Уно
Шрифт:
– А что ты предлагаешь? – Фалка тоже наблюдал за попугаем, рассеянно царапая когтем стол.
– Честно сказать, не знаю, – вздохнул Уно, – в моей голове самая настоящая мешанина, ничего не соображаю.
– Надо спросить совета у Великого Герингера, – подал голос леопард Мурок. – Он все знает.
При упоминании о Герингере, Уно замер, а Брамс перестал возиться в своем платке. Об этом древнем седом льве ходили легенды. Говорили, что он живет, и будет жить вечно, что знает всю мудрость планеты
– Да, – задумчиво сказал Фалка, – это хорошая мысль. Герингер действительно знает все. Надо отправить по цепи гонцов сообщение, спросить, можно ли придти к нему за советом. Если Герингер даст добро, полетишь ты, Уно.
– Да, но у меня есть к Вам одна просьба, – Уно, в конце концов, размотал попугая, и засунул платок обратно в сумку. – Я был бы очень Вам благодарен, если бы Вы позаботились о Конти. Он еще очень мал, ему нужна семья.
– Разумеется. Я сейчас же пошлю узнать, кто из семейных пар согласится усыновить малыша. Уверен, желающих найдется немало, и я сам, лично буду присматривать за ним…
– Я не хочу! – заявил вдруг лисенок, глядя то на льва, то на Уно. – Я не хочу! Я останусь с Уно и Брамсом! Они моя семья!
– Конти! – удивился Уно. – Где же твое воспитание? Ты же сам говорил, что нельзя перебивать, когда взрослые разговаривают.
– Но вы же решаете мою судьбу! – звенящим от волнения голосом произнес он. – Я не останусь тут один, без вас!
– Но, малыш, пойми, – улыбнулся Фалка, – тебе нужны папа и мама.
– Уно будет моим папой! – сказал Конти и, подумав, добавил: – А Брамс мамой!
– Может лучше наоборот? – предложил попугай. – Во мне начисто отсутствует материнский инстинкт.
– Конти, – терпеливо сказал Уно, – ты останешься здесь, Брамс тоже останется с тобой…
– Чего ради? – перебил попугай. – Мне-то семья не нужна!
– Ты просто останешься здесь, и не будешь мне мешать, за одно присмотришь за Конти. Все, ребята, хватит этих бесполезных разговоров. Если Герингер согласится поговорить со мной, я полечу один! И перестаньте со мной спорить! Неужели перед Императором не стыдно?
– Все равно мы не согласны! – проворчал попугай. – Это произвол!
– Хватит, оставьте меня в покое, – устало сказал Уно. – Я больше ничего не хочу слушать.
– Я вижу, ты совсем вымотался, – заметил лев. – Сегодня переночуйте у меня, а завтра вам подберут подходящее жилище.
– Спасибо Фалка, я знал, что правильно сделаю, если прилечу именно к Вам.
Лев молча кивнул и отвернулся, не желая, чтобы другие видели печаль в его глазах. Они с Мортоном были очень дружны, и Уно знал, как льву будет тяжело смириться с его гибелью.
Мурок проводил Уно в спальню для гостей, а Конти с Брамсом, не взирая ни на какие их возражения, поселил
Уно раздевался как во сне. Бросив одежду на кресло, он упал на кровать и закрыл глаза. Он боялся, что не сможет уснуть, и всю ночь будет наедине с глазами Кеолы и мертвым Тори, но усталость взяла свое, и Уно провалился в сон. Он не слышал, как часом позже к нему в комнату прокрался Конти и, забравшись на кровать, свернулся калачиком под боком Уно. Немногим позже пожаловал и Брамс. Он уселся на спинку кровати, и удовлетворенно вздохнув, задремал.
Глава пятая
Ранним утром Уно разбудил Мурок сообщением, что по цепи гонцов уже пришел ответ и Фалка просит Уно придти к нему как можно скорее.
– Да, конечно, – моментально проснулся Уно и его взгляд остановился на крепко, безмятежно спящем Брамсе.
– Эй, птица, – сказал Уно, и Брамс приоткрыл один глаз. – Ты что тут делаешь?
– Разве не видно? – попугай открыл второй глаз. – Я охраняю твой покой и сон.
– Ну, да, конечно… А где Конти?
– Поищи у себя под одеялом, должен там быть.
– Как интересно, – Уно отбросил одеяло, и обнаружил там мирно спящего лисенка. – А почему вам не спалось там, где вас поселили?
– Конти было страшно без тебя, а что я там должен был один делать? Я люблю общество.
– Ладно, как угодно, – Уно спрыгнул с кровати, и быстро оделся. – Я пошел к Фалка, ответ уже пришел.
– Подожди, я сейчас умоюсь, причешусь…
– Можешь не торопиться, я сам справлюсь.
Уно вышел из комнаты, закрыв за собою дверь. Фалка с нетерпением ожидал его.
– Доброе утро, Уно, – сказал он. – Хорошие новости, Герингер согласился поговорить с тобой. Он ждет тебя.
– Прекрасно, я отправлюсь прямо сейчас. Где он живет?
– За Золотыми Озерами, там его замок.
– Далековато.
– Да, путь не близкий, но не для того, кто умеет летать.
– Это так. Я сейчас же отправляюсь, Конти и Брамса оставляю здесь.
– Не волнуйся, все будет в порядке, я сам позабочусь о них.
– Спасибо.
– Не за что. Иди сейчас с Муроком, он соберет все необходимое для дороги.
– Да мне ничего и не надо.
– Не спорь, путь не близкий. Я хочу быть уверен в том, что с тобой будет все в порядке, что ты благополучно доберешься до Герингера, и вернешься обратно.
– Большое спасибо, Фалка.
– Не за что, – отмахнулся лев, – иди, собирайся, потом позавтракаем.
Мурок уже собирал необходимые вещи для Уно, складывая их в заплечный мешок. Уно переоделся, и вернулся к Фалка. К завтраку пожаловали Конти и Брамс. Настроены они были решительно.
– Уно, мы не остаемся, – сразу же сказал попугай. – Мы идем с тобой.