Укротители демонов
Шрифт:
— Сейчас, — ответил Арс, — одно только осталось — проверку на артефакты провести…
История Лоскутного мира насчитывает многие тысячи лет, и за это время на его просторах так часто занимались магией, что на каждой пяди земли (если это и преувеличение, то очень небольшое) когда-либо совершалось то или иное волшебство.
Иногда от него остаются следы — всякие зачарованные мечи, ножи, кольца, броши и сережки, ну и менее романтические предметы, которые, попав в руки профана, способны принести немалые неприятности.
Часть
Пробормотав заговор, Арс вытянул перед собой руки, а потом с резким хлопком соединил их перед грудью. От его ног прямо по земле побежало расширяющееся кольцо бледного огня. Оно охватило весь холм, и угасло только внизу, у самых ног дружинников.
На западном склоне почва с чмокающим звуком лопнула и извергла фонтан черных комьев.
— Ага, есть! — несколько удивленно сказал Арс. — Мы что-то нашли! Трали-Вали, вытаскивай!
Если признаться честно, то Топыряк побаивался первым приближаться к яме. Артефакты имеют склонность поражать тех, кто их находит, всякими пакостями вроде ударов молнии.
Ну а йода, он маленький — попасть в него тяжелее, да и шустрый, глядишь, увернется.
Ради того, чтобы посмотреть на находку, даже Рыггантропов поднялся с земли. Вместе с ним явились и дружинники. Все столпились вокруг ямы, дыша в лысый затылок Тили-Тили.
А тот, не обращая внимания на суету, раскапывал руками рыхлую почву. Постепенно обнажилось что-то длинное и изящное. Солнце выглянуло из-за тучи, и луч блеснул на отточенном лезвии…
— Меч! Клянусь честью, меч! — выкрикнул один из дружинников.
— Щипцы! — в тон ему отозвался Арс. — Рыггантропов, давай щипцы!
Голыми руками трогать магические артефакты так же опасно, как купаться в реке, где обитают крокодилы. Ну а специальными изолирующими от магии щипцами — сколько угодно.
— Тащи! Тащи! — йоду подбадривали криками, словно он мог по ошибке запихать магический меч еще глубже в землю.
Ухваченный за рукоять клинок осторожно подняли на поверхность. Молний и прочих защитных эффектов не было, и это пугало еще больше — значит, артефакт таит в себе пакости скрытые.
Комья земли осыпались с лезвия без следа, и когда оно целиком предстало глазам, все дружинники, как один, издали восхищенный вздох.
Идеально соразмерный, длинный и опасный, как змея, меч был прозрачен и сверкал, точно его сделали изо льда. Рукоять горела золотом. За нее так и тянуло ухватиться, взмахнуть клинком, вонзить его во что-нибудь…
Ощутив подобное желание, Арс понял, что брать этот меч в руки нельзя.
— Стой! — рявкнул он. Рыггантропов, примеривающийся к находке ручищей, испуганно вздрогнул.
— А чего? — шмыгнул он носом. —
— Подержись за что-нибудь другое! — отрезал Топыряк. — А эту штуку пакуем!
Завернутый в три слоя шкуры антилопы разогну (ближайшая родственница антилопы гну, которая свое родство с первой яростно отрицает), клинок превратился в бесформенный бурый сверток, и только тут в глазах дружинников и Рыггантропова угасло алчное золотое пламя.
— Жаль, — пробормотал один из княжеских воинов, — такой меч, такой меч…
— Да, — поддержал другой, и вдруг вскинулся. — Ба, а кто это там скачет?
Обменявшись пристыженными взглядами, воины взялись за оружие. Но приближающийся всадник был один, да и оказался всего-навсего княжеским гонцом. У седла его болталась торба, из которой выглядывал скрученный в трубку свиток.
— Здесь студенты, именуемые Топыряк, Рыггантропов и Тили-Тили, пребывают? — спросил гонец напыщенно, едва остановив лошадь. Слезать с седла он, изображая крайнюю спешку, не стал.
— Здесь, — ответил Арс, по привычке отдуваясь за всех.
— Тогда внемлите воле князя! — гонец извлек из торбы свиток, развернул его и солидно прокашлялся. — «Сим повиливаю явиться ко мне сего дня до заката с величайшей срочностью. Подпись: князь».
— Ага, — глубокомысленно сказал Рыггантропов. — Это нас, что, в терем вызывают?
— Твоя догадливость не имеет границ, — ответил Арс язвительно. — Собирайся, сейчас пойдем.
Из-за нежелания Рыггантропова пользоваться лошадью студенты странствовали по местам практики пешком.
Владимир Красна Рожица принял студентов в палате для частных аудиенций. Он был один, без дьяков и советников (десяток телохранителей не в счет), и вид имел довольно мрачный.
— Счастливы предстать перед светлейшим князем, — уловив настроение правителя, Арс не погнушался начать беседу с лести.
— Не думаю, — ответил Владимир спокойно, — что вам доставило счастье тащиться сюда за полтора десятка километров, да еще по жаре.
— Ну, э… да, то есть — нет! — туманно высказался Топыряк. — Но мы…
— Ладно, — махнул рукой правитель Китежа, — для лести у меня есть бояре. Я позвал вас сюда не для пустой болтовни. Мне нужен совет.
— Сейчас созовем! — решил поддержать беседу Рыггантропов. — Очень люблю заседать в советах! Можно спокойно дремать, пока другие треплются…
— Что-то я забыл, сколько свободных кольев у меня на лобном месте — три или четыре? — этот отвлеченный, казалось бы, вопрос, произвел странные перемены в поведении Рыггантропова. Тот мгновенно умолк, точно ему зашили рот, и попытался спрятаться за спину Тили-Тили. Учитывая, что йода был в два раза меньше, выглядело это довольно странно. — Мне нужен совет, — продолжил Владимир, — относительно некоторых странных событий, которые происходят в последние дни в столице…