Углерод
Шрифт:
– Товарищи! Ударим же клыком Увальня, в сердце проклятой гидры империализма!
Следующие два часа, Самойлова поднимала цену по пятьдесят или сто рублей, ругалась с техником, пыталась ввести в заблуждение. Она даже отгоняла потенциальных покупателей. В конце концов, изрядно помотав друг другу нервы, они договорились о цене в пять тысяч пятьсот рублей. Леонид третий раз за день уложил зубы в рюкзак и вернулся в магазин вместе с Екатериной.
– Курс помнишь? Один к тридцати пяти.
Хозяйка магазина ушла в подсобку. Вернувшись с тремя
– Давай зубы.
– Не спешите разбрасываться деньгами, дамочка.
– притормозил её Леонид.
– Раз уж я здесь, то ещё кое-что прикупить хочу.
– И чего же?
Глаза Самойловой загорелись в предвкушении выгоды.
– В первую очередь оружие...
– Выбирай, что на тебя смотрит!
– она обвела рукой стойки с оружием.
– Оружие, боеприпасы, наборы для чистки. Всё есть!
– Мне не это нужно. Давай на чистоту? Я знаю, у тебя ППШ за стойкой. Я хочу купить что-нибудь подобное. АКМ, например. Мне подойдёт даже ППС.
– Ты имеешь ввиду, этот ППШ?
Самойлова достала пистолет-пулемёт из-за стойки, потянула на себя затвор, направила на техника и нажала на спусковой крючок. Выстрела не последовало. Она отстегнула от пистолета-пулемёта барабанный магазин и продемонстрировала его даже не изменившемуся в лице Леониду.
– Это единственное автоматическое оружие в деревне, которое не интересует дружину. Всё из-за дефицитных патронов. Я же говорила, что продаю только неавтоматическое оружие. Может уже скажешь, кто меня постоянно сдаёт?
– Недовольные клиенты.
– мрачно ответил он.
– А зачем тогда предлагала, тебе оружие нести?
– Что ты как маленький? Конечно, продала бы его дружине. Только дороже.
– Да уж. Облом.
Техник задумался на мгновение, окинул взглядом стойки с оружием. Винтовки Мосина не устраивали габаритами и скорострельностью. Дешёвые двустволки тоже отметались по этому простому критерию в добавок ко всему боезапас в два патрона в критической ситуации может стоить жизни. Обрезы он даже не рассматривал, за исключением одного.
– Возьму Иуду. Десяток картечных патронов к нему. И подсумок под это дело.
– Уверен? Возьми лучше вертикалку, для охоты лучший выбор! Или трёхлинейку. Тоже неплохая вещь. Мощная, точная и надёжная. Да и картечных патронов двенадцатого калибра пока нет. Только пулевые.
– Ну и как я с такими дылдами буду?.. Нет, возьму Иуду.
– Хозяин-барин.
– согласилась Екатерина, принесла обрез и положила на стойку.
– Патроны есть Земные, охотнички с собой заносят иногда. Осечку дают довольно редко. Есть Столичные, они менее качественные, дымят много, но и дешевле. Подсумок с креплением на пояс, только на десять патронов.
– Давай пятнадцать Земных патронов и подсумок... Кстати, патроны посчитай как десяток, пять патронов в довесок к Иуде. Помнишь?
– Это было почти два месяца назад.
– возразила Самойлова.
– А мне по барабану. Не будет патронов - значит
– Да ты - грабитель!
– И ничуть по этому поводу не комплексую. Давай пять бесплатных патронов!.. Дальше. Набор для чистки мне вряд ли понадобится. Ещё мне нужен рюкзак, литров на сорок, какая-нибудь оптика с линзами побольше, верёвка... Мне обязательно нужна верёвка.
Как всегда, всё самое необходимое влетело в копеечку. В магазине Самойловой, он оставил почти четыре тысячи рублей, зато теперь был вооружён не только холодным, но и огнестрельным оружием. Правда, в таком виде, Иуда, годился в лучшем случае для стрельбы метров на десять. Леонид не питал иллюзий, и если доведётся им воспользоваться, то будет стрелять исключительно в упор, чтобы наверняка.
Воплотить угрозу в жизнь и навестить кузнеца в тот же день уже не представлялось возможным. Начинало темнеть и страдающий ожирением кузнец скорее всего уже свернул трудовую деятельность. Решив, что визит может подождать до утра, техник направился к своей, уже бывшей, бригаде. Позже, сидя у костра в кампании мужиков, он пытался привести рукоятку обреза в порядок обтачивая напильником из мультитула.
– Ну, Леонид, где был, чем занимался?
– поинтересовался Савелич.
– Тебе нужен честный ответ?
– К Рубежу значит ходил.
– догадался он.
– Я тебе говорил не ходить? Я тебе говорил, что там опасно? И ты всё равно пошёл туда? О чём ты думал? А что, если бы ты там погиб?
– легкомысленность техника разозлила мастера.
– Я тебе рассказал про Рубеж, и вина за твою смерть легла бы на меня! Взрослый мужик, а повёлся на байку как пацан!
– А вот и не байка.
– Слышать ничего не хочу!
– Да что ты взбеленился? Вернулся. Живой и здоровый. Ну не мог я не сходить. Ничего не мог с собой поделать.
– Да уж. Хорошо хоть на Увальня не наткнулся.
– Я бы даже сказал, очень хорошо, что не наткнулся!
– скромно подтвердил он.
Техник, отложил обрез в сторону, достал из портсигара папиросу. Рассказать Савеличу про стычку с Увальнем значило навлечь на себя не только его гнев, но и аномально сильного Димы.
– Говорят жуткая тварь. Димон?
– обратился он к низкорослому работяге.
– А у него...ну, у Увальня, каких-нибудь поведенческих особенностей нет?
– Каких?
– переспросил полупьяный Дима.
– Поведенческих, Дмитрий. Поведенческих.
Савелич вытащил из костра горящую щепку и поднёс Леониду, чтобы тот прикурил.
– С Увальнем всё просто. Предпочитает жить подальше от людей. Нападет из засады. Обваляется, в листьях, мху, ветках... По этой причине так мало выживших. Я думаю, у него есть какая-то железа наружной секреции. На подобии потовых. Только выделяет какое-то клейкое вещество. Непонятно почему страдает агорафобией. Поэтому, если куда-нибудь ещё соберёшься, имей ввиду. Это может очень помочь.