Удержать!
Шрифт:
Ряд простых двухмерных записей с сенсоров дроидов, переживших встречу с весьма агрессивным человеческим, — совпадение? — ребёнком демонстрировали одну и ту же картину: пойманный за мародёрством, двенадцатилетний с виду мальчишка посчитал себя загнанным в угол, воспринял дроидов миротворческого патрульного отряда как своих врагов… и превратил пятерых из них в груду скомканного металлолома. Словно снежок слепил, только не из снега, а из полутонны специальных сплавов, и не руками, а неким полем, которое всецело подчинялось жестам самого ребёнка и было зафиксировано датчиками…
Первым делом Хирако добрался до антиграва, использование которого на контролируемой
Во-первых, мальчишка был сиротой, и вплоть до пика эпидемии обретался в приюте вместе с такими же воспитанниками, которые, вопреки отсутствию на Марриконе серьёзной и открыто действующей преступности, были теми ещё малолетними бандитами.
Во-вторых, характер у ребёнка был ужасный: он никому не верил, огрызался и в целом вёл себя как бешеный волчонок-одиночка. А так как обладал он отнюдь не безобидной силой, которая, предположительно, проявилась совсем недавно, сейчас с ним контактировали только дроиды, что тоже не прибавляло ему доверия.
В-третьих, подконтрольные Аполло машины подтвердили ряд полученных при изучении способностей самого коммодора фактов: сами сверхспособности никак не фиксируются, чего нельзя было сказать о последствиях этого самого использования. Так, вокруг псионических, — наиболее удобное и понятное определение из уже имевшихся в галактике, — рук, коими мальчишка и ликвидировал пятёрку боевых дроидов до того, как его вырубили, наблюдалось преломление света. На них оседала пыль, и в целом они вели себя в точности как полноценный материальный объект с тем лишь дополнением, что появлялись и пропадали они из ниоткуда и в никуда. Возможности оценить рамки их применения пока не представилось, так как с момента захвата прошло всего чуть больше трёх стандартных часов, и ребёнок только недавно пришёл в сознание. Тем не менее, это не помешало Аполло и его Юнитам обработать целую прорву информации, ещё раз впечатлив Хирако тем, на что способны осознающие себя машины.
— Три дня в относительном спокойствии, но стоило только мне взять отпуск на четыре часа… — Коммодор, распахивая двери антиграва, старательно сдерживал себя от куда как более жёстких выражений. Впустую сотрясать словами воздух было, конечно, не в его стиле, но сложившиеся обстоятельства вывели мужчину из только-только обретённого душевного равновесия. Мало коммодору было прежней ответственности, так Аполло теперь посчитал вполне приемлемым повесить на своего напарника из плоти и крови ещё и опаснейшего мальчонку, который, к счастью, не демонстрировал слишком уж яркого желания применить свои способности на первом встречном. — Тереза, обобщи информацию о произошедшем в городе за время моего отсутствия и изложи в виде краткого отчёта. Всё незначительное отметай, акценты расставляй на самом важном.
— Выполняю, коммодор.
В чём Хирако видел несомненный плюс модернизированной и, как он предполагал, хотя бы частично самоосознавшегося ассистента, так это в эффективности выполнения задач и отсутствии серьёзных ошибок. Тереза играючи оперировала колоссальными объёмами данных, облегчая работу коммодора и предоставляя ему куда как более информативную выжимку по рабочим вопросам по сравнению с любым из Юнитов. Правда, полноценно функционировал ассистент только там, где была связь с мощными вычислительными центрами вроде расположенного на Каюрри, флагмане или в штабе, но Хирако этого было
Разобравшись тем самым с “рутинными” рабочими вопросами, под своды штаба коммодор ступил со спокойной душой. И первым, что бросилось ему в глаза, стало некоторое оживление в его стенах: его прибывшие на Маррикон-4 подчинённые пополам с набранными на Каюрри бойцами привнесли в обитель дроидов некое оживление, и теперь сюда не страшно было пускать тех же журналистов в целом и Лукоски в частности.
При одной лишь мысли о девушке Хирако поморщился: скольких нервов он лишился, проводя для неё экскурсию по тонущей в конфликтах столице? А ведь попутно эта наглая девчонка не оставляла попыток выудить у своего сопровождающего что-то, могущее стать темой для очередного “взрывного”, как она выражалась, репортажа. Словно ей было мало десятков горящих тем, подобранных Хирако и Аполло специально для неё, и высочайших рейтингов у её репортажей на канале со времён начала идущей на взлёт карьеры. Алья Лукоски не впервые умудрилась ухватиться за горячую тему, но впервые эта тема оказалась прижатой вплотную к воистину грандиозным, пусть и только грядущим событиям: войне гегемонов.
Так что энтузиазм её был понятен, но оттого не менее раздражающ.
Хирако в темпе вальса наведался в свои апартаменты, где избавился от опостылевшего скафа, отправившегося в специальную колбу на чистку и обработку. На смену этому привычному для коммодора элементу гардероба пришла обычная форма, ношение которой было обязательным для всех разумных, служащих в составе Каюррианского флота. Это вполне удобное и практичное облачение устраивало коммодора куда больше скафа, который при всех своих достоинствах не предназначался для круглосуточной носки.
А в коридоре Хирако уже встречали.
— Коммодор! — Явно оказавшийся здесь не по одной лишь счастливой случайности офицер вытянулся в струнку, но не удержал, впрочем, улыбки, на которую Хирако ответил зеркально, после чего обменялся с подчинённым рукопожатиями. Времени с их последней встречи вроде бы прошло совсем немного, но из-за чрезмерной насыщенности последних недель событиями этот отрезок казался вечностью. — Хотите взглянуть на мальца?
— И на него тоже. Много кто знает?
— Если вы о… — Руками мужчина изобразил нечто невнятное — то ли нападение тенктаклей, то ли зарядку для пальцев, практикуемую альфонсами. — … то в курсе только наши из киборгов, да я как тот, кому малец хоть как-то доверился и перестал буянить.
— Подробнее? — Из полученного ранее отчёта следовало, что ребёнок после задержания не чудил, но вот слова Кларка говорили об обратном.
— Держал двери и не давал им открыться, поймал и не отпускал единственного дроида-няньку, которого удалось найти, потом забавлялся с металлическим подносом, скатав его в шарик… Ничего криминального или опасного, но на своём веку я впервые вижу что-то подобное. Уверен, ка… коммодор, вы впечатлитесь.
— Не сомневаюсь, Кларк, не сомневаюсь. — Хирако в уме перебирал варианты действий, прислушиваясь к интуиции и выбирая лучший. Как себя повести с мальцом с учётом того, что ребёнок нужен Каюрри максимально лояльным? Одиннадцать-двенадцать лет — уже не тот возраст, когда кого-то можно впечатлить парой фокусов и вкусной едой. Тут понадобится нечто иное. — Как он к тебе отнёсся?
— С настороженностью. — Кларк пожал плечами. — Как я понял, его заметно напрягла моя форма, но вопрос решился, стоило нам только немного поболтать. Мой вам совет, коммодор — поменьше строгости, побольше… настоящего вас.