Ухо
Шрифт:
– Эй! – насторожился Лёня, ударил по тормозам и внимательно на меня посмотрел. – Водка-то не паленая была? А то знаем мы эти «вижу плоховато»… Ты как? В глазах темнеет? Тогда срочно выпить бутылку нормальной водки и в больницу!
Я покачал головой и усмехнулся.
– Не, Лёня, не боись, совсем не темнеет у меня в глазах…
– Двоится? – догадался Лёня, снова разгоняясь.
– Типа того, – кивнул я. – А водка была нормальная. Отличная была водка, вкусная! А всё остальное – от нервов. День такой.
– Ну, смотри… – кивнул Лёня, помолчал и вдруг спросил: – А скажи-ка мне, милый друг,
– Не боись, Лёня, должны быть! – Я попытался засунуть руку в карман, но сидя это делать было неудобно. – Если в лесу не потерял… – Я повернулся: Лёня напряженно глядел на меня. – В случае чего, ко мне домой поднимемся, там точно есть… – Я, наконец, нашарил в кармане горсть бумажек и вытащил их. – Вот, Лёнь, сам я плохо вижу, глянь своими глазами, ничего тут не подойдет?
Лёня отвернулся и начал задумчиво глядеть на дорогу.
– Э! – позвал я. – Лёня! Ты скажи, сколько с меня?
– Да нисколько, – кивнул Лёня. – Я просто так спросил, проверить – может, ты тут врёшь мне всё, чтобы потом сказать, что платить нечем. Теперь вижу – не врёшь. Так что спрячь свои бумажки, они тебе ещё пригодятся.
– Но…
– Прячь, прячь. Что я тебе, такси что ли? Шашечки у меня на борту нарисованы?
– Спасибо… – сказал я растроганно. – Шашечки – не знаю. Если и были, то не разглядел когда садился. Со зрением у меня…
– Со зрением… Ты когда-нибудь видел шестисотый «Мерседес» с шашечками?
Я открыл рот и попытался повернуться, чтобы осмотреться, но видел только светящиеся контуры кабины, разноцветные пятна приборной доски и ослепительно сияющий прямо передо мной двигатель.
– Я вот про что думаю, – сказал, наконец, Лёня. – Ты охранные системы только программируешь или устанавливать тоже умеешь?
– А чего там уметь, устанавливать-то? – обиделся я. – Датчики приклеить и провода кинуть – это любой сумеет, кто в руке дрель держал.
– Это хорошо. Может, найдем тебе работу, – кивнул Лёня.
– Не, спасибо… – я помотал головой. – Я не по бытовой сигнализации, я по промышленной. Это когда сразу на всё здание – и пожарка, и охранка, и пропуска магнитные. А то и сканеры, чтоб по отпечатку пальцев пускать сотрудников.
– А по сетчатке глаза? – спросил Лёня.
– Не вопрос, – оживился я. – Дело модное, сканировать сетчатку. Врать не буду, сам с такими системами не работал, литературу изучал много и представление имею. Будет оборудование – подниму систему без проблем. Только оно дорогое, оборудование, как хрен знает что.
– Ну почему? – возразил Лёня. – «Мисканки» китайские сейчас подешевели очень.
– Игрушки для подростков!!! – заорал я. – Ты в курсе, что у них ложных срабатываний семь процентов?! Они в упор не годятся для охранных систем и никто их не сертифицировал! В серьёзное заведение их только идиот поставит! А если для крутизны и понтов ставить – то только вместе с отпечаточником. Это и надежнее и понтовее – и глаз приложи, и палец, и все лохи писают кипятком от восторга. Поэтому у нас в офисе такая штука стоит чисто для понтов, даже не подключённая. Но тот, кто в этом хоть чуть разбирается, презирать будет.
– Угу, – кивнул Лёня. – И бог с ними.
– «Окула» наша… – Я поморщился. – Делали её вояки какие-то, Тульские или Тверские, и этим всё сказано.
– Что сказано?
– А всё и сказано. Надежность там, конечно, военная, этого не отнять. А остальное? Штатная база сотрудников так криво написана, как только вояки могут написать. Сам не видел, но люди в форумах очень ругали.
– А ты бы лучше написал? – саркастически спросил Лёня.
– И лучше, и надежнее, и красивее – чтоб всё сияло, и не стыдно было показать на Западе.
– Ой ли?
– Да не ой!!! – разозлился я. – А гран-при Кёльнского международного салона за прошлый год! Он мне тут после этого будет «ой ли» говорить…
– Так… – покосился Лёня с недоверчивым любопытством. – Ладно, а ещё есть претензии к «Окуле»?
– Одна, – усмехнулся я. – Но – фатальная. Как она сетчатку сканирует? Какая там мощность лазера?
– По документам – нормальная…
– По документам нормальная? – подпрыгнул я, – А где эти нормы? Откуда взяты? И кто-нибудь её измерял реально, мощность, нормальная она или нет? Никто! А ты её сам видел в работе, скажи? А я видел, как она жарит до синих зайчиков в глазах! Это нормальная мощность, да? Вот пускай её вояки и ставят на двери своих землянок на случай войны! А в мирном офисе, если тебе глаза своих сотрудников хоть немного жалко… Короче, Лёнька, мой тебе совет: ставь обычные индукционные карты, а сканеры пальцев и сетчатки – это дешёвые понты по дорогой цене. Забудь про них.
– Не смогу забыть, – покачал головой Лёня.
– Тогда не гоняйся за дешевизной – засунь «Окулу» в задницу и поставь японскую «Джи»!
– Уж прямо в задницу… – обиженно пробормотал Лёня.
– В задницу, в задницу! – уверенно кивнул я. – По крайней мере, пока они мощность лазера втрое не придавят.
– А уже придавили… – задумчиво произнес Лёня.
– Кто? – не понял я, и только сейчас спохватился: – Послушай, а откуда ты… Вы…
– Ладно, вояка… – улыбнулся Лёня. – Считай, что у тебя сегодня очень удачный день. И работу ты нашёл новую и очень хорошую. У меня специалисты твоего уровня не ездят на «Жигулях».
Лёня полез в карман и протянул мне визитку. Но прочесть её сейчас я, конечно же, не смог.
* * *
Проснулся я от воплей кота. Кастрированный кот по кличке Гейтс обиженно ходил вокруг дивана и орал. Я вспомнил, что забыл его покормить. То, что окружало меня, конечно было моей квартиркой. Только мебель вся просвечивала, слегка просвечивали и стены, и вообще всё переливалось радужными пятнами.
Было муторно, дико хотелось пить, и от боли раскалывалась голова. Всё, что было вчера, казалось сном – и увольнение, и разбитая машина, и дача, и скандал там. По какому поводу скандал? Ах, да, Алла сидела у Баранова на коленях, когда у камина играли на гитаре. Ещё был лес, и там… Стоп, об этом лучше вообще не надо. А ещё меня, кажется, подвозил какой-то Лёня, а я ему жаловался на жизнь, и грузил терминами по работе. А он меня довез до самого дома, денег не взял, а пообещал хорошую работу. Или это всё бред?