Угроза

Сеймон Норман

–  У нас есть Сильда, - напомнил Стас.
– Она же не будет ходить с нами через перевал туда-обратно. Останется с вами.

–  Ой, я боюсь, - громко прошептала джетка.

Женщину все еще пугали восьмилапые, ведь все лето она провела на Джемме, не показываясь в городе. Поездка в город, быстрая, удобная и безопасная, примирила ее с необходимостью видеть пауков каждый день, но оставаться с ними наедине она боялась.

–  Ты им нужна, - помог джетке решиться Олаф, который видел ее искренний страх.
– Восьмилапые будут лежать замерзшие, неподвижные.

На границе снегов нет насекомых, но какие-нибудь мухи могут прилететь. Тебе было бы приятно, если бы ты не могла пошевелиться, а мухи пили твою кровь? Просто встанешь над смертоносцами с веткой и будешь их охранять.

–  А вы быстро вернетесь, высокий господин сотник?

–  Постараемся побыстрее, нас Стас будет за собой тащить.

На ужин пошли припасы джетки, их пора было съесть, чтобы хоть немного уменьшить груз. В снегах смертоносцы людям не помощники, а обуза. За один раз всех пятерых восьмилапых перетащить на веревках по снегу не получится, значит, придется возвращаться.

Ночью у Олафу опять пришел Фольш. Он поздоровался с ним по имени, и утром именно это больше всего портило настроение сотнику. Речь бога оказалась очень похожей на предыдущую, вот только в конце он напомнил чивийцу, что неплохо бы покурить наса.

–  Это угодная мне трава!
– важно произнес Фольш.
– Не забудь, ты - избранный! Я говорю не со всеми.

Запомнить лицо, или хотя бы рост, сложение бога не удалось. Да и как это сделать во сне, когда не владеешь не то что телом, а даже мыслями? Может быть и обращение к сотнику по имени ему просто приснилось?

"На то время, пока я буду лежать неподвижно, но смогу разговаривать, я останусь Оком Повелителя," - напомнил Зижда, начиная утром подъем к перевалу.
– "Если меня не будет с вами, или я не смогу говорить, меня заменит Олаф. Он - сотник. Прости, Малый Повелитель Сайка, но ты не уроженец Чивья, и согласно традиции не можешь командовать отрядом горожан."

Атаман спокойно кивнул, не спросив даже, сколько именно в отряде чивийцев. Если не считать смертоносцев, то к таким можно было отнести одного лишь Олафа. Солнце ярко сияло, отражаясь от снега. Пройдя половину расстояния, караван остановился.

"Перебирайтесь все на нас," - приказал Око, имя в виду себя, Мешша и Вачи.
– "Когда прикажу прыгать, не сбрасывайте груз."

Втроем перевозить столько людей нелегко, но все же так получалось быстрее, чем если бы кто-нибудь из двуногих пошел наверх пешком. Оставив позади двух смертоносцев, отряд достиг наконец снегов. Еще некоторое время пауки продолжали идти, осторожно переставляя разъезжающиеся лапы, потом остановились.

"Прыгайте и идите по нашим следам," - сказал Зижда и добавил для сотника: - "Защити меня от зверей с красной кровью, покоряка!"

Здесь, в горах, насекомые не жили, это позволило уцелеть нескольким вымирающим видам древних существ. Среди них попадались и довольно крупные, но когда через перевалы шел весь народ Чивья, никаких бед странные хищники не причинили. Возможно, просто боялись

такого количества людей и пауков.

–  Пошли!
– Олаф первым пошел по следам быстро удалявшихся смертоносцев.

–  А зачем же мы слезали?
– удивилась Сильда.

–  Они замерзают. Будут бежать сколько смогут, чтобы облегчить нам работу, потом упадут. Мы нагоним, привяжем веревки и будем тянуть.

–  Это примерно как грести, - со знанием дела сообщил Стас.
– И-раз, и-два! А под горку когда пойдет, то они сами поедут!

–  Шапку надень, - потребовала джетка.

Да, теплые вещи им очень пригодились. Впрочем, особого мороза пока не было, солнце быстро нагревало любой темный предмет. Смертоносцы быстро превратились в точки, а потом и вовсе растворились в белизне.

–  Ух-ты!
– вдруг воскликнул Сайка.
– Паук какой маленький! В горах такие водятся?

–  Это потомство, - поправил его Люсьен.
– Паучат тащили примотанными паутиной к самкам, некоторые попадали. Маленькие, всех не соберешь. Может, он еще оживет?
– стражник поднял на руки крохотного, с кулак малыша.

–  Нет, за зиму промерз насквозь! Ударь его мечом, и он расколется, как льдинка!
– предложил Вик.

–  Зачем же?
– стражник бережно бросил паучка в ямку и закидал снегом.
– Ни к чему так баловаться.

–  Быстрее!
– прикрикнул на них сотник.
– Если будете на все отвлекаться, то Зижда станет таким же!

Они видели еще много следов осеннего перехода, торчащих из-под снега. Мертвые смертоносцы, большие и маленькие, люди, по преимуществу старики, забытые вещи. В одном месте из-под снега торчала целая упряжка жуков. Все знали, что сил перетаскивать и эту, малополезную скотину, не останется, но гнали шестиногих чтобы они протащили часть груза как можно дальше. Жукам не повезло, они не дошли совсем немного.

Наконец впереди показалась точка. Сотник, махнув рукой Люсьену, побежал бегом и первым добрался до упавшего Мешша. К тому времени, как подошли остальные люди, оставалось закрепить только одну веревку.

–  Сами затянете, - кинул сотник снасть джетам.
– Главное, не цепляйте за клык, оторвете! Просто затяните на жвалах петлю.

"Спасибо," - неожиданно ответил Мешш и не ожидавшая такого Сильда взвизгнула.

Остальные пошли дальше. Вскоре они добрались и до Вачи, оставили с ним носильщиков. Олаф, Люсьен, Барук и Сильда взялись за продержавшегося дольше всех Зижду, с тем, чтобы потом вернуться и помочь товарищам.

"У меня все лапы еще на месте?" - спросил Око Повелителя.
– "Ничего не чувствую."

"А зачем тебе лапы, раскоряка?" - сотник одно временно командовал друзьями.
– "Мы же тебя тащим. Лежи и наслаждайся."

"Холодно," - признался Зижда.
– "Первый раз было не так страшно, а теперь я знаю, что когда согреюсь, будет очень больно. Ты стал другим, Олаф-сотник, я слышу тебя гораздо лучше."

–  Да ты всегда меня неплохо слышал… - смутился чивиец.