Урод
Шрифт:
Лалайна совсем стихла, внимательно слушая.
Мэдин же неспешно закинул ногу на ногу и продолжил.
– Когда нас все же разняли, отец, который обычно был снисходителен к нашим выходкам, приказал нас высечь, обоих. И нас отлупили розгами до крови так, что у обоих шрамы по сей день остались, а потом заперли в одной комнате на целую неделю. Только тогда мы и узнали, насколько мы на самом деле похожи и не похожи одновременно. В нас просто вбили тогда, что в первую очередь мы братья,
Медин помолчал немного.
– Наши споры закончились, но это не значит, что другие успокоились. Моя семья решила убрать его, просто убрать и его, и королеву. Ее убили, а он попытался сбежать. Его догнали, сбросили со второго этажа на каменный пол главного зала, а там, чтобы мальчишка со сломанной ногой все же не убежал, сбросили на него масляную лампу. У тебя в замке в главном зале висит почти такая же, у нас же таких больше нет с тех пор.
Лилайна сглотнула, вспоминая, как красиво блестит пламя, передвигаясь по металлическим чашам.
Мэдин молчал. Долго молчал, гневно сжимая кулаки.
– Взрослые мужики взяли и просто прихлопнули ребенка металлической конструкцией с горящим маслом. Надеюсь пояснять, что после такого не выживают, не надо? Целый год все ждали, когда он, наконец, умрет, а он упрямо болтался между жизнью и смертью. Я его тогда не видел, отец и Фу-Диен никого не подпускали к нему, разве что Лен-Фень помогала за ним ухаживать. Только через год, когда стало ясно, что он будет жить, я все же уговорил отца и пришел к нему.
Мэдин со вздохом закрыл глаза.
– Это был не мой брат, не тот мальчишка, с которым я постоянно дрался. Это был живой труп, просто скелет обтянутый серо-землистой кожей. Два года он учился ходить заново, говорить, даже есть!
Он встал, подошел к столу, обошел его и взял с кресла длинный жилет, чтобы набросить на свои плечи.
– Я все это видел своими глазами и потому ненавижу, когда кто-то смеет сомневаться в его силе, а ты…
Он сел.
– Вставай сейчас же и прекрати уже себя жалеть.
Лилайна всхлипнула и с большим трудом встала, кусая губы, но стараясь не ныть. Просто она понимала, что разжалобить Мэдина все равно не выйдет, скорее, его можно снова разозлить.
– Ты остаешься пока у меня, - объявил он. – Тебе выделят комнату, но ты не выйдешь из нее, твой пес и твоя фрейлина потом придут к тебе, но ты сама не выйдешь из комнаты пока Антракс не решит твою судьбу, а если выйдешь, я отлуплю тебя снова. Ясно?
Лилайна сглотнула, все же всхлипнула и опустила глаза.
– Это воля Антракса?
– Это воля короля!
– А я могу поговорить с вашим братом? – робко спросила она.
– Зачем? Опять будешь говорить о нем гадости?
Мэдин
– Нет, просто мне надо с ним поговорить…
Лилайна опустила глаза понимая, что она хотела бы так много спросить, так много сказать, и в то же время так сильно запуталась, что в груди боль была сильнее той, что ныла в плече и бушевала на избитых ягодицах.
– Вспомнила его что ли?
Она только кивнула.
– Но едва ли это что-то меняет. Ты - глупая принцесса Рейна, которая все потеряла, проиграла свою битву даже не заметив, как началась война, а он один из наследников Эштара, страны, которую вы в Рейне презираете как варварскую и нецивилизованную. Не думаю, что он захочет тебя видеть.
От этих слов Лилайне стало еще больнее. К ресницам вновь подкатили слезы и она просто разрыдалась. Мэдин же презрительно фыркнул, встал, открыл дверь и приказал стражникам отвести Лилайну в пятую комнату третьего этажа и никого не пускать к ней без распоряжения самого Мэдина или короля.
2. Наследники Эштара (9)
Антракс зашел к Лен-Фенькогда на улице уже стемнело. Он был одет в строгий черный костюм и как прежде опирался на трость.
– А я думала, ты уже и не придешь, - ответила женщина, не взглянув на него, она сидела на месте своего деда и молча смотрела перед собой. – Выпьешь?
Она подняла бокал крепкого рома и залпом выпила его.
– Нет, и тебе уже хватит.
Антракс забрал у нее пустой бокал. Она лишь посмотрела на него, кивнула и встала.
– Раздевайся давай.
– Не стоит, - начал было Антракс, но женщина тут же стала в позу.
– Не дури мне голову! Знаю я тебя, заботишься только о том, чтобы не перестать ходить, остальное тебе до океанской пустоши! Как твой врач, я просто обязана...!
– Ладно, не кричи только.
– И маску тоже снимай.
С маски он и начал, но Лен-Фень тут же коснулась его подбородка, чтобы повернуть голову в сторону и рассмотреть кровоподтек на левой скуле.
– Ясно, я за льдом.
Лен-Фень сразу вышла, а Антракс, так и быть, снял и камзол и рубашку, закупорил вскрытую бутылку рома и спрятал ее в один из шкафов.
Женщина вернувшись бесцеремонно приложила к его скуле небольшой мокрый мешочек с мелкими кубиками льда. Принц, не споря, перехватил его из ее руки чтобы удержать.
– Тяжелая у твоего отца рука, - проговорила Лен-Фень, усадив своего названного брата на табуретку. – За что он тебя?
Антракс не ответил.
– За Дершу? За Дершу я бы и сама тебе ввалила, - бормотала Лен-Фень методично обрабатывая свежие раны. – У тебя не было и шанса…