Услада пирата
Шрифт:
Он ничего не сказал, повернулся и покинул ее, пройдя через свою комнату. Дверь закрылась.
Скай, дрожа, опустилась на постель. Сколько времени ее будут держать здесь, в этой тюрьме? Ее не бросили в подземелье, не подвергли лишениям. И это было еще хуже, гораздо хуже…
Она вскочила и поспешила к двери, которая соединяла их спальни. По-видимому, дверь запиралась с обеих сторон, так как войти к нему она не смогла. Удивленная, она бросилась к двери в коридор. К ее изумлению, она распахнулась при первом прикосновении. Скай вышла и тотчас вернулась назад.
Любопытно.
Вечером он не вернулся к ужину. Сундуки ее прибыли все до одного, и она видела, что ничего из ее имущества не пропало. Драгоценности лежали между прочих вещей вместе с самыми лучшими ее платьями – из бархата, атласа, шитого золотом полотна, шелка всех сортов. Их доставили мистер Толлингсворт и другой слуга под руководством мистера Соумса. Позднее ее навестил Роберт Эрроусмит и сообщил, что Ястреб не придет – к его большому сожалению. Мистер Соумс проследит, чтобы ужин принесли ей в комнату.
Скай поблагодарила юношу, не поднимая глаз. Она с тревогой обнаружила, что также весьма сожалеет об отсутствии Ястреба.
Роберт прошел по комнате, зажигая лампы, пока они не осветили все вокруг. Скай тихо поблагодарила, и он удалился.
Ночью она спала хорошо, а утром проснулась от звуков смеха. Осторожно открыла глаза и застыла в удивлении. Хорошенькие ирландочки Тара и Бесс стояли перед ней и вовсе не выглядели несчастными.
– Бесс! Тара! – закричала она, подскочив от радости. Тара поставила поднос с завтраком ей на колени.
– Леди Кинсдейл! – В ее глазах блеснули слезы. – Мы так благодарны вам! Вы вступили в бой и спасли нас, – сказала она с сильным ирландским акцентом.
Скай заморгала.
– Я ни от чего вас не спасла! Мы с вами пленницы пирата. Они вас потащили…
– Они потащили нас в каюту второго помощника и обращались с нами получше, чем иные хозяйки, у которых я служила, – закончила Тара.
Скай внимательно посмотрела на девушку. Она была совсем молодая, не старше шестнадцати лет, но говорила с удивительной мудростью.
– Вас не… они не причинили вам вреда? – с тревогой спросила Скай.
– Нет, – покачала головой Тара. – Ой, мы так боялись, когда начались волнения на том, другом острове! Я думала, кто-нибудь к нам ворвется. Но с нами ничего не случилось, и теперь мы здесь!
– Тут как в раю! – воскликнула Бесс.
Откусив кусочек хлеба, Скай подозрительно взглянула на служанку:
– Откуда вы знаете?
Тара переглянулась с Бесс, пожала плечами.
– Мы здесь много повидали, миледи. Около пристани есть несколько хороших домов, а еще склады и все такое. Кто из моряков пожелает, может выстроить себе дом. На острове есть лагуна с пресной водой, а в глубине бухты, за скалами и отмелями, песок такой мягкий, а вода такая голубая, что лучше нигде не найдешь, миледи!
– Неужели? – пробормотала Скай. Тара залилась краской.
– Есть тут один человек, миледи, мистер Раундтри. Он возил нас туда покататься на своей маленькой двуколке, запряженной пони.
– Человек? – переспросила Скай. – Нет, Тара. Пират.
Тара смущенно опустила
– Миледи, здесь даже есть часовня! И священник англиканской церкви.
Скай выпила немного кофе и вернула поднос Бесси.
– Понимаю. А когда мистер Раундтри закончил показывать вам этот рай, он повел вас на церковную службу?
– Нет, но… он показал нам часовню, леди Кинсдейл.
– Пиратский священник, – проворчала Скай. – Дальше некуда!
Покончив с завтраком, Скай подошла к умывальному тазу и кувшину, оставленным на маленькой тумбочке, и умылась, с удовольствием плеская прохладной водой в разгоряченное лицо. Вытираясь, она решила испытать границы своей свободы и обратилась к девушкам:
– Бесси, отыщи-ка мой костюм для верховой езды! Мне захотелось взглянуть на этот… рай.
Бесси и Тара послушно взялись за работу. Они безостановочно болтали, но даже их болтовня о мистере Раундтри и его друге Саймоне Грине почему-то поднимала настроение Скай. Вообще-то, увидя служанок живыми и невредимыми, она не очень удивилась: она уже знала, что Серебряный Ястреб не какой-нибудь кровожадный пират-убийца. Ее поражало, что они веселы, как жаворонки, поскольку она не могла забыть тех первых минут, когда Ястреб отбил корабль у Одноглазого Джека, забрав ее себе, а девушек бросив на произвол судьбы и своих людей.
Бесспорно, Ястреб совершенно исключительный человек.
Надев великолепный костюм для верховой езды из коричневого бархата, Скай оставила Тару и Бесси. На пышную юбку костюма пошло немало ярдов ткани, а жакет напоминал мужской сюртук. Она сбежала вниз по лестнице, никого не встретив, и оказалась в большом холле. Из столовой доносились голоса. Скай направилась к двери, но прежде чем взялась за ручку, из столовой появился мистер Соумс и прикрыл дверь за собой.
– Доброе утро, леди Кинсдейл.
– Доброе утро, мистер Соумс.
– Как вам понравился завтрак, миледи?
– О, все отлично, мистер Соумс.
Она улыбнулась. Все-таки в английском поместье не станут так охранять хозяйскую дверь.
– Я хотела бы прокатиться верхом, мистер Соумс. Это возможно?
– Конечно, миледи. Мы предоставим вам все развлечения, какие только пожелаете. Пожалуйста, пойдемте со мной, я провожу вас к сеньору Ривасу. Он управляет конюшнями на Бон-Кей и будет рад служить вам.
Они вышли через заднюю дверь и оказались прямо перед конюшней. Вот почему Ястреб так быстро вернулся в дом прошлой ночью!
В конюшне царил полумрак, но Скай разглядела не меньше двадцати денников. Они содержались в той же чистоте, которую Ястреб соблюдал у себя на судне. Высокий, худой, темноволосый мужчина вышел вперед. Это и был сеньор Ривас, и мистер Соумс препоручил Скай его заботам. Она осознала, что ждет, чтобы кто-то ворвался и остановил ее, сказал, что это нелепая шутка, что она с ума сошла, решив, будто может свободно отправиться на прогулку. Но никто не появлялся, сеньор Ривас вывел из стойла серую в яблоках кобылу, приторочил седло. Они вышли из конюшни к колоде, чтобы Скай легче было забраться в седло, потом Ривас отступил и сказал: