Уик-энд в деревне
Шрифт:
Вероника нервно рассмеялась, потом показала пустые руки и поднялась. Дина пошла вперед, словно показывая дорогу. Сумку пришлось оставить.
На выходной двери внизу была устроена форточка для собак. Дина через нее выскользнула на улицу, а Дик остался с Вероникой.
«Я не пролезу в эту дырку», – растерялась Вероника. И попробовала дверную ручку. Дверь не была заперта. Вероника вышла на крыльцо. Следом в форточку протиснулся Дик.
Широкий двор между домом и строением, похожим на гараж, был уложен плитами
Дик остался, а Дина по ступенькам привела Веронику к другой калитке в заборе. Ступеньки продолжались и за калиткой, рассекая заросли орешника. Ниже зарослей обнажился глинистый склон, утопающий в песчаных дюнах пляжа. Ступеньки также закончились у песка. Дальше к причалу вела дорожка из крупных плит известняка.
Узкий деревянный причал на металлических сваях уходил на добрых полсотни метров в море. Легкий прохладный ветерок затеял игру с телом Вероники, когда она ступила на темные доски причала. На склоне при спуске Веронике было по настоящему жарко, и показалось, что она напрасно надела свою шерстяную кофту.
Песок был мокрым после вчерашнего дождя, и пляж выглядел почти безлюдным. На причале двое мальчиков и девочка десяти или одиннадцати лет удили рыбу. Девочка вертелась и громко смеялась. Мальчикам явно не нравилось ее легкомысленное отношение к рыбалке. Но девочка им нравилась, что заметно было по их реакции на ее шалости.
Больно кольнуло сердце. Вероника только сейчас вспомнила о своей дочери. Дочь, чуть старше детей на пристани, осталась одна в городской квартире. Правда, она у нее молодец и это не первый случай. К тому же за квартирой и дочерью присматривает неработающая соседка – пенсионерка из квартиры напротив.
И все же нехорошо получилось. Ведь Вероника обещала позвонить вечером, в надежде на мобильный телефон Влада. Когда же теперь она сможет это сделать без своего кошелька, который остался в сумке? Да и отпустит ли ее Дина?
Она взглянула на наручные часы. Скоро одиннадцать, а Александр Лукич еще не возвратился… Раздражение закипало в ней. Раздражение на себя, на Влада, на хозяина, приютившего ее вчера. Слишком уж он услужливый. Гладил платье, мыл туфли незнакомой женщины. Что-то есть в этом лакейское…
Вероника внимательно осмотрела море. Одна из черных точек почти у горизонта стала заметно больше. Кто-то из рыбаков плывет назад. Однако прошло почти полчаса, пока лодка причалила. Последние один или два километра Александр Лукич прошел на веслах.
– Вы позже почти на час, чем обещали… У вас мотор испортился? – такими словами встретила его Вероника.
– Нет, мотор в порядке, а весла – для разминки…
– Мне нужен срочно телефон, а ваша Дина не отдает мою сумку и не отпускает.
– Звоните, – Александр Лукич достал из внутреннего кармана куртки мобильный телефон и протянул Веронике.
Не радость, а раздражение Вероники выплеснулось на него:
– Мне нужно было позвонить еще вчера, а вы не сказали, что у вас мобильный… – потом спохватилась, – Спасибо! Извините, ради бога! У меня дочь двенадцати лет осталась дома одна…
Александр Лукич промолчал и принялся разгружать лодку.
Вероника набрала номер своего домашнего телефона. Дочь ответила почти сразу, словно сидела у телефона:
– Мамочка! Это ты? Ты куда пропала?
– Как видишь, нашлась! Как твои дела? Ты не голодна?
– У меня все «вэл». А вот тебе уже два раза звонил твой директор. Разве ты в командировке не с ним?
– Нет. Если еще позвонит, не говори, что я звонила. Короче, не вступай с ним ни в какие беседы, я скоро вернусь… сегодня.
– Сегодня?! Вот здорово! Поскорее, мне скучно без тебя…
– Мне тоже! Больше никто не звонил?
– Ой, забыла! Вчера звонила бабушка.
– Ну, что она хотела?
– Я сказала, как ты просила.
– А она?
– Обещала позвонить утром, но еще не звонила…
– Скажешь, что я пошла по магазинам.
– Хорошо, мамочка!
– Не скучай, я скоро буду, – Вероника увидела, что хозяин уложил весла и подвесной мотор в большой железный шкаф и уже запирает его на замок. – Все, я заканчиваю. Пока!
– Пока, мамочка! Я тебя жду…
Александр Лукич приближался к Веронике с пластмассовым ведерком, полным рыбы.
Она протянула ему телефон.
– Большое спасибо! Извините еще раз за мою раздражительность. Я хотела бы как можно скорее уехать домой…
– Что-нибудь случилось?
– Нет, ничего. Дочь скучает без меня…
– Тогда мы успеем пообедать, а потом я отвезу вас в город на своей машине. Мне нужно ехать за внуком. Его обещали отпустить ко мне на выходные…
«Так у него действительно есть машина, и вчера он мог отвезти меня домой. Вместо этого уложил в свою кровать…» – злость опять вспыхнула в ней. Едва сдерживая себя, она только сказала:
– Я не могу так долго задерживаться.
– Уверяю вас, так вы скорее попадете домой. Сегодня автобусы переполнены…
Вероника заколебалась. Больше всего ей не хотелось идти мимо дома Влада.
– Но я и так слишком долго злоупотребляю вашим гостеприимством. Не хочу быть обузой. Не званый гость, сами знаете…
Александр Лукич остановился и повернул лицо к Веронике.
– Признаюсь откровенно, это приятная обуза. Жаль, что она продлится не долго, – он смутился и ускорил подъем.
Одна из рыбин в ведерке судорожно забилась, пытаясь выпрыгнуть. Но только расплескала воду, которой и так было недостаточно.