Универсал
Шрифт:
— Где правитель? Ведите к нему! — потребовала Софья.
— Его императорское величество в административном здании, — буркнул пожилой полицейский, имеющий нижний чин.
— Пошли, — кивнул я и обратился сразу ко всем нашим сопровождающим: — В двух словах расскажите, что произошло.
— Гхм, — кашлянул в кулак все тот же полицейский, — правитель осматривал мортиры и заряды к ним. Раздался взрыв, его отбросило воздушной волной, а один из рабочих пару раз в него выстрелил из револьвера. Максимилиан Степанович отреагировал быстрее всех, молнией ударил и нападавшего на месте убил.
— Он ранен? — с дрожью в голосе спросила баронесса.
Что
— Простите, но у правителя и его наследника находятся целители и они строго-настрого запретили кого-либо пускать, — твердо заявил полковник, перегородив нам путь в кабинет директора завода.
— Вот как? — прищурилась Софи, взмахом руки показав мне, чтобы не вмешивался. — Вы собираетесь запретить мне посетить раненого отца и брата? Уверены? — в голосе великой княжны такой холод прозвучал, что даже у меня пара мурашек по спине пробежала, а в приемной заметно похолодало.
Того и гляди пойдет снег, уже пар из ноздрей моей студентки идет. Или это готов вырваться огонь и спалить тут все к чертям? Полковник побледнел, он никогда не видел дочь императора в ярости. Военный шумно сглотнул и медленно попятился, освобождаю проход к двери. Княжна на него даже не посмотрела, проследовала в кабинет, а я с баронессой поспешил за ней.
Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы оценить состояние пострадавших. Император лежит на диване, китель на груди разодран, дышит с трудом, лицо серое, на лбу капли пота. Максимилиан находится и вовсе на полу, состояние парня не лучше. Правда, у княжича нет осколочных ранений, но жизнь под угрозой.
— Софья Степановна! Вы нам помешаете! — подскочил к нам один из троих целителей.
Они при нашем появлении что-то обсуждали, выставив на столе несколько склянок с зельями.
— Противоядие дали? — коротко спросила Софи, замерев на середине кабинета и не отводя взгляда от отца.
— Две дозы влили, универсальный антидот, но пока никакой реакции, — чуть нервно ответил целитель.
— Что с Максимилианом? — срывающимся голосом задала вопрос Натали.
— Он тоже отравлен, — спокойно произнес я и потер висок. — Если не ошибаюсь, — посмотрел на княжну, — то все симптомы напоминают те, которые недавно испытал на себе. Софья Степановна, похоже, сейчас самое время проверить на практике вашу курсовую.
— Господин Воронов, не следует так шутить, — перевела на меня взгляд моя студентка.
В ее глазах и ауре полыхнула паника и страх. Она отлично поработала и знает, чем грозит такое отравление. Мало того, если источники пострадавших не справятся с темным заклинанием, то родным девушки жить от силы пару часов.
— Только не говори, что диагностику еще не запустила, — мрачно сказал я, глядя на Софи.
— Александр Иванович, а что делать-то?! Почему ты не вмешиваешься?! — с вопросами обратилась ко мне Натали и для убедительности подергала за рукав пиджака.
— Вряд ли источники пострадавших примут мои плетения, — отрицательно качнул головой, потер скулу и продолжил: — Сейчас любое зелье, кроме бодрящего
— Нас больше беспокоит пуля, — мрачно изрек целитель, — остальные ранения не угрожают жизни.
— Но почему ничего не извлекли?! — возмутилась Софья, подходя к отцу.
— Слишком близко от сердца и малейшая ошибка приведет к трагедии, — ответил целитель, а один из его коллег продолжил:
— Поймите, тут необходим хирург, за ним уже послали. Императора побоялись отправлять в больницу, сюда-то занесли с риском для его жизни.
— Тянуть нельзя, — покачал я головой и поставил на одно из кресел свой саквояж. — Натали, ты читала курсовую госпожи Коршуновой? — задал вопрос своей незаменимой помощнице, будучи уверенным в ее ответе.
Не могла княжна с баронессой не посоветоваться, прежде чем мне работу сдать! Наверняка еще и вместе над плетениями размышляли и спорили. Или Софи советовалась с Минако? Хм, нет, прототипом послужило мое ранение, а с принцессой Японии такое обсуждать княжна не стала бы.
— Да, я в курсе, — подтвердила Натали. — С выводами согласна.
— Тогда на тебе Максимилиан, — хмыкнул я. — С плетениями справишься, а если понадобится помощь, то обращайся. Кстати, зельями можешь воспользоваться, — стал выставлять из саквояжа склянки.
— Саша, мне страшно, — прошептала Натали, постаравшись, чтобы слышал только я.
— Вариантов нет, — отрицательно покачал головой и достал жестяную коробку с медицинскими инструментами. — Буду тебя подстраховывать, но сосредоточусь на правителе.
— Понимаю, — кивнула Сухарева и с шумом выдохнула.
Баронесса осознает, что сейчас спорить бесполезно, каждая секунда на счету. Я боялся, что предстоит долго уговаривать Софи, но та даже ни единого возражения не высказала. Княжна сосредоточена и напряжена, а вот целители шушукаются и явно недовольны происходящим. Этак они нам помешают, а помощи от них ждать не приходится. Уж с моими-то методами они никогда не согласятся.
— Господа целители, попрошу вас покинуть кабинет, вы нам помешаете, — сказал я.
— Господин ректор, вы берете на себя ответственность? — задал вопрос главный в троице и почему-то посмотрел на Софи.
— Да, — кивнул ему и развел руками: — Других вариантов нет.
— Прошу, оставьте нас, — произнесла княжна, подумала и добавила: — Никого сюда не пускать пока не позову, — вновь в ее голосе стальные нотки, девушка открывается с неожиданной стороны.
Впрочем, удивляться нечему, она дочь своего отца, в экстренной ситуации не теряется и проявляет твердость. Как только мы остались втроем, если не считать двоих раненых, то сразу же приступили к оказанию помощи. Первым делом я срезал с императора китель и нательную рубаху. Следом вытащил осколки, которые действительно не представляют угрозы, но на эти незначительные ранения тратятся силы из источника правителя. Софи сидит на коленях возле отца и прикрыв глаза выстраивает заклинание с использованием рун.