Ундина
Шрифт:
Август. Может быть вы снимете латы, сеньер, раз вы здесь ночуете.
Рыцарь. Ты когда-нибудь видел, любезный мой Август, как рак меняет свой панцирь? Это так же сложно! Сперва я отдохну... Ты сказал, что тебя зовут Августом, верно?
Август. А мою жену Евгенией.
Евгения. Не обессудьте нас. Такие имена непривычны для. странствующих рыцарей.
Рыцарь. Ты и представить себе не можешь, добрая женщина, какая радость для странствующего рыцаря, целый месяц понапрасну блуждавшего по Фарамондскому и
Евгения. Верно, сеньер! Хоть и не тоже задавать вопросы гостю, может быть, вы простите мне такой вопрос: не голодны ли вы?
Рыцарь. Голоден. Очень голоден. Я охотно разделю с вами вашу трапезу.
Евгения. Мы-то ужинать не станем, сеньер. Но у меня есть одна форель. Может быть вы ее съедите?
Рыцарь. Обожаю форель.
Евгения. Желаете зажаренную на сковороде или на решетке?
Рыцарь, Я? Я желаю заварную.
Август и Евгения испуганы.
Евгения. Заварную? Эдак у меня лучше получаются головни со сливочным маслом...
Рыцарь. Вы спрашиваете моего мнения. Я люблю только заварную форель.
Август. Евгения так зажаривает ее в сухарях, что просто чудо.
Рыцарь. Постойте-ка! Ведь заварная рыба - это когда ее живьем бросают в кипяток?
Август. Вот именно, сеньер.
Рыцарь. И она сохраняет свой вкус, свою нежность, потому что кипящая вода застает ее врасплох?
Август. Врасплох, очень точно сказано, сеньер.
Рыцарь. Тогда никаких сомнений. Я желаю заварную форель.
Август. Иди, Евгения, приготовь заварную...
Евгения (в дверях). Фаршированная без жира - тоже очень вкусно...
Август. Иди...
Евгения идет на кухню. Рыцарь удобно располагается на своем сидении.
Рыцарь. Я вижу, что в этих краях любят странствующих рыцарей.
Август. Рыцарей мы любим больше, чем армии. Странствующий рыцарь признак того, что война окончилась.
Рыцарь. Что до меня, то я больше люблю войну. Я не злой человек. Я никому не желаю ничего дурного. Но я люблю войну.
Август. У каждого свой вкус, сеньер.
Рыцарь. Я люблю поговорить. От природы я разговорчив. На войне всегда найдется кто-нибудь, с кем можно завязать беседу. Если свои в дурном настроении, заговариваешь с пленными, с войсковыми священниками, - эти самые болтливые. Подбираешь раненого противника, он тебе рассказывает разные истории. А в качестве странствующего рыцаря мне не с кем было и словом перемолвиться, - если не считать эха, - за весь тот месяц, что я так бешено скакал через этот лес... Ни души... А видит бог, мне есть что сказать!
Август. Говорят, сеньер, что странствующие рыцари понимают звериный язык?
Рыцарь (немного заговариваясь.) Не в том смысле, как ты думаешь. Разумеется, они нам кое-что говорят. Для рыцаря каждый дикий зверь - символ, и потому его рычание
Август. Но ведь есть еще и птицы!
Рыцарь. Птицы нам не отвечают. Я очень разочаровался в птицах. Они всегда заводят одну и ту же канитель, твердят странствующему рыцарю, что лгать - дурно. Я пытаюсь их заинтересовать. Спрашиваю, как они поживают, хорош ли выдался год в отношении линьки или кладки яиц, утомительное ли дело высиживать птенцов? Ничего не получается. Они нас не удостаивают ответа.
Август. Меня это удивляет применительно к жаворонку, сеньер... Жаворонку должно бы нравится изливать душу.
Рыцарь. Высокий ворот не позволяет рыцарю разговаривать с жаворонками.
Август. Но если так, что же привело вас в эти места, ведь отсюда редко кто возвращается!
Рыцарь. А как ты полагаешь? Разумеется, женщина.
Август. Я не стану вас расспрашивать, сеньер.
Рыцарь. Почему же? Напротив! Ты будешь меня расспрашивать, и немедленно! Вот уже тридцать дней, как я не говорил о ней, Август! Не думаешь же ты, что я упущу удобный случай наконец-то поговорить о ней, раз уж мне повстречались две человеческие души!.. Спрашивай! Спроси как ее зовут, да поживее...
Август. Сеньер...
Рыцарь. Спрашивай, если ты и впрямь намерен узнать ее имя!
Август. Как ее имя?
Рыцарь. Ее зовут Берта, рыбак! Какое прекрасное имя!
Август. От души говорю, великолепное!
Рыцарь. Другие зовутся Анжелика, Диана, Виоланта! Кто угодно может называться Анжеликой, Дианой, Виолантой. Но только она, одна-единственная заслуживает свое гордое, трепетное, волнующее имя... И ты, Евгения, наверно, хочешь знать, хороша ли она?
Евгения (которая входит). Хороша ли она?
Август. Речь идет о Берте, о графине Берте, бедная моя жена.
Евгения. Ах, вот что! Хороша она?
Рыцарь. Евгения, наш король повелел мне закупать для него лошадей. Вот почему я остаюсь барышником даже с женщинами. От меня не ускользнет ни малейший изъян. У помянутой мною Анжелики на большом пальце правой руки ноготь неровный. У Виоланты золотая блестка в глазу. В Берте все совершенно.
Евгения. Мы донельзя рады этому, сеньер.
Август. Должно быть, красиво, когда золотая блестка в глазу?