Ураган
Шрифт:
Вся деревня была на ногах. По шоссе метались люди, держа в охапках наскоро связанные узлы. Одни запрягали лошадей, другие наваливали на одноколки домашний скарб.
— Остановитесь! — во весь голос закричал Чжао Юй-линь. — Ничего страшного нет! Чего испугались? Банда к нам не прорвется. Ручаюсь! Начальник Сяо уже позвонил в уезд. Скоро Восьмая армия будет здесь.
Уверенный голос председателя сразу подействовал на крестьян. Люди стали постепенно успокаиваться и расходиться по домам.
Сяо Сян швырнул телефонную трубку на стол.
— Линию перерезали!..
Он выхватил из кармана блокнот и быстро написал:
«Уездному комитету. Срочно.
В деревне Саньцзя появилась банда численностью человек в пятьдесят. Немедленно высылайте роту.
Привет! Сяо Сян».
Командир отделения Чжан козырнул и, взяв письмо, вышел.
Школа начала наполняться народом. Прибежал Бай Юй-шань. Начальник бригады, взяв его под руку, отвел в угол:
— Как у тебя дела?
— Все готово, начальник.
— А что все?
— Винтовки, дробовики, пики. Пушку тоже приготовили. «Воду, — говорит пословица, — удерживай плотиной, а бандита — оружием».
— Так… а если не удержим? — испытующе посмотрел на него начальник бригады.
— Что ж, убежим.
— А если не успеем?
— Бросимся прямо на бандитов. У них по паре глаз, у нас тоже по два. Поглядим еще: кто кого напугает.
— Верно говоришь. Раздели отряд самообороны. Половину оставишь при себе для охраны деревни. Получишь еще одну винтовку. Чжан Цзин-сян — твой помощник? Вот ему и отдашь. Помни, деревню Юаньмаотунь защищать нетрудно: и земляной вал есть, и укрепления третьего батальона еще целы. Картечную пушку надо поставить за южными воротами. Остальные ворота закрой. Люди с дробовиками пусть займут оборону. Чжан Цзин-сяна и еще двоих отряди охранять шоссе. Если придется отступать, отходи к большому двору. Заранее предупреди жителей, чтобы в случае чего собирались туда. Сам же с бойцами займи сторожевые башни. Так можно будет целый месяц держаться. Распорядись, чтобы каждый запасся едой на неделю.
— А ты, начальник?
— Начальник Сяо… — вбежал перепуганный возчик Сунь, — запрягать прикажешь? Я мигом…
Все засмеялись.
Сяо Сян не ответил. Он уже давал указания кузнецу Ли:
— Твоя задача — быть бдительным. Гляди, чтобы реакционеры не подняли голову. А начнут действовать — расстреливай на месте.
Бай Юй-шань, Ли Всегда Богатый и Чжан Цзин-сян, которым была поручена охрана деревни, ушли.
Сяо Сян, заткнув маузер за пояс, решительными шагами направился к южным воротам. За ним следовали Сяо Ван, Лю Шэн и бойцы отделения охраны бригады. Винтовки у всех были заряжены, примкнутые штыки поблескивали на солнце. Чжао Юй-линь с толпой крестьян, вооруженных дробовиками, топорами, мотыгами и палками, замыкал отряд.
Когда отряд достиг южных ворот, Го Цюань-хай развернул красное шелковое знамя, на котором рукой жены Чжао Юй-линя были нашиты белые иероглифы: «Крестьянский союз деревни Юаньмаотунь». Однако Сяо Сян распорядился знамя не брать.
Го
Перейдя мост за южными воротами, люди, разбившись на группки, пошли по шоссе. Начальник выслал двух бойцов в боевое охранение.
— Живей! — махнул рукой Сяо Сян. — Надо быстро добраться до холмов и занять самый высокий.
Вдруг где-то впереди раздалось несколько выстрелов. Начальник прислушался.
— Еще далеко, — заметил он.
Но люди невольно начали тесниться к обочинам шоссе, некоторые свернули даже в поле. Многие из них никогда не участвовали в бою.
— Не бойтесь! За мной! — крикнул начальник и бегом бросился вперед.
Снова загремели выстрелы, уже ближе, но на этот раз никто не свернул с шоссе.
— Ложись! — приказал начальник.
Колонна залегла, но сам Сяо Сян остался на ногах. Пуля задела ему руку, содрав кожу.
Сяо Ван и Лю Шэн бросились к нему.
— Ты ранен?
— Нет! Пустяки… Они недалеко. Вон там, — показал здоровой рукой начальник.
— Давай ударим, — предложил Чжао Юй-линь.
В этот миг какая-то сила неожиданно вырвала из его рук винтовку. Пуля отщепила часть приклада. У Чжао Юй-линя от злости перехватило дыхание. Он бросился в сторону выстрелов и скрылся в гаоляновом поле.
Все увидели, как Чжао Юй-линь, показавшись на пригорке, взмахнул руками и медленно осел на землю.
— Куда тебя? — склонился над ним Сяо Сян, поднимая запрокинувшуюся голову раненого.
Чжао Юй-линь с трудом поднял веки:
— Ничего, начальник… ничего…
— Вань Цзя, осмотри. Если рана тяжелая, немедленно вези в город! — приказал на ходу начальник.
Подбежал Го Цюань-хай, взглянул на побледневшее лицо друга, опустился на колени и прерывающимся голосом спросил:
— Ну как… председатель?..
— Не мешкай… бей бандитов. Возьми… мою винтовку…
В груди Чжао Юй-линя что-то клокотало.
— Оставьте мне кого-нибудь в помощь, — попросил Вань Цзя.
— Старина Чу, останься здесь! — крикнул Го Цюань-хай и, крепко пожав вялую руку Чжао Юй-линя, поднял его винтовку.
— Го!.. пат…роны.
Го Цюань-хай осторожно снял с него залитый кровью патронташ и побежал догонять товарищей.
Когда шум его шагов затих, раненый простонал:
— Мама!.. тяжко… помираю… Вань Цзя… Вань Цзя… при… при… стрели!
— Что ты, брат Чжао. Еще поправишься. Старина Чу, беги за телегой!
— Вань Цзя, не надо… ни…куда не надо вез…ти. Мне все одно конец… Пристрели!..
Отряд захватил возвышенность. Сяо Сян приказал таскать камни, рыть окопы.
Послышались дикие крики, над кукурузой показались озверевшие лица, бандиты бросились на укрепление. Как только первые из них подбежали к пригорку, Сяо Сян приказал открыть огонь.
Двое бандитов упали. Остальные бросились обратно.
Передышка длилась недолго. Хань-седьмой предпринял новую атаку. На этот раз он изменил тактику. Бандиты поползли через кустарник, собираясь нанести удар с флангов.