Ухватить молнию
Шрифт:
– Но с него сняли почти все обвинения, – слабо возразила я. – А за остальное он отсидел.
– Я подумаю, – тихо произнес Брэд.
Я прекрасно знала, что означает это «я подумаю». Марио здесь не светит никакая работа.
Брэд кивком указал в сторону Эльтора. Тот вместе с барменом как раз направлялся в кладовую.
– Что это он сотворил со своей кожей, что она у него блестит, как медный таз?
– Не знаю.
– А с волосами? Фиолетовые, первый раз такие вижу. – Брэд покачал головой и пошел дальше. – Чего только вы,
Я посмотрела на Эльтора. Тот выносил из кладовой две большущие коробки. Слово «ребята» никак к нам не вязалось. Эльтор уж никак не ребенок, да и я, слава Богу, выгляжу старше своих лет. Надо сказать, впервые в жизни я была этому рада.
Ближе к полуночи я отыскала Эльтора в пустой кладовой, где он сидел с Брэдом и двумя официантками, Сами и Делией.
Компания устроилась на полу, попивая кофе и кушая булочки из соседней кондитерской. Брэд сиял, а Сами и Делия то и дело строили Эльтору глазки.
– Привет.
Я переминалась с ноги на ногу в дверях, не зная, входить или нет.
– Привет, – ухмыльнулся Брэд. – Ты только взгляни. – И он развел руками, словно пытался обхватить все пустое пространство кладовой. – Эльтор очистил обе кладовки!
– Замечательно! – согласилась я.
Эльтор молчал, а Сами тем временем продолжала ластиться к нему. Ее светлые волосы упали ему на руку. Но он не обращал на нее ни малейшего внимания, хотя это еще ничего не значило. Сами постарше меня и ужасно хорошенькая. Может, ему хотелось, чтобы я поскорее слиняла отсюда.
Но он поднялся с места.
– Ты освободилась? – спросил он и направился ко мне, не обращая внимания на остальных.
Даже не попрощался. Кстати, и со мной он не проронил ни слова, пока мы с ним шли к автобусной остановке. Может, разозлился на меня, что я помешала ему развлекаться с Сами и Делией? И лишь потом до меня дошло, что, разгрузив две кладовые, он, по всей видимости, устал.
Подошел автобус, и Эльтор вслед за мной поднялся в салон. И, как и в первый раз, я заплатила за нас обоих. Мы сели сзади. Он положил мне руку на плечо и привлек к себе. Мне это было ужасно приятно, и я положила голову Эльтору на плечо.
– Чуть не забыл. – Он вытащил из-за ремня две зеленые бумажки. – На, возьми.
Это были две банкноты, одна в десять, другая в пятьдесят долларов.
– А почему ты отдаешь их мне?
– А что мне с ними сделать?
– Но это ведь деньги! Или ты не знаешь, что это такое?
– Теоретически – да, – негромко произнес он. – Но с собой их не ношу.
– Но это твои деньги, я не могу их взять! – Я попыталась засунуть их ему обратно в руку. – Это ты их заработал!
– Ну, тогда пусть они пока побудут у тебя.
– Ладно, пока они тебе самому не понадобятся.
– Уговорила.
Эльтор откинул голову назад и закрыл глаза. Но вскоре голова его свесилась набок, и он едва не касался щекой моей макушки. Он все еще обнимал меня, словно маленький мальчик, который ни за что
И едва не проспала нашу остановку, успев в самый последний момент позвонить водителю, чтобы тот открыл дверь. Эльтор, потирая глаза, вышел вслед за мной через заднюю дверь.
Пока мы шли ко мне, мой спутник не проронил ни слова. Сначала я подумала, что ему скучно, что он только потому провожает меня до дома, что считает это своим долгом. Мне было до того не по себе, что я не сразу уловила исходящее от него настроение. Наконец до меня дошло, что, возможно, он тоже чувствует себя неловко. Странная это, однако, была мысль. Ведь на первый взгляд в нем было столько уверенности в себе, столько самонадеянности. Ему было совершенно безразлично, что о нем подумают другие. Все, кроме меня. Но почему?
Я заметила, как он потирает поясницу.
– До сих пор поверить не могу, что ты один перетащил все эти ящики, – сказала я.
– Но мне так велел Брэд, – улыбнулся он. – Рагнар сказал бы, что работа пойдет мне только на пользу.
– Кто-кто?
– Рагнар. Адмирал Рагнар Бладмарк. Друг нашей семьи. – На лице Эльтора читалось умиротворение. – Он был моим наставником с самого детства. Можно сказать, это мой второй отец.
Мне было трудно себе представить одного отца, не говоря уже о двух.
– Тебе повезло.
– Нет, он никогда не мог бы полностью заменить мне отца. Мой отец – бард. Певец. Рагнар – военный человек, а еще врач, специалист в области биомеханики. Он отлично понял и поддержал меня, когда я решил податься в Демоны, но я вообще-то предпочитаю другое название – Джагернауты. Для моего отца это все лишь занятие, связанное с огромным риском. Он боится, что я могу погибнуть.
– Это потому, что он тебя любит, – тихо заметила я. Лицо Эльтора немного смягчилось. Он погладил меня по волосам. Я тотчас ощутила исходящее от него душевное тепло, словно он пытался что-то сказать, но как – не знал. Я поняла одно – Эльтору хотелось, чтобы я почувствовала хотя бы толику той любви, того тепла, которое дарили ему отец и наставник. Я поймала его пальцы и поцеловала их – точно так же, как он поцеловал мои сегодня утром. Когда же я отпустила его руку, он от удивления слегка приоткрыл рот – я буквально видела, как недоумение засветилось вокруг него легким мерцающим облачком.
Хотя потом мы с ним почти не обмолвились ни словом, это было теплое, дружеское молчание, когда в словах нет особой необходимости. В конце концов он снова принялся вертеть в руках транском. И, как и прежде, эта игрушка взялась в его руках непонятно откуда.
– Куда ты кладешь его, когда он тебе не нужен? – поинтересовалась я.
– На место.
– Место?
Эльтор не ответил. Стоило ему взять в руки транском, как настроение его заметно сникло.
– Что-нибудь не так? – спросила я.