Улей Хеллстрома
Шрифт:
Стоянку на улицу начали заполнять автомобили домохозяек, отправивших делать дневные покупки. Кловис поглядела на эти машины, надеясь увидеть, как из одной из них выходит команда ФБР. Но увы, ничего. Она снова посмотрела на Крафта.
«Я могу сказать этому идиоту-шерифу, что тепленькое место на кладбище в шести футах под землей мы ему уже приготовили, – подумала она. Это была игра, в которую она любила играть с теми, кто ей не нравился. Конечно, Крафта это потрясет и он станет настороже. Он уже выказывал признаки нервозности. И конечно, никто не собирался убивать этого сукиного сына. Но у Крафта будут неприятности.
– Довольно необычный способ расследования дела об исчезновении, – заметила она, поворачиваясь, чтобы рассмотреть афишу на стене. Ага, кража скота и как с этим бороться!
– Еще более необычный способ расследования необъяснимой смерти в мотеле, – заметил в свою очередь Крафт.
– Убийства, – поправила Кловис его.
– Свидетельств тому я еще не видел, – сказал Крафт.
– Увидите.
Он не сводил глаз с загоревшего на солнце лица Кловис. Оба они понимали, что все в этом деле было необычным. Слова шерифа все еще звучали в голове Крафта: «Сейчас мы в этом деле просто бедные родственники. В игру теперь вовлечено само правительство. Это не обычное дело, ясно? Не обычное. Позднее между собой мы все уладим, но не сейчас, а пока что я хочу, чтобы ты вел себя тихо, и пусть ФБР делает что хочет. Возможно, они сцепятся с ребятами из службы по налогообложению спиртных напитков, в чьей юрисдикции находится это дело, но наша собственная кончается на столе у губернатора, ты понял меня? И не говори, что у нас есть права и ответственность. Я знаю их так же хорошо, как и ты. Никто из нас не будет вспоминать о них. Все понятно?»
Все было очень даже понятно.
– Откуда у вас этот загар? – спросил Крафт, пристально глядя прямо в лицо Карр.
«От лежания под вашим проклятым западным солнцем с биноклем в руках, сукин ты сын! – подумала она. – И ты знаешь, откуда он у меня». Но молодая женщина лишь пожала плечами в ответ и беззаботно произнесла:
– О, просто гуляла по вашим живописным местам.
«Шлялась вокруг Улья», – подумал Крафт с укором сильной тревоги, потом сказал:
– Ничего бы подобного не случилось, если бы ваш мистер Перуджи действовал по обычным каналам.» Ему следовало сперва пойти к шерифу в Лейквью, а не ко мне или даже к людям из правительства. Шериф Лафам – неплохой…
– Неплохой политик, – оборвала она его. – Мы думали, что лучше, если мы свяжемся с теми, кто близко знаком с доктором Хелльстромом.
Крафт облизнул губы, которые внезапно стали сухими. Он был в постоянном напряжении, чтобы не выдать себя чем-нибудь, что еще больше усилило бы их подозрения. Ему не нравилось, как эта Карр наклонила свою голову вбок, впившись в него ответным взглядом.
– Я что-то не понимаю, – сказал он. – Что я должен…
– Вы все прекрасно понимаете, – произнесла Кловис.
– Черта с два я понимаю!
– Черта с два не понимаете.
Крафт чувствовал себя в тисках некоей силы, таящейся в ее враждебности. Она умышленно
– Да, я знаю, кто вы, – пробормотал он, – все верно. Вы из одного из тех тайных правительственных агентств. ЦРУ, бьюсь о заклад. Вы думаете, что у вас есть право…
– Благодарю за повышение, – перебила она его, но наклонила еще немного голову и еще более пристально поглядела на него.
Беседа принимает совсем не тот оборот, и это совсем не нравилось ей. Эдди сказал, что Шефу надо, чтобы они надавили на шерифа, но не перепугали его до смерти.
Крафт заерзал на стуле. В комнате воцарилась мучительная тишина, глубокая и зловещая. Он пытался отыскать предлог, чтобы уйти и позвонить по телефону. Он мог, извинившись, пойти в туалет, но эта женщина проведет его до самого туалета, ну а там телефона, конечно же, нет. Впрочем, желание позвонить Хелльстрому постепенно ослабевало. Наверное, к этому моменту каждая линия, ведущая на ферму, прослушивается. Почему же они связали его с Хелльстромом? Может, потому что он был большим другом старой Тровы (и это действительно было так), но она умерла давным-давно и была отправлена в чаны. Что же заставляет этих людей из правительства подозревать его?
Так он размышлял еще некоторое время, следуя собственным страхам, с беспокойством вспоминая факты из своего прошлого и изучая их под новым углом. «Было ли это подозрительным, а может, вон то событие… или тогда, когда он…» Но все это было бесполезным занятием, и лишь ладони его вспотели…
Резкий телефонный звонок вывел его из задумчивости. Он схватил трубку, сбил ее и подхватил, когда она повисла, качаясь рядом со столом. Когда он поднес трубку к уху, голос в трубке был озабоченным и громким:
– Алло? Алло?
– Говорит шериф Крафт, – ответил он.
– Кловис Карр здесь? Мне сказали, что она у вас.
– Да, она здесь. А кто говорит?
– Просто передайте ей трубку.
– Это официальный телефон, и я…
– Заткнись, это официальный звонок! Давай передавай ей трубку!
– Ну хорошо…
– Быстрее! – Этот требовательный тон не давал усомниться в том, что обладатель его голоса привык, что ему подчиняются: в нем ощущалась сила.
Крафт через стол протянул Кловис телефонную трубку.
– Это вас.
Она взяла трубку с некоторым недоумением и сказала:
– Да?
– Кловис?
Она сразу узнала этот голос: сам Шеф! Святые угодники, Шеф звонит сюда!
– Кловис слушает, – сказала она пересохшими губами.
– Ты знаешь, с кем говоришь?
– Да.
– Я узнал тебя по только что прослушанному образцу твоего голоса. Я хочу, чтобы ты внимательно выслушала меня и сделала в точности то, что я тебе скажу.
– Да, сэр. Я слушаю.
Что-то в его голосе указывало на то, что случилась какая-то серьезная неприятность.
– Может ли шериф слышать наш разговор? – спросил Шеф.
– Сомневаюсь.
– Что ж, придется рискнуть. А теперь слушай: самолет с людьми из ФБР и службы по налогообложению спиртных напитков разбился где-то в Систерсе. Гора к северу от вас. Все погибли. Это может быть несчастный случай, но мы считаем иначе. Я только что был у директора, и он придерживается того же мнения, особенно после того, что я рассказал ему. Новая команда из ФБР уже отправлена из Сиэтла, но нужно немного обождать, пока они прибудут.