Услада пирата
Шрифт:
Утром он ушел.
Скай проспала допоздна, и когда проснулась, обнаружила, что она одна. Никто не приходил и не беспокоил ее.
Она выбралась из постели, вернулась в свою комнату, перешагнув через выбитую дверь. При свете дня она вспомнила о своем падении, но, по правде говоря, не жалела о том, что произошло между ними, хотя последствия этого, похоже, могли всей тяжестью лечь на нее. Она жила надеждой, что сумеет избежать замужества. Наверняка многие не одобрят нарушения данного обещания, а положение ее отца пошатнется, но никто
Ну и, разумеется, опасность заключалась в самом этом человеке. Если она забеременеет…
Этого не будет, твердо сказала она сама себе. Хотя у нее не было веских оснований считать так, кроме веры, что Господь не оставит ее с ребенком пирата…
Скай уже умылась и оделась, когда эта мысль поразила ее. Она опять бросилась на кровать и представила себе, что стоит с младенцем Ястреба на руках, глядя, как капитана погожим весенним днем ведут на виселицу и вздергивают на веревке. Она невольно поежилась, обхватив себя руками. Он может умереть. И умрет непременно, если будет упорствовать в своем опасном занятии!
Кто-то постучал в дверь. Она застенчиво пробормотала «Войдите», и появился мистер Соумс, неся поднос с завтраком. Как всегда невозмутимый, он даже не взглянул в сторону сломанной двери.
– Капитан говорит, если у вас, леди Кинсдейл, будет желание, вы можете встретиться с ним после полудня внизу у лагуны. У него дела нынче утром, но он скоро придет. Он желает, чтобы вы знали – это доставит ему величайшее удовольствие.
– Величайшее удовольствие? Или это приказ? – небрежно спросила она.
– Миледи, я только передаю, что мне сказано…
– Разумеется. Спасибо, мистер Соумс, что передали.
Дворецкий смущенно кивнул и поставил поднос на ломберный столик. Она не стала расспрашивать о Таре и Бесси. Кажется, они сумеют сами о себе позаботиться, и неплохо. Кстати, рассуждала она под бешеный стук сердца, она ведь собиралась отправиться после полудня на верховую прогулку.
Так она и сделала. Дождалась, когда солнце высоко поднялось в полуденном небе, и отправилась к сеньору Ривасу. Он оседлал для нее ту же серую кобылу, и она медленно поехала к лагуне.
Когда она добралась туда, Ястреба еще не было. Скай с беспокойством огляделась и увидела белоснежного жеребца, который пасся на склоне, на дальнем берегу. Вода, падая с обрыва, весело журчала и сверкала на солнце.
Скай спешилась, подошла к краю заводи. Она пустила лошадь щипать траву, а сама села на песчаном берегу, зачерпнула прохладной, чистой воды.
И тут она увидела Ястреба. Он выходил из лагуны. Капельки воды, пронизанные солнцем, горели алмазами на его обнаженном, бронзовом с головы до ног теле.
Она поднялась, собираясь заговорить, сказать что-нибудь. Слова не шли. В голове вертелись мысли о солнце над головой, о ветерке и журчащей в ручье воде. Нет, она не может сбросить с себя платье, не может отдаться ему
Ястреб подошел ближе, сдернул жакет для верховой езды с ее плеч, и тот упал на траву. Затем повернул ее спиной, ловко расстегнул один за другим крошечные крючки. Его пальцы скользнули под ткань, коснувшись обнаженных плеч, и платье медленно соскользнуло с ее груди.
Губы и борода, влажные и прохладные, прижались к ее коже, язык коснулся ее плеча, и она начала дрожать.
– Я… я не могу! – запинаясь, выговорила она. Он повернул ее лицом к себе.
– Можешь. – Он целовал ее и расстегивал корсет. Грудь ее обнажилась, и солнце обдало ее жаром. Скай бессильно опустилась вниз, на кучку своей одежды, и он накрыл ее своим весом и теплом.
Он не овладел ею сразу, неторопливо снял с нее ботинки и чулки, откровенно любуясь. Свежий воздух коснулся ее кожи, и она вздрогнула, а он прижал ее к себе. Они покатились по мягкой траве, и он засмеялся.
– Это мои владения, леди Кинсдейл, и никто не посмеет ступить сюда, чтобы стать между нами.
Она улыбнулась, зачарованная красотой лагуны и его шепотом. Здесь властвовало сладостное безумие, и в ней нарастало возбуждение. Однако разве можно оставаться здесь, с ним? Играть в Эдем, смеяться под воркующую музыку воды, подставлять тело ветерку?
Волосы Скай окутали его шатром. Смех его замер, глаза потемнели, он притянул к себе ее голову и приник к ее губам, раздувая разгорающееся пламя страсти внутри ее. Неожиданно он приподнял Скай над собой, и она вскрикнула испуганно и удивленно: они мгновенно слились воедино.
Солнце ласкало ее, что-то нашептывала листва. Она услышала хриплое дыхание мужчины и свой собственный невольный и слабый крик. Словно раскаленная стрела пронзила ее сердце, и блаженство захлестнуло ее.
– Я не отпущу тебя, – предупредил он, неистово обнимая Скай. – Я всегда буду делать с тобой что хочу.
– Не будешь, – твердо сказала она.
– Это мои владения, – напомнил он и подхватил ее на руки.
– Стой! Куда ты? Нельзя же разгуливать в таком виде! – отбивалась она.
– Я недалеко, – ответил он, входя в воду.
– Поставь меня на землю.
– Я буду делать с тобой все, что мне нравится, запомни!
Она тряхнула волосами.
– Вы не будете делать со мной все, что захотите, капитан Ястреб. Я вам не разрешу!
– Неужели? – Он улыбался, чувственно изогнув губы.
Его пиратский серебряный взгляд испепелял. Он выпустил ее из рук, и она шлепнулась в прохладную воду. Скай тотчас вскочила, подняв каскад брызг, возмущенная и смеющаяся. Она попыталась, в свою очередь, свалить его, но у нее не хватило сил. Он схватил ее и потащил под водопад и там, под прохладной хрустальной водой, поцеловал ее. Жаркое пламя пробилось через прохладу. Она чувствовала его руки на своей груди, между ног, прижималась к нему, гладила его плечи, спину, ягодицы…