Универсал
Шрифт:
Мелкий засранец этот Илья! Руну отторжения использовал в связке с отрицанием помощи. Зачем он это сделал? Чтобы на него мать влияние не оказывала? И ведь плетение так быстро не убрать, еще и силы из его источника потяну. Так, а почему он мою помощь принял? Некогда думать над этой загадкой! Но, скорее всего из-за того, что Лисицина пользуется чистым даром, а я использую его, пропуская через рунную магию.
— Оксан, поддерживай в парне жизненную силу и делись со мной энергией, — даю указание.
На миг отвлекаюсь, краем глаза замечая встревоженную Софи. Княжна ничего не спрашивает,
— Давай же, — цежу сквозь зубы, заставляя источник парня вытолкнуть мою магическую ловушку и усилить регенерацию.
Кости черепа сращиваются, костная ткань восстановлена и в месте пролома нет никаких дефектов. Нарастить мясо и кожу задача элементарная и с ней справится не только Лисицина, но и сам парень, даже будучи в бессознательном состоянии. Но я довожу дело до конца и устало тру рукой глаза, когда закончил.
— Господин Воронов, браво! Такой точности, быстроты и уверенности еще никогда не видела, — обращается ко мне Оксана Игоревна, продолжая держать руку на моей груди.
Удивительно, но моя ящерка ведет себя тихо, как и саламандра Софи, при этом Лисицина-то чуть заметно меня поглаживает, а в глазах молодой женщины не только восхищение. Я-то знаю, что после такого стресса, выплеска силы из источника и смешивания ее с той, которая принадлежит другому полу, то накатывает желание обладания друг другом. И от этого нет лечения. Только время и мучительное изнурение собственного организма. Выдержит ли Оксана? За себя ни капли не переживаю, но молодой женщине потребуется удовлетворить свою страсть. Похоже, это понимает и княжна. Откуда только у нее такие познания? И почему она не прервала Лисицину, заменив ее собой? Ведь могла бы это сделать, раз понимала, к чему дело идет! Еще и аура у Софи совсем сникшая, словно она пережила эмоциональный удар. А случился он еще до прихода в операционную.
— Что с тобой? — подхожу к княжне, а та отводит взгляд в сторону, при этом толкая в бок спасенную мной девчушку.
— Господин врачеватель, что с Ильей? Он поправится? — с замиранием сердца, спрашивает Лена.
— Он тебе еще надоест приставаниями, — усмехаюсь и уточняю: — Пару дней на больничной койке в полном покое. Требуется уточнить не случилась ли потеря памяти. Если такое и произошло, то пугаться не стоит, это временное явление.
— А когда он очнется? — закусив губу, уточняет Лена.
— Если не ошибаюсь, то через пару часов, — произносит позади меня Лисицина.
— Могу ли сообщить его родным? — что-то прикидывая в уме, уточняет девчушка.
— Да, на тебя и его мать выпишет пропуск Оксана Игоревна, — посмотрел на целительницу, и та понятливо кивнула. — Прости, но кого-то еще на территорию университета пускать не хочу. Нет на то веской причины.
—
— Спасение? — переспросил я и улыбнувшись продолжил: — Спасение — бесплатно, а лечение обойдется в пару тысяч, точнее не скажу. Однако, если с деньгами у Юлии Петровны проблемы, то этот вопрос решим, не переживай.
— Вы знакомы с мамой Ильи? — удивилась Лена, а вот Софи и вовсе нахмурилась, но потом сделала вид, что ее это не касается.
— Встречались, — ответил и только сейчас вспомнил, что на аудиенцию к правителю безнадежно опоздал.
Часы показывают восьмой час вечера. Обидится ли император? Ну, с таким пренебрежением от своих подданных он вряд ли сталкивался. Боюсь, объясниться будет сложно. Но сейчас меня больше заботит угнетенное состояние княжны. У нее даже саламандра какая-то сникшая и безучастная ко всему происходящему. Что произошло за такой небольшой срок, пока мы с девушкой не виделись? Ночью чуть черту не перешли, утром расстались нормально. Есть у меня какое-то нехорошее предчувствие.
— Я съезжу за мамой Ильи? Она уже наверняка знает, что мой трактир выгорел и сына ищет, — посмотрела на меня Лена.
— Сейчас оформлю на них пропуска, — поняла мой взгляд Лисицина. — Пойдем, — кивнула девчушке, а потом покачала головой: — В таком виде тебя не отпущу, сначала умойся, а с платьем что-нибудь придумаем.
Согласен, голыми коленками сверкать не гоже, в том числе и с лица сажу и копоть ей смыть необходимо. Ну, Оксане доверяю, она с этим легко разберется, а Мария поможет. Впрочем, Елена на сестру целительницы подозрительно поглядывает, думаю, помнит, как та о Илье сказала, когда его увидела. Эх, молодежь! Мне бы их проблемы! Впрочем, как раз-таки не понимаю, из-за чего на меня Софи дуется.
— Пойду и я умоюсь, да какой-нибудь халат найду, — сказал и покинул операционную.
Надеялся, что княжна отправится следом, но она сделала безучастный вид. Даже Лисицина на Софи и то как-то удивленно посмотрела.
Наскоро привел себя в порядок, если так можно сказать. Умылся, обтер себя по пояс мокрым полотенцем, да халат надел. Требуется связаться с резиденцией императора, чтобы предали Степану Васильевичу мои извинения и, если еще требуется, назначали другое время для аудиенции. С этими мыслями из здания больницы вышел и увидел поджидающую меня княжну. На душе стало тепло и радостно, однако, это длилось ровно до той поры, когда подошел к девушке и взглянул в ее глаза.
— Чем тебя обидел? — задаю вопрос, уже понимая, что та держится из последних сил, подавляя рыдания. — Почему недавно плакала? — потянулся рукой к ее лицу, чтобы пальцами погладить, но княжна отпрянула:
— Саша, не делай этого, — покачала головой. — Нам необходимо переговорить.
— Куда пойдем? Отыщем скамейку в парке, займем беседку или в кабинете побеседуем? — задаю вопросы, а сам стараюсь разобраться в ее всполохах ауры.
Настрой девушки все больше и больше не нравится, но причины неясны. И почему-то мне не хочется слышать того, что она задумала сказать.