Угрюмый город
Шрифт:
— А вот это как раз совсем не обязательно. Смотри: Олег уехал от Шуйского в десять минут второго, точнее, в тринадцать ноль девять. Горюнов, обнаруживший труп, утверждает, что разбился он примерно без пяти два, плюс минус пара минут. Значит, до места гибели он добирался сорок пять минут, а расстояние там по моим прикидкам километров сорок. Получается, что Олег ехал со средней скоростью шестьдесят километров в час. Но все, кто его знал, единодушно утверждают, что он был лихач и постоянно гонял как сумасшедший, да и Горюнов считает, что жал Олег не меньше ста, а может, и все сто сорок. В то, что он полз-полз как черепаха, а потом перед последним поворотом вдруг дал
— Может, просто пообедать заехал, — предположил Щербак.
— По дороге к родителям? Они меня накормили, так что из-за стола вылезть не мог, а родного сына?
— Короче, ты хочешь сказать, что в эти потерянные двадцать минут он успел с кем-то встретиться, так?
— Да. И именно у этого кого-то мог оставить ноутбук, мы ведь не знаем точно, был он на месте аварии или его там не было. Горюнов его не видел.
— Еще один повод познакомиться с экспертом, передавшим Игорю седло, — хмыкнул Щербак. — Надо бы изучить опись вещей Олега. Но в принципе, я с тобой абсолютно согласен. Узнать, с кем Олег встречался перед смертью, нужно обязательно. Потому что этот человек, между прочим, может оказаться убийцей.
Денис задумчиво потер переносицу:
— Значит, у нас по сути две диаметрально противоположные версии: либо Олег встречался с другом и отдал ноутбук ему на хранение, либо с врагом — и тогда это убийца, а ноутбук…
— Либо друг оказался вовсе не друг, — закончил мысль Щербак. — И ноутбук Олег ему отдал по доброй воле и удар в спину тут же получил. Черт! Получается, что мы опять уперлись. Даже если в ноутбуке черным по белому записано, где искать железяку Шуйского, нам это в данный момент ничего не дает.
— Угу. Причем, заметь: мы ведь, по сути, не знаем, что искать. Шуйский сказал, что в ящике триста с лишним килограммов комплектующих, то бишь деталей, а похитители четко назвали это нечто прибором.
— Думаешь, похитители сами не знают, что от нас требуют? Или Шуйский нам соврал?
— Допускаю обе возможности. Еще утром я думал о том, чтобы попросить у Шуйского помощи…
— Но теперь ты от этой идеи отказался?..
— Отказался. Допустим, Шуйский не имеет отношения к похищению Игоря, допустим, даже те менты, которых он уговорит нам помогать, тоже не имеют к этому никакого отношения. Но, подумай сам, Игорь пытался расследовать убийство, которое милиция замяла…
— Короче, дело о похищении они, конечно, откроют, но нам это ничего не даст, кроме головной боли, Игоря никто искать не бросится.
— Вот именно, — кивнул Денис.
15.05
Они вышли из кафе, но добраться до Колиной машины не смогли: улицу запрудили студенты. Несколько тысяч человек двигались со стороны центральной площади мимо автовокзала. Ни хвоста, ни головы колонны не было видно.
— Что за праздник городской? — спросил Денис.
— Черт его знает. Мне утром газету сунули, когда остановился на светофоре, так она в машине! Вроде открытие какого-то памятника. Погибшим омоновцам, что ли.
— Рановато, месяца не прошло… Погоди! — Денис поймал за рукав Щербака, уже собиравшегося нырнуть в толпу, — есть идея.
— Ты думаешь, губернатор Игоря похитил?! — высвободился Николай. — Или мэр? Или начальник ГУВД области тебе лично звонил?
— Не думаю. Но если появилась возможность, почему бы не проверить? Или у тебя есть соображения, как искать Игоря?
— Представляешь, какая дерьмовая запись получится в такой толпе, — привел последний аргумент Николай, — еще и при таких репродукторах. — Он с сомнением покрутил в руках диктофон.
— Каких таких репродукторов?! — разозлился Денис. — Ты их видел?! Может, там динамики будут — высший класс.
— Могу себе представить!
— Ладно, — сказал Денис спокойно, — вот тебе техническое решение: станем подальше друг от друга, получится стереозапись. Посторонние шумы, в том числе и гул репродукторов, будут разные, а полезный сигнал — голос — один и тот же. Его можно будет отфильтровать.
— А эхо? А синхронизировать как…
— Макс как-нибудь синхронизирует. Топаем!
Топать пришлось минут двадцать. Конечной целью
их путешествия оказался небольшой пыльный сквер, именуемый «Парк славы». Он имел треугольную форму, и с трех сторон его обтекали оживленные улицы. Движение перекрыли на всех трех, снежинское начальство, похоже, относилось к таким вещам легко. В центре сквера располагался монумент борцам за советскую власть с потушенным вечным огнем и недостроенная часовня. Популярностью место, судя по всему, не пользовалось.
Студентов, согнанных для обеспечения массовости, построили на проезжей части по периметру, внутри сгрудились сотрудники милиции и родственники погибших омоновцев.
— Давай, попробуй пробиться поближе к эпицентру, — сказал Денис, — а я на углу останусь, тут не такое эхо от домов.
— Конечно, если в эпицентр, то Щербака… — прокомментировал Николай, но Денис уже не мог его слышать.
Какой-либо специальный кордон вокруг сквера отсутствовал, однако штатских внутри было — один из десяти, включая собравшихся на трибуне. Николай, выставив вверх левую руку с диктофоном, а правой прижав к уху мобильный телефон, начал медленно, но верно протискиваться вперед. Милиционеры, столкнувшись с ним взглядом, отворачивались и нехотя уступали дорогу. То ли в самом деле принимали его за журналиста, то ли каждому было неловко перед коллегами проявлять ретивость: все, конечно, при форме, но не на службе,
Митинг начался, когда Николай достиг первых рядов, словно только его и ждали. Лицо власти отсюда было видно как на ладони. Некоторых он узнал: видел фотографии на сайте «Сатурна». Позади губернатора, зарыв глаза в землю, стоял начальник ГУВД области генерал-майор Огарев, рядом с ним озабоченно-деловой Пасечник. Рахаев по соображениям политкорректности, или по еще каким-то, отсутствовал. В двух метрах от Николая переминался с ноги на ногу бывший друг, а впоследствии заклятый враг Олега Вовка — начальник OОTPP Малинин. Николай понял, что забрался слишком далеко и отступил на десяток шагов. Начало речи губернатора он пропустил мимо ушей, она его, собственно, и не интересовала, диктофон все фиксировал для истории. Было бы интересно послушать, о чем судачит среднее милицейское начальство, в кругу которого он оказался. Но майоры с подполковниками перебрасывались лишь обрывками фраз, мероприятие им еще не наскучило. Николай отступил еще дальше в гущу народных масс, слышно было везде одинаково.