Ураган Уайетта

Бэгли Десмонд

– У нас пока нет машины. Мистер Росторн еще не приехал, – сказала Джули и, повернувшись, увидела, как миссис Вормингтон пытается втиснуть свою грузную фигуру в грацию. – Господи! – воскликнула она. – Оставьте это, нам, может быть, придется быстро идти. Это вам помешает. Есть у вас брюки?

– Я считаю, что женщина моего... э... э... типа не должна носить брюк.

Джули не смогла сдержать улыбки.

– Может, вы и правы. Ну, тогда наденьте костюм, если в нем юбка не очень узкая. В общем, что-нибудь практичное.

Она

сняла с кроватей одеяла и сложила их в стопку. Миссис Вормингтон, влезая в узкие туфли, сказала:

– Я так и знала, что надо было еще вчера отправляться на базу.

– Это же было невозможно, – коротко бросила Джули.

– Неужели командующий Брукс оставит нас на милость этих дикарей! Пошли, надо уходить отсюда, – сказала миссис Вормингтон, выходя в коридор и предоставляя Джули тащить одеяла.

У лестницы стоял Эвменидес. Он посмотрел на одеяла и сказал, забирая их у Джули:

– Это хорошо.

Снизу донесся какой-то стук, словно кто-то опрокинул стул. Они обратились в слух. Потом миссис Вормингтон, ткнув грека пальцем под ребро, прошипела:

– Не стойте здесь просто так. Пойдите и узнайте, что там такое.

Эвменидес бросил одеяла и на цыпочках стал спускаться вниз. Миссис Вормингтон крепко прижала к груди свою сумочку, затем повернулась и направилась к своему номеру. Джули услышала, как она вошла в него и заперла дверь на задвижку.

Появился Эвменидес.

– Это Росторн.

Джули пришлось идти к номеру и вновь извлекать из него миссис Вормингтон. Когда они все спустились вниз, Росторн с обеспокоенным видом сообщил:

– Они начали обстреливать город. Правительственные войска готовятся к обороне. Нам лучше поторопиться, пока не заблокированы все дороги.

– Правильно, – заявила миссис Вормингтон.

Росторн посмотрел по сторонам.

– А где Костон?

– Он пошел разведать, как лучше выбраться из города, – сказала Джули. – Он сказал, что скоро вернется. Сейчас который час?

Росторн вынул из кармана часы.

– Без четверти девять. Извините, я задержался. Он сказал, когда он вернется?

– Он сказал, что если он не вернется к одиннадцати, мы можем уходить.

Раздался мощный взрыв где-то неподалеку, и куски штукатурки посыпались с потолка. Миссис Вормингтон подпрыгнула на месте.

– Пойдемте к вашей машине, мистер Росторн. Мы должны ехать.

Росторн пропустил ее замечание мимо ушей.

– Так, значит, еще два часа, – сказал он. – Но он вернется гораздо раньше, надеюсь. Тем временем... – он многозначительно посмотрел на потолок.

– Костон сказал, что нам лучше всего укрыться под лестницей, – сказала Джули.

– Мы что, остаемся, что ли? – вопрошала миссис Вормингтон. – В то время, как здесь такое творится? Вы нас всех погубите.

– Мы не можем оставить мистера Костона, – сказала Джули.

– Я устрою, – сказал Эвменидес. – Пошли.

Пространство под лестничным пролетом использовалось как кладовка.

Дверь ее была на замке, но Эвменидес сбил его подвернувшимся под руку пожарным топориком, выбросил из кладовки находившиеся там ведра, щетки и прочий хлам и снес туда заготовленную ими провизию. Миссис Вормингтон решительно отказалась сидеть на полу, но когда Джули невозмутимо предложила ей идти подальше, она сдалась. Каморка была тесной, но вчетвером они кое-как поместились в ней. Росторн обнаружил, что если держать дверь чуть приоткрытой, можно наблюдать за входом в отель и увидеть, когда появится Костон.

– Костону все же не следовало уходить, – заметил он. – Я никогда не видел Сен-Пьера в таком состоянии. Город готов взорваться, как паровой котел.

– Ничего, с ним все будет в порядке, – сказала Джули. – Он опытный человек, не раз бывал в таких переделках. Это его работа.

– Слава Богу, не моя, – с выражением произнес Росторн. – По-видимому, правительственная армия потерпела жестокое поражение в долине Негрито. Город кишит дезертирами, много раненых. – Он покачал головой. – Вероятно, атака Фавеля была совершенно неожиданной. Они все в шоке. А ведь правительственных войск раза в три больше.

– Вы сказали, что Серрюрье готовится к обороне, – значит, борьба будет продолжаться? – спросила Джули.

– И, может быть, довольно долго. У Серрюрье есть части, которые еще не вступили в дело, не успели. Они сейчас окапываются на севере города. Предстоит еще одна схватка. – Он неодобрительно щелкнул языком. – Боюсь, что Фавель переоценил свои силы.

Он замолчал, и они некоторое время прислушивались к звукам боя. Были слышны глухие выстрелы пушек, частые и громкие разрывы падающих снарядов. Здание отеля изредка содрогалось, постепенно наполняясь плавающей в воздухе пылью, и лучи солнца, проникавшие в фойе, пронизывали его, словно яркие прожектора.

Джули пошевелилась, шаря среди коробок, которые принес в каморку Эвменидес.

– Вы завтракали, мистер Росторн? – спросила она.

– Не успел, моя дорогая.

– Тогда можно и поесть, – деловито распорядилась Джули. – Я сейчас порежу хлеб, а вы рассаживайтесь поудобнее.

Они позавтракали хлебом и консервированной тушенкой, запивая все содовой водой. Когда они поели, Росторн спросил:

– Который час? Я что-то не могу найти свои часы.

– Десять тридцать, – ответила Джули.

– Даем Костону еще сорок пять минут. После этого мы должны двигаться. Прошу прощения, ничего не поделаешь.

– Понятно, – сказала Джули. – Он сам велел нам в одиннадцать выезжать.

Время от времени с улицы доносились отдаленные крики, вопли, топот бегущих людей. Эвменидес вдруг спросил:

– Ваша машина... на улице?

– Нет, – сказал Росторн. – Я поставил ее за отелем. – Он сделал паузу. – На автомобиль Уайетта страшно смотреть. Все стекла выбиты, кто-то успел унести колеса.