Удел сироты
Шрифт:
Пропустив всех вперед, я вышел на посадочную полосу, которую Брамби и выжившие инженеры вырезали в горном склоне. Архитектура на Ганимеде не отличалась разнообразием, так как у нас было всего три материала из которого можно строить: камень, камень и камень.
В тот миг, когда я очутился снаружи, какой-то солдат, стоявший в стороне, чтобы его не затоптали, показывал куда-то на небо. Я просто проследил взглядом за его указующим перстом.
Сверкающая муха ползла по пурпурному куполу нашего мира, но для меня это было самое прекрасное зрелище. Спасательный корабль… может быть.
Брамби повернулся ко
– Сэр, как вы считаете, когда первые из нас снимутся с этой скалы?
– Сначала мы должны увериться, что это наши. Пусть поднимут тревогу.
Брамби замер.
– Сэр? Тревогу?
Брамби и три сотни замерших, истощенных солдат застыли одновременно, хотя не все еще выбрались из своих «нор».
Может это всего лишь совпадение, что «Генерал» и «Говнюк» начинается с «Г». Тревога означала, что войска должны занять свои позиции. «Занять позиции» означало идти, ползти и карабкаться по скалам. Но все эти вещи, солдаты ненавидели со времен Трои.
Хорошо, что исторически существовало две военных школы. Одна требовала или концентрации сил, словно римляне, строящиеся в фаланги, плечом к плечу, щит к щиту, или рассеивания – разбиться на отряды так, чтобы нельзя было уничтожить всю армию одной гранатой. Короче, генерал ответственный за военно-воздушные силы в Перл Харборе сто лет назад, собрал все самолеты воедино, так чтобы их легче было охранять. И создал великолепную цель для японских бомб.
Поэтому мои солдаты должны были в первую очередь рассредоточиться. Даже если моим подчиненным это не нравилось. Вскоре мы бежали по скалам, а я срывал с плеч звезды, вновь превращаясь в одного из солдат. Генерал – лакомая цель для слизней.
– Брамби, все мы знаем, что эта искорка означает, что кто-то приближается. Может это спасители. Может – слизни. Передай это другим офицерам батальонов.
Экспедиционные силы Ганимеда – выжившие «батальоны» не более чем небольшие группы людей, в каждом не более пятидесяти человек. И минуты хватит, чтобы все оповестить.
Брамби едва заметно кивнул, то ли отрицая саму возможность того, что это могут быть слизни, то ли в сомнении стоит ли выполнять мой приказ.
– Брамби, если это наши парни, они выйдут на связь на полевых частотах через пару часов, – генералы, даже те, что получили повышение на поле боя, не должны оправдываться, отдавая приказы своим подчиненным. Или это способ сказать ему, что я тоже хочу, чтобы искорка оказалась нашими парными. – Тогда наши люди смогут открыть бутылки картофельной водки.
У Брамби аж челюсть отвалилась. Неужели он считал, что я не знаю о перегонном кубе? Один из техников лаборатории Говарда протащил на борт «Надежды» оборудование для производства самогона. Сырая картошка и в самом деле стала на «Надежде» сырым материалом для ухода от реальности. Раньше я и представить себе такого не мог. Я должен был ликвидировать эту грязь, распространяющуюся среди выживших.
Брамби ухмыльнулся, а потом отдал салют.
– Есть, сэр.
Пока Брамби разносил приказы, я приложил руку к уху и передал Говарду:
– Отель, это – Джульетта. Скажи, когда предположительно ты прибудешь на место и займешь позицию.
– Джейсон,
Говард ориентировался словно слепой бойскаут-волченок [8] . Видимо, он догадался о том, что мы заметили в небе движущийся объект.
8
младшая дружина бойскаутов; от 8 до 10 лет.
– Думаешь, это – наши парни, – спросил я. – Что если это слизни?
– Псевдоголовоногие двигаются между условными, топологическими узлами пространства, которые позволяют проходить через меридиан временно сфабрикованных складок пространства…
– На английском, Говард, пожалуйста.
– Слизни прыгают через дыры пространства, которые соединяют отдаленные места, оставляя далеко позади складки пространства.
– А еще проще?
– Ну, как объяснить? Звезды с планетными системами слишком далеко, чтобы совершить межзвездное путешествие с субсветовой скоростью. Даже если они живут очень долго.
– Хорошо. Дальше.
– Значит, они явились к нам путем, о котором мы не подозреваем… И вряд ли они станут повторять тактику, которая привела к поражению их предшественников.
– Почему нет? Человеческие армии повторяют ошибки все время. Точно так же как другие разумные…
– Мы имеем дело с нечеловеческим разумом.
Я кивнул, по-прежнему прижимая трубку к уху. Говард мог быть профессором, но солдат не выживет, если станет недооценивать своих противников.
– Джейсон, это – посадочный модуль с «Экскалибура».
– «Эскалибура»?
– Корабль той же серии, что и «Надежда». Его только начинали строить, когда мы покинули наш дом тридцать один месяц назад. Я думал, ты знаешь.
Говард никогда не заботился о соблюдении субординации. Он мог быть профессором в сердце, но как офицер разведки напоминал Шпиона [9] со всей его чепухой. Рационализм Шпиона говорил, что если никто из нас не знал, что был второй корабль для нападения, мы не смогли бы проболтаться, если бы слизни решили взять нас в плен.
9
главный герой знаменитого телесериала «Человек от Д.Я.Д.Ю.Ш.К.И.».
– Полет с Земли занимал почти два года при использовании технологии химического топлива. Значит «Эскалибур» должен был отправиться сюда через семь месяцев после нашего старта, когда мы еще были в пути?
Я задержал дыхание, потом выпустил воздух. Сдулся, одним словом. Никакой ругани. Особенно когда есть хорошие новости.
– Ладно, Говард, уговорил. Корабль наш.
– Это очевидно любому школьнику. Но один из моих офицеров утверждает, что объявлена тревога. Разве не глупо?