Ураган
Шрифт:
— То есть залезть по ступенькам, — вздохнула я.
— Да. Нас ждет очень долгий подъем до шестьдесят третьего уровня, где можно пройти по коридору над потолком пляжа шестьдесят восьмого, а затем немного спуститься до шестьдесят пятого.
— Мы идем на шестьдесят пятый уровень? — Я потерла лоб. — Это бессмысленно. Волнообразующие машины для шестьдесят седьмого наверняка должны быть внизу, на шестьдесят восьмом или шестьдесят девятом.
— Нет, волнообразующая техника обычно располагается двумя уровнями выше того пляжа, который обслуживает.
Я
— Лукас, я бы хотела проверить территорию. Вдруг получится отсюда обнаружить нашу цель.
— Проверяй на здоровье, но боюсь, тебе не удастся ее найти, — ответил Лукас. — Пляжи очень популярны, а на нижних уровнях они особенно переполнены. Ты увидишь, что дальность телепатического зрения гораздо меньше обычной.
Я вновь взглянула на голограмму и повернулась к стене с лестницей. Пляж шестьдесят восьмого уровня находился по другую ее сторону. За пляжем — машинное отделение, где укрылась наша цель.
Я закрыла глаза и телепатическим зрением проверила окрестности. Меня окружали знакомые умы Форжа и других телохранителей. Впереди ослепительно горел вихрь мыслей. Сбоку, наверху и внизу виднелись другие сияющие области, наверняка набитые разумами людей на ближайших пляжах.
На телепатическом уровне стоял шум, сильный шум, но я все равно попыталась просмотреть умы отдыхавших на пляже шестьдесят восьмого уровня. яцччьх Ближайших людей я чувствовала прекрасно, но мысли более далеких сливались в оглушительный фоновый гул. Я не могла надеяться найти цель, скрывавшуюся где-то за ними.
Я снова открыла глаза.
— Лукас, ты прав. Переполненные пляжи — это проблема. Моего телепатического видения не хватает и на один коридор.
Я глубоко вздохнула.
— Форж, полезли по лестнице.
Глава 3
Двое моих телохранителей начали быстро подниматься, а затем Форж жестом отправил меня вперед.
— Здесь лучше не пользоваться страховочными веревками — они постоянно цепляются за крюки, поддерживающие лестницу. Но не беспокойся. Ты не можешь упасть, когда я иду следом.
Я вцепилась в лестницу и полезла вверх. Как всегда, первые несколько ступенек дались легко. Но на высоте потолка меня заколотило от страха. Я велела себе не глупить. Форж прав — я не могу упасть, когда он прямо за мной.
В шахте посветлело, поскольку включились лампы с датчиками движения. Это было хорошо, потому что я видела ступени, и плохо, так как я понимала, сколько еще осталось пролезть. Лукас говорил, что ступени могут подниматься на четыре или пять уровней максимум, но эти, похоже, тянулись уровней на двадцать.
— Хорошо справляешься, Эмбер, — подбодрил меня Форж.
— Хотела бы я сейчас прочитать твои мысли, Форж, — пробормотала я. — Ты не боишься высоты, и это удержит меня от страха. Но я запутаюсь, оставаясь в чужой голове и одновременно пытаясь двигать свое тело.
— Эмбер,
Мои ладони заскользили от пота, и хвататься за ступени стало тяжелее. В следующий раз надо попробовать надеть перчатки. Надо постараться не попадать больше в такую ситуацию. Не буду вызываться, если другой отряд телепата запросит о передаче дела на пляже. Я…
Левой рукой я потянулась к следующей ступеньке, а правая едва не соскользнула с лестницы. Я захлебнулась страхом, но Форж прижался к моей спине и обхватил, взявшись ладонями за перекладину по обе стороны от моих.
— Я тебя держу, Эмбер. Я не позволю тебе упасть.
Застыв от ужаса, я цеплялась за лестницу.
— Я не позволю тебе упасть, — успокаивающе повторил Форж. — Доверься мне.
Я знала Форжа с тринадцати лет. На подростковом уровне наши комнаты находились в одном коридоре. Однажды я попробовала забраться на сложный утес и застыла от ужаса, прямо, как сейчас. Тогда Форж спас меня, и я могу верить, что он позаботится обо мне.
Я передохнула минуту и продолжила подъем. На этот раз я попробовала считать ступеньки, но быстро поняла, что это плохая идея. Постоянно растущие числа заставляли меня все лучше осознавать глубину внизу.
Я постаралась сконцентрироваться на песнях Долга перед ульем, которые учила в школе, вспоминая по строчке с каждой пройденной ступенькой. Через минуту или две я поняла, что пою вслух.
— Простите, — сказала я. — Пытаюсь отвлечься.
— Делай все, что тебе поможет, Эмбер, — отозвался Лукас.
— Я знаю, что это….
Я поднялась еще на ступеньку, и узкую шахту сменила открытая площадка. Через мгновение я стояла на чудесном крепком полу вместе со своими телохранителями.
— Эмбер добралась до верха лестницы, — доложил Форж.
— Хорошая работа, — отозвался Лукас с тем же облегчением, какое чувствовала я.
— Теперь сюда, — сказал Форж.
Он двинулся по коридору, и я услышала наверху грохот, который повторялся каждые несколько секунд.
— Этот шум идет от волнообразующих машин одного из пляжей?
— Да, — ответил Форж.
Я не просто слышала звук. Казалось, от него дрожат кости. Коридор наполняли порывы ветра, которые несли с собой запах соли, значит, мы недалеко и от ветровых машин.
— Сейчас мы идем над пляжем шестьдесят восьмого уровня, — пояснил Форж. — Наш пол — это их небо.
В его голосе слышались взволнованные ноты, а лицо отражало чистое наслаждение 1c7738. Восемь месяцев назад мы вдвоем начали лотерейные тесты вместе с миллионом с лишним других восемнадцатилеток в улье. Тогда мы ощущали беспомощность и страх, зная, что полностью лишены контроля над собственным будущим. Лотерея определит нашу работу и статус в улье. Каков бы ни был вердикт, пошлют нас на элитные уровни улья или в его глубины, это остается лишь принять.