Ухватить молнию
Шрифт:
– Ты, конечно, понимаешь, что юридически, в соответствии с любыми законами, я буду обладать тобой и Эльтором до конца ваших дней. – Я посмотрела на Икуара. Он вновь открыл глаза и продолжил: – Это я говорю на тот случай, если вам в голову придет мысль совершить попытку бегства.
– В Империи и Союзных Мирах рабство считается незаконным! – воскликнула я.
Об этом мне никто не говорил, но почему-то я была уверена, что это именно так. Икуар улыбнулся.
– Может быть, и так. Однако условия Парижского договора требуют от вашего правительства возврата нашей собственности. У меня имеются все юридически обоснованные документы, связанные
Я не поверила, что Империя или Союзные Миры могли подписать соглашение, требовавшее от них возвращать эйюбианам беглых рабов.
– А что это за договор?
– Ты что, действительно недоразвитая? – рассмеялся Икуар. – Да ты и впрямь безмозглая наложница! Экзотическая штучка, ослепительно красивая, скандально юная и глупая как пробка!
От злости я крепко стиснула зубы. Мне было наплевать на то, насколько он могуществен или генетически совершенен. Единственная разница между ним и Нагом заключалась в том, что Икуар жил во вселенной, в которой никто не мог положить конец его безумствам.
– Может быть, я разрешу тебе увидеться с Эльтором, – произнес Икуар. – Что ты на это скажешь?
Я едва не подскочила с кресла.
– Да!
– Отлично. Дариус, приостанови стимулирующий цикл в лабораторном отсеке номер пять!
– Приостановил! – ответил Дариус. Икуар поднялся.
– Пойдем!
Икуар повел меня по восьмиугольному коридору, но, пройдя всего лишь несколько шагов, остановился и открыл портал. Мы прошли сквозь блестящую мембрану и оказались в беспорядочно загроможденной лаборатории. Вдоль стен и на открытых пространствах высились горы аппаратуры. Все это я заметила лишь мельком, боковым зрением, потому что сразу же увидела Эльтора.
– Нет! – Мне показалось, будто пол уходит у меня из-под ног. – Боже, нет! Пожалуйста! Только не это!
При помощи специального каркаса Эльтор был подвешен над поверхностью пола примерно на высоте пяти футов. Он был полностью обнажен, и все его тело – с головы до ног – было опутано какой-то сетью. Взгляд его был устремлен в потолок. Дыхание было прерывистым, как у тяжелобольного, и скорее напоминало скрежет. Казалось, будто у него перерезано горло. Пот крупными каплями струился по его телу, стекая на пол.
Нашего прихода Эльтор не заметил. Когда Икуар втащил меня в помещение, его надрывное дыхание перекрыло звук наших шагов. Икуар прикоснулся к панели управления на одной из консолей. Каркас, удерживавший Эльтора, пришел в движение, и в следующее мгновение он уже был повернут ко мне лицом.
– Икуар! Не надо! Я не хочу, чтобы она видела меня таким!
Владыка эйюбиан приблизился к каркасу и улыбнулся.
– Я привел тебе подарок!
По лицу Эльтора ручьями струился пот.
– Не делай этого! – умоляюще посмотрел он на своего мучителя.
– Ты хотел увидеть ее. Ты ведь сам просил меня об этом.
– Хотел, но не так.
Окружающий мир поплыл вокруг меня. Сухие розетки! Я вспомнила, как Икуар совсем недавно находился в состоянии наркотической эйфории и прямо-таки корчился от наслаждения, которое ему поставляли согласно его воле. Мне захотелось сию же минуту пронзить его насмерть. Не раздумывая, я бросилась на него с кулаками.
– Как ты смеешь мучить его, ублюдок! Негодяй!
Икуар без труда схватил меня за руки. Улыбки его как не бывало.
– Посмотри,
Мне показалось, что слова моего мучителя сопровождались зубовным скрежетом.
– Пять столетий твоя семья делала из нас посмешище! – продолжил он. – Хватит! Теперь пришло наше время!
– Мы не делали вам ничего плохого, – прохрипел Эльтор.
– Неужели? Нас вывели как особую породу для вас. Твоя семья, уступающая нам по развитию, призванная по праву обслуживать нас, аристо, сделала таких, как я, всеобщим посмешищем в твоей Сколийской Империи! – Икуар встряхнул меня с такой силой, что зрение мое слегка помутилось. – Вот, смотри! Вот она, твоя новая, свежая жизнь! Символ новых начинаний, по крайней мере для одного человека! Твоя обожаемая наложница! Так что умолкни, несчастный! Сейчас ты увидишь, как я использую ее, выпью ее до последней капли, а потом выброшу за ненужностью!
В ответ Эльтор принялся изрыгать в адрес Икуара жуткие проклятия, отчаянно пытаясь вырваться из каркаса, но тот крепко держал его в подвешенном состоянии.
Выражение лица Икуара снова изменилось, сделавшись нежным, как у влюбленного. Его голос прозвучал негромко и ласково.
– Дариус, возобнови стимулирующий цикл!
«Нет!» – готово было сорваться с губ Эльтора короткое слово.
Но не сорвалось. Вместо этого все его могучее тело буквально окаменело.
А затем он закричал.
Мне показалось, будто вся вселенная превратилась в хаос, в ней стоял только этот крик, крик моего любимого Эльтора. Я бросилась к нему, желая освободить, но Икуар безжалостно отшвырнул меня в сторону. Затем схватил меня за руки, опрокинув на лабораторную скамью, прижал спиной к ее поверхности и принялся срывать с меня платье.
Мое сознание наполнили крики Эльтора, сливавшиеся в один безумный вопль:
– Нет!
У Икуара был такой вид, словно он, вколов себе самый мощный из всех наркотиков, воспарил в своей дикой эйфории в такую немыслимую высь, что казалось, будто уже никогда не вернется на грешную землю. Каждый новый крик Эльтора исторгал из его груди вопль восторга и похотливого наслаждения.
ДЖ-А-А-А-А-Г!
Ментальный крик острой сталью пронзил вату, которой был туго набит мой вялый разум.
ЗАЩИТИ! Включаю систему аварийного пробуждения! отозвался Джаг. Глава 17 МЕСТЬ МОЛНИИ Мой разум широко распахнулся. Вернулись эмоции и ощущения. Я почувствовала, что падаю – не иначе, как в ту дыру, где, должно быть, находилась способность Икуара к состраданию. Меня со всех сторон ударяло и подбрасывало, как пробку в водовороте, омывавшем зловонную сточную трубу его разума. Нейроны мозга Эльтора подобно сигнальным лампочкам высвечивали одно и то же: боль. Его Излучающее Тело Кайла усиливало и передавало это ощущение дальше. Патологически чувствительное Принимающее Тело Кайла Икуара жадно впитывало сигнал, а таламус пересылал его дальше, в оргастические центры мозга. Эльтор и Икуар оказались замкнутыми в кошмарное неразрывное кольцо, симбиоз рона и аристо, эмпата и антиэмпата, Источника и садиста. Я поймала на себе магнетический взгляд Икуара – его лицо было искажено экстазом.