Услада пирата
Шрифт:
– Темный ром из собственных запасов Черной Бороды, капитан. А для леди он посылает бургундского с пакетбота «Сент-Луис». И еще жареного мяса и хлеба – отличные кусочки, уверяю вас!
– Большое спасибо, Летиция, – сказал Ястреб и одарил ее благодарной улыбкой. Скай почувствовала, как внутри у нее все оборвалось. Какой он красивый и обаятельный и в роли Ястреба, и в роли лорда Камерона.
– Я вернусь, когда прочие напьются до чертиков, тогда и отведу тебя к Черной Бороде, – сказала Летиция Року и ушла.
Рок, джентльмен до кончиков ногтей,
– Карибский, – прошептал он и сделал большой глоток. – Отличный напиток, – сказал он Скай.
– Сейчас не время… – проворчала она.
– На редкость подходящий напиток! – закончил Рок.
Он еще раз хорошенько приложился к рому, подозрительно поглядывая на нее. Она покосилась на поднос с едой. От мяса исходил дурманящий аромат. Рок поставил фляжку, подцепил ножом кусочек и положил ей на тарелку.
– Ешь.
– Я не могу…
– Я уверен, что сможешь. У нас целый день ни крошки во рту не было, не знаю, как ты, а я умираю от голода.
Он взял себе кусок с ребрышком и с аппетитом принялся есть. Скай, глядя на него, поняла, что ужасно проголодалась. Оказалось, что принять участие в пиратском празднике не так уж плохо. Мясо было сочным и вкусным. Вино ей тоже понравилось.
– Что все это значит? Что говорила Летиция? – спросила Скай, отпивая бургундское.
– Это значит, что Черная Борода хочет сокровища Одноглазого Джека, – пожал плечами Рок.
– Но сокровищ нет.
– Какое-нибудь сокровище есть.
– Но не то, которое ты можешь найти! – вспылила она. Он отодвинул тарелку и взял фляжку с ромом.
– Вот сокровище, миледи, на данный момент достаточно и этого.
В нетерпении она вскочила, опрокинув стул.
– Не стоит со мной так разговаривать, лорд Ястреб, или кто там вы есть на данный момент! Я тоже в этом деле, и…
– Но ты не знаешь правил! – Он встал, обошел стол, и она вдруг оказалась в его объятиях. Он гладил ее волосы, а потом, заставив ее откинуть голову, заглянул ей в глаза. – Ты не знаешь правил, любовь моя, у тебя есть только твоя отчаянная храбрость, а это нам сейчас не поможет. Ради Бога, миледи, прислушайтесь к тому, что я говорю!
Она улыбнулась – чувственно, мечтательно.
– Хорошо, сэр, я ведь вовсе не хочу видеть вас убитым. Он пристально посмотрел на нее и страстно прижал к себе.
– Скай, Скай! – бормотал он. – Моя смелая, моя прекрасная любовь! Мне бы только благополучно вытащить тебя отсюда как можно скорей!
– Но пока я здесь! – шепнула она. – И я тебя не отпущу.
Он поднял ее на руки, шагнул с ней к грубому соломенному матрацу на полу, покрытому жалким одеялом. Осторожно уложил ее и сам опустился рядом, приник к ней губами. Поцелуй наполнил ее такой глубокой страстью, что в ней потонули все страхи и желания. Скай жаждала лишь одного – слиться с ним навеки. Она не расстанется с ним, никогда. Она хотела его, хотела его любви. Хотела, чтобы вспыхнувшая между
Но ведь она не должна и отвергать любовь, особенно теперь, когда смерть все ближе подступает к их двери.
Он оторвался от нее, посмотрел в ее глаза – широко распахнутые, сине-зеленые, с любовью устремленные прямо на него. Ее губы приоткрылись, влажные от его поцелуя. Она вновь протянула к нему руки, и он застонал и крепче сжал ее.
– Я хочу любить тебя, – шептал он. – Хочу лежать с тобой в прозрачной воде, среди буйства цветов, под высоким солнцем, обжигающим наши тела, или под луной, изливающей на нас свой мягкий свет. Хочу предложить тебе мягкие перины и шелковые простыни или Эдем на ласковой земле. Я хочу любить тебя, но не на этой голой, безобразной соломе…
Она коснулась его волос, отвела их с лица. Взглянула на него, и взор ее был влажным и пламенным, в нем были улыбка и томление.
– Это Эдем, это истинный рай, – проговорила она из глубины сердца. – Рай там, где ты, мой господин, ведь ты создаешь его внутри меня, в моей душе.
Он сжал ее пальцы, поцеловал их. Потом опять заглянул ей в глаза.
– Я люблю вас, миледи. Люблю всем сердцем, как лорд Камерон и как Серебряный Ястреб. Я люблю тебя и буду любить до моего смертного часа.
Его пальцы легли на ее корсаж и тянули тонкую шелковую шнуровку, пока грудь не открылась для его прикосновения. Он наслаждался ею, нежно ласкал, целовал, покусывал. Руки сжимали ее талию и бедра, гладили, дразнили. Он вошел в нее, и все в ней запылало. Она выгнулась под ним в страстном порыве, стремясь всем телом отдаться сладостному урагану.
Он был Ястребом, он был ее мужем, и она больше не боялась, что один из них может узнать о другом.
Рок встал, сбросил одежду и снова опустился на постель, срывая с нее остатки платья.
Сумерки сгущались. Наступала ночь. Скай не испугалась темноты: ведь он был с ней. Его руки обнимали ее, его поцелуи жгли кожу, согревали ее. »
Ветер судьбы и неземного блаженства поднимал ее, желание билось в ее крови, будто иголками кололо пальцы и губы. Она целовала его плечи, царапала ногтями его спину. Она шептала ему о своих заветных желаниях, о том, как она нуждалась в нем…
Это был рай! Исчезла грубая солома, пыльное одеяло, покосившиеся стены вокруг. Они вдыхали аромат земли и слышали музыку собственных сердец.
Ее кожа была шелком, его – сиянием. Солнце горело на кончиках его пальцев, излучая тепло, ласкавшее ее нагое тело. Лучи его падали на ее спину, гладили бедра, проникали все глубже и глубже…
Она уже не шептала – кричала. Ее бедра двигались, подчиняясь заданному им ритму. Она парила, поднимаясь все выше в Эдем, и наконец выкрикнула его имя, содрогаясь в экстазе, настигавшем ее вновь и вновь. Она почувствовала последний толчок, взрывом отозвавшийся внутри ее… Эдем исчез, но она плыла в облаках, а потом опустилась на простой соломенный матрац. Рок обнимал ее, гладил по голове.