Уникум
Шрифт:
В одной из ниш, ведущей к входной двери, раздался резкий звонок.
– Вот и Страж, - с облегчением произнес Родион и поднялся с кресла.
Хозяйка пошла открывать. Раздался щелчок замка, короткий Юлькин вскрик, и в холле действительно появился Страж. Он тащил что-то большое и черное...
Сначала Родиону показалось, что брат держит в руках большой и очень тяжелый матерчатый мешок. Но мешок вдруг забился и закричал, и Родион понял, что это мальчишка-подросток в грязной черной куртке и стоптанных сапогах.
Юлька торопливо закрыла дверь и бросилась помогать Егору.
– На пол, на пол, Егор! Вот сюда!...
Страж положил мальчишку, куда было указано, и Юлька, склонившись над ним, стала быстро расстегивать и снимать с плеч оборванца жуткую куртку.
Егор вытер лоб рукавом, отряхнул с себя комочки какой-то грязи и взглянул на Родиона:
– Привет! Как ты, босс?
– Нормально, - Родион подошел к брату, встал за его спиной. Поражаюсь я тебе, Страж, вечно ты всякую грязь подбираешь...
– Ну не скажи, Родька... Это особо ценная грязь, - возразил Страж, отдуваясь.
– К тому же валялась эта грязь прямо под дверью квартиры в бессознательном виде...
– Чем же этот очередной замарашка ценен?
– Он не очередной... Он тот же самый...
– загадочно проговорил
Егор и, оглянувшись, бегло оглядел брата.
– Откуда такие клевые штаны? Дашь поносить?
Родион состроил зверскую гримасу, и Егор, пожав плечами, отвернулся.
Юлька тем временем раздела мальчишку, стянула с него куртку и сапоги. Оказалось, что куртка была надета прямо на голое тело пацана. И было это тело, к удивлению Родиона, чистым и не таким уж истощенным. На вид мальчику было лет четырнадцать. Творилось с ним что-то неладное: паренька трясли судороги, он изгибался, вставая почти на мост, его ноющий стон то стихал, то нарастал, бил по ушам, вызывая у Родиона странные всплески тревоги...
– Да что с ним?
– рассердился Родион.
– Какого черта ты приволок этого припадочного?
– Говорю же, я его здесь на лестничной площадке нашел... Во-первых, он болен...
– Ну знаешь, я тоже болен!
– рассердился Родион.
– Я тут жду тебя, с ума схожу, а ты все беспризорников опекаешь...
– Да цыц вы оба!
– взвизгнула Юлька.
– Хватит спорить! Егор, мокрое полотенце, быстро!
Она пыталась удержать бьющееся тело паренька, но тот вырывался из ее рук.
– Где тут вода?
– растерялся Егор.
– Примерно там, - Родион указал ему на одну из ниш, за которой располагалась кухня, и Егор побежал в указанном направлении.
Обратно он примчался с длинным белым полотенцем, с которого капала вода. Юлька решительно отжала полотенце прямо на пол и, захватив голову мальчика одной рукой, стала обтирать ему лицо. Она действовала привычно, и Родион готов был поклясться, что заниматься этим мальчишкой ей приходилось не впервые.
Паренек стонал и вырывался, но видимо влажная ткань принесла облегчение. Постепенно мальчик расслабился, его взгляд принял осмысленное выражение. Он привстал с пола, осмотрелся вокруг, все еще тяжело дыша и вздрагивая, огляделся по сторонам, шарахнулся от двух одинаковых незнакомых мужчин, закрыл лицо руками.
–
– Они тебя не тронут...
Мальчик вскинул голову, и Родион снова поразился произошедшей перемене.
На лице паренька то исчезал, то появлялся судорожный оскал. Мальчика снова затрясло, он взглянул на свои дрожащие ладони, и пробормотал:
– Я больше так не могу...
– Шурка, милый, все в порядке...
– Юлька взяла его за плечи, повернула к себе.
– Успокойся, все позади...
Но мальчик вырвался и, оглянувшись, посмотрел Родиону в лицо. Он боялся, смертельно боялся. Не сводя глаз с Родиона, он прошептал с мольбой:
– Я не хотел!..
– Шура!
– Юлька решительно развернула его к себе.
– Ты ни в чем не виноват..
Но мальчишка запрокинулся, выгнулся, потом перевернулся в Юлькиных руках, упал на пол вниз лицом и зарыдал, уткнувшись в ладони. Между пальцами его просочилась кровь.
– Юля, что с ним?
– испуганно спросил Страж. Он стоял рядом и готов был броситься на помощь, но Юлька отмахнулась:
– Отстань, я сама справлюсь!
Она подняла мальчика, крепко прижала к себе, принялась ласково гладить, ерошить светлые короткие волосы, что-то шептала ему в ухо, целовала в макушку... Он трясся в рыданиях, стонал так, что этот стон почему-то стал отдаваться болью в ушах Родиона. Он поневоле оперся на плечо Стража.
– Родька, с тобой-то что опять?
– испугался Егор.
– Что-то не так?
– Все в порядке. Дай лапу...
Егор сунул брату руку и продолжал смотреть на то, как Юлька терпеливо и нежно успокаивает паренька.
Мальчик перепачкал текущей из носа кровью Юлькин светлый свитер, обессиленно трепыхался в ее объятиях и никак не мог успокоиться. Наконец, он обмяк и сполз вниз, цепляясь за ее руки.
Юлька вздохнула, взяла мокрое полотенце, осторожно оттерла от крови бледное осунувшееся лицо мальчугана, рассеянно провела концом полотенца по своей шее, вытерла руки, отбросила в сторону побуревшую тряпку...
– Ну, кажется, пока закончилось, - она задрала голову и взглянула на Егора.
– Как хорошо, что ты его отыскал...
– Я его не искал. Просто подобрал, потому что нечего человеку на лестнице валяться. Я уже потом сообразил, что знаю его. Во-первых, в прошлую пятницу он попрошайничал около Гильдии. Во-вторых, сегодня этот малец вертелся около салона Марьяна и заглядывал в машину Осташова...
– Ты обознался, - отозвалась Юлька.
– Нет, это был он, - упрямо повторил Страж.
– Я не слепой и склерозом не страдаю.
– Ты обознался, - Юлька подняла голову, строго посмотрела на Егора. Это был не он.
– Нет, я же говорю...
– Хватит, Егор! Помоги-ка, пожалуйста, - устало проговорила она. Его надо отнести наверх.
Егор послушно взял мальчишку на руки и пошел за Юлькой.
Когда Страж минут через пять вновь показался на лестнице, Родион понял, что худшее свершилось: маленькая поганка уже успела внести полную ясность в свои отношения с Егором.
Страж медленно спустился вниз потрясенный, ошарашенный, растерянный.