Урал атакует
Шрифт:
– Хорошо. Только попрошу вас выйти, – спокойно сказал Костя, выпустив Машину руку.
– Мы подождем в прихожей, – согласился усатый.
Они вышли.
– Послушай, как же так? Скажи ты им, ты же не виноват! – Ясные теперь глаза Маши так смотрели на него, что ему стало не по себе.
– Успокойся, все будет хорошо. Я разберусь с этим и вернусь, не успеешь и моргнуть, а ты пока хозяйничай тут. Если что, еда в холодильнике.
Он затушил сигарету в пепельнице. Затем быстро оделся. Остановился посреди комнаты. Маша рассеянно молчала. Он подмигнул ей, мол, все будет о'кей. И вышел.
Повезли
Хмурый Ебург, как издавна называли город в народе, беспардонно выбрасывая из сердца катерину, – хмурый Ебург вяло просыпался. Над мегаполисом курился серый смог. Тусклый желток солнца прятался где-то сбоку. Недостроенные высотки с мрачной чернотой окон нелепо красовались рекламными баннерами на цоколях. Рота солдат в бушлатах защитного цвета, с «калашниками» наперевес, угрюмо маршировала по трамвайным путям. Боязливо озираясь, безликие прохожие спешили по своим делам. Тут и там бросались в глаза вывески с большими красными буквами.
ДА ЗДРАВСТВУЕТ УНР – УРАЛЬСКАЯ НЕЗАВИСИМАЯ РЕСПУБЛИКА!
ТЫ ЗАПИСАЛСЯ В ДОБРОВОЛЬЦЫ НАРОДНОЙ ДРУЖИНЫ?!
БАНК УРАЛСАМОЦВЕТ – ПОДДЕРЖКА В ТРУДНОЕ ВРЕМЯ
Машина резво неслась по скользкой дороге, то поднимаясь по наклонной, то полого съезжая вниз, юрко перескакивала на соседние полосы и обгоняла своих «вазовских» собратьев и старые тонированные иномарки. Не справилась только с новой «Тойотой» на водородном топливе, серебрящейся своим «металликом». Там, наверно, мажор какой-то ехал.
Комитетская троица хранила зловещее молчание. Когда выбрались на проспект Ленина, перед ними замаячила единственная в городе трехмерная реклама, выросшая как раз во время Русской Хиросимы. Яркая блондинка в белом халате, с соломенной метелкой, свешивающейся на плечо, стояла посреди проспекта. В руках она держала поднос с тушкой цыпленка, то приподнимала его, словно протягивая встречным и при этом белозубо улыбаясь, то опускала. Ее движения, мимика лица казались неестественными, как в старинном немом кино. Но, тем не менее, она была объемная, почти настоящая. Над ней бежали трехмерные буквы:
ГИПЕРМАРКЕТ «ЧУРАЕВСКИЙ»
ТРАНСГЕННЫЙ ЦЫПЛЕНОК ВСЕГО ЗА СТО БОН!
Их «пятнашка» поравнялась с девицей, вблизи будто прошитой каплями дождя, и равнодушно пронеслась мимо. Вскоре выехали на улицу Луначарского. Она оказалась менее оживленной. Костя предположил, что везут в старое здание, переоборудованное под КБ.
Так оно и вышло. Свернули, правда, не совсем там, в конце здания, и заехали за угол. Припарковались на заднем дворе. Костю провели через черный ход. Обыскали, забрали все, кроме смартфона. По каким-то сумеречным коридорам прошествовали к черной железной двери. За ней оказался кабинет. Старый стол, допотопный графин с водой, металлический шкаф, удручающая решетка на окне, три стула.
– Муконин, с вами будет работать следователь. Ждите здесь. – Чуть ли не силой Саныч посадил Костю на стул в углу стола, и все трое растворились, а в дверях
Костя огляделся. Скучные стены с коричневыми обоями, зрительно уменьшающими пределы комнаты. На потолке висела примитивная лепестковая люстра. За окном скучал белоснежный двор, оглашаемый лишь отрывистым собачьим лаем. К прутьям решетки тянула сухие костлявые щупальца молодая осина. В отдалении, рядом с зеленой металлической стойкой в виде широкой буквы «П», зачем-то стояла бабка в клетчатом пальто, растопырив ноги, и неотрывно смотрела на противоположный серый дом. Костя отвернулся от окна. Мысли беспорядочно закружились.
Что, черт возьми, происходит?! Меня подставили? Неужели рыбка клюнула? Миротворцы из Самары наняли продажных комитетчиков, и те вышли на меня? Устроили немыслимую махинацию с пистолетом? Значит, это они сами грохнули министра? …Комов, министр энергетического комплекса. Два дня назад сообщили. Обычное убийство: возвращался с работы, выбрался из джипа и не дошел до подъезда, три выстрела, свидетели, как водится, не нашлись. Нет, не убийство. Потом сказали – лежит в реанимации. Покушение связано с деятельностью Чрезвычайного Правительства. Враги новоявленной республики. Кто-то хочет подорвать паритет с китайцами изнутри. Сломать неумолимый рост тарифов на сибирскую нефть, задушить уральско-китайские отношения. Прозападный след, скорее всего, миротворцев из Самары. И здесь Костю явно хотят сделать козлом отпущения и, таким образом, прибрать к рукам. Убить двух зайцев? Что ж, посмотрим, посмотрим, как поведет себя следователь. Надо же, сколько оборотней вокруг! Вот, блин! Необходимо срочно связаться с Ганей.
Костя достал смартфон и вслух чертыхнулся. На дисплейчике бежали строчки: «Только экстренные вызовы». Ну конечно, все здание напичкано блокираторами.
Тут дверь заскрипела. В кабинет вошел человек в серых джинсах и синем свитере. Худощавый, так что свитер висел на нем, непропорциональное овальное лицо с вытянутыми скулами, с едва заметными оспинками на щеках, нагловатые глазки потихоньку бегали – Муконину он не понравился с первого же взгляда. В руках у следователя был ноутбук. Хитро улыбнувшись, он сел за стол и разложил компьютер. Приготовился печатать.
– Меня зовут Николай Альбертович, – вкрадчивым юношеским голосом произнес он. – Я следователь по особо важным делам.
– Очень рад за вас, – съязвил Костя.
Николай Альбертович, которому было лет двадцать семь с виду, поднял голову и захлопал ресницами.
Да, не выглядел он красавцем, от таких модельные девушки нос воротят, но ресницы казались изящными.
– Зря вы так, – вздохнул следак, – начинаете наш разговор. В ваших же интересах, Константин, вежливо ответить на мои вопросы. Разве вы не осознаете всю степень своего положения?
– Осознаю.
– Ну вот и прекрасно. Имя, фамилия, отчество?
Он поймал взгляд Муконина и осекся.
– Ладно, пропустим. При обыске у вас найден пистолет, предположительно причастный к покушению на министра Комова. Это ваш пистолет?
– Я уже говорил, что не мой.
– Тогда как он к вам попал?
– Вчера поздно вечером я возвращался домой с работы. В подворотне на меня напали какие-то уроды. Один угрожал пистолетом. Хотели отобрать деньги. Но я отобрал у них пистолет, и они убежали. Вот и все.