Неужели вы не сможете обойтись без подсадной утки?
Она пробежала пальцами по волосам, словно поправляя прическу.
– На деньги потраченные на мое содержание можно было бы восстановить пару городов внутри страны.
– Глупости все это.
– Что?
Твай отвернулась, но продолжала говорить.
– И рабочие места, и фабрики и эта база, находятся на территории США. Остальной мир думает, что, осуществляя этот проект, Америка восстанавливает себя на деньги остального мира, в то время как весь остальной мир голодает.
– А это так?
Твай сложила руки на груди.
– Исследовательские и производственные комплексы расположены тоже тут, не так ли? – спросил Брэйс у отошедшего в сторону ККП.
Тот кивнул.
– И обычные и ВТП.
ВТП означало восстановление технологии псевдоголовоногих.
– А как относительно КП и ИМП? – спросил я у генерала.
Это были детища Говарда, и в свою очередь означали: «криптозоология псевдоголовоногих» и «исследование мотивации поведения».
ККП сморщился и показал на маленькое здание, стоявшее в стороне, почти у самого горизонта.
– Там дом «шпионов».
Я улыбнулся. Военные признавали интуитивный гений Говарда Гиббла. Я всегда верил, что если бы мы рассекли мозг Говарда, то обнаружили бы там истинную историю галактику, которую уже кто-то написал. Военные сразу же поняли, что складки на форме Говарда, впрочем, как складки на одежде любого профессора, и его любовь к панноптикуму – будем уж называть вещи своими именами – нисколько не отражает его гениальность.
Так что Говард и его компания для военных все равно, что работали в параллельной вселенной. Генералы и политики просто отодвинули его в сторону, развязав ему руки и позволив делать все, что он захочет. Потом, когда он рассказывал о новых
Министерство обороны наконец выделило ему ту единственную жизненную нишу в которую он мог вписаться…
До самого полдня Твай была с Брэйсом, видимо просвещая его относительно правильного общения со средствами массовой информации.
А я отправился к дому шпионов. Здание имело два этажа и производило впечатление новодела. Расчленение червей было любимым занятием Говарда, так что ожидал застать его на месте. Но я не ожидал встретить там и Пигалицу с Уди.
Глава шестнадцатая.
Говард провел меня через лабораторию, коллекционную комнату, где каталогизировали фрагменты снарядов псевдоголовоногих, и помещения, где происходила обработка данных. Я и не ожидал, что наша последняя остановка будет в игровой. Помещение размером напоминало классную комнату, стены разрисованы пандами и улыбающимися пурпурными ящерицами. В центре комнаты Уди, хихикая, ловил мешочки с бобами, которые бросала ему женщина в лабораторном халате и парике клоуна. На самом деле это были ее настоящие волосы, зачесанными соответствующим образом. В это время парень с козлиной бородкой снимал все это на голокакмеру.
Пигалица в штатском сидела в углу комнаты, скрестив руки.
Я на цыпочках подошел к ней.
– Домашнее видео?
Она повернула голову в мою сторону.
– Джейсон! – она улыбнулась, потом качнула головой в сторону Уди. – Говард хочет измерить его скорость реакции. Армия продлила срок моей службы, но на альтернативной основе. Дай им Уди, или они отберут его у меня.
У меня брови поползли на лоб от удивления.
– Так что, Говард насильственно приволок тебя сюда?
Она покачала головой.
– Говард – душка. На меня давят офицеры Космических военных сил… Так или иначе, а мне тут не нравится, – она обняла себя руками. – Совсем не похоже на наш дом.
Для Пигалица домом был Египет, где после начала войны стало не так уж и тепло. Я еще раз попытался понять смысл происходящего.
– Что они пытаются доказать?
Пигалица с негодованием посмотрела на меня.
– Мой сын другой, потому что он родился не на Земле.
К нам подошел Говард.
– Ты говоришь так, словно тебе предстоит борьба с Апартеидом.
– Так оно и есть, – надулась Пигалица. Если Пигалица когда либо и получит американское гражданство, которое имел ее сын, поскольку его отец родился здесь, сомневаюсь, чтобы она зарегистрировалась как республиканка.
Чтобы никого не обидеть, я изменил тему разговора.
– Говард, на какое время тебе еще понадобиться Удей?
Он пожал плечами.
– Разве ты привез его во Флориду? Хорошо, следующий раз заберешь его, когда тебе будет удобно.
Я повернулся к Минчикен.
– Видишь? Я позволяю им исследовать моего ребенка, но только без суеты, – она закатила глаза и стала что-то бормотать по-арабски.
– Я бы хотел поговорить о той странной машине, – обратился я к Говарду. Где сейчас «футбольным мяч» с Ганимеда?
– Отделы космических сил R и D до сих пор исследуют его, – нахмурился он. – Они изучают его так, словно это Алмаз Раджи. Через неделю собираются провести какое-то испытание. Мы, – тут он сделал жест, словно хотел разом объединить всех нас, – не приглашены. Церемония демонстрации может принести новые доходы военщине.
Я фыркнул.
– Пусть Космические силы радуются, что их до сих пор не разорвало на мелкие кусочки.