Услышать эхо
Шрифт:
Ярослав молча склонил голову.
– Но это на самый крайний случай, если все всплывет наружу. Главная версия – член вашего клуба, решив попробовать свои силы, подает заявку на игру.
– А он хоть меч или саблю в руках держал? – нарушил молчание Ярослав.
– Держал. Мастер спорта по штыковому бою, бою на ножах и рукопашке. Имеет боевой опыт.
Ярослав немного подумал, покривил губы. Это не совсем то, но раз Трофимов говорит, значит, кандидат что-то умеет.
– У вас будет несколько дней, заодно подучите. Пусть вспомнит,
– Есть. Три. Плюс виртуальная программа тренировки. От новичка до мастера. Но за несколько дней он вряд ли освоит технику. Все же меч – это не нож и не штык.
Трофимов знал точку зрения Ярослава и его коллег по данному вопросу, но при этом имел собственное мнение. Нож, конечно, не меч. Но тот, кто знает технику фехтования на ножах и штыках, гораздо быстрее освоит другие виды холодного оружия. И потом, в игре «Фантазии» главное – не владение оружием. А умение находить выход в любой ситуации и идти к цели наиболее рациональным путем. Вон последний победитель игры вообще меч и копье взял в руки за полгода до старта этапа. А первое место занял исключительно благодаря смекалке, находчивости и умению обойтись без схватки. Будь ситуация иная, в игре побежали бы спортсмены-фехтовальщики и мастера из таких вот клубов.
– Покажешь что успеешь, – подвел итог полковник. – Их все равно на две недели загоняют в тренировочный лагерь, учат держать в руках оружие. Да и простые игры дают достаточный навык. Главное, чтобы он был оформлен как следует.
– За это не волнуйся. Документы подготовим быстро. Когда его ждать?
Трофимов пожал плечами и невольно вздохнул. Ему только предстоял разговор со Щегловым. Как и с Навруцким. И эти разговоры он оставил напоследок. К ним еще надо подготовиться. Чтобы получить согласие, а не отказ.
– Думаю, через пару дней он приедет. Я позвоню, сообщу.
– Ясно. Тогда до встречи.
Трофимов встал, протянул руку для пожатия и улыбнулся.
– Отцу привет. И матушке кланяйся от меня. Как-нибудь. заскочу в гости, проведаю.
– От тебя дождешься, – хмыкнул Ярослав. – Бываешь раз в два года.
– Служба, ничего не поделать. Бывай.
Через два часа он был у генерала Раскотина. Тот, выслушав рассказ полковника, одобрительно покивал, а потом спросил:
– С Щегловым все ясно. А что с Навруцким? Как его будешь легендировать?
Трофимов несколько секунд помолчал, потом стал отвечать. Чувствовалось, что в своем решении он до конца не уверен, но менять его не хочет.
– Я думаю, Навруцкого вообще не надо легендировать. Он будет работать сам по себе. Мотив приезда в парк – личный интерес. Скука. Желание сменить обстановку. Тем более эта причина наиболее близка к правде. Таких одиночек там полно.
– Но Щеглова ты решил прикрыть коломенской ассоциацией.
– Да. Просто в этой паре я делаю ставку именно на Щеглова. Он более коммуникабелен, умеет войти в доверие, находит общий
– Все же считаешь, что именно там таится ответ на главный вопрос?
– Сын вашего знакомого пропал перед балом. Исчезновение еще одного человека зафиксировано после бала. Я считаю, наш агент просто обязан там побывать.
Генерал покивал, бросил взгляд на стопку документов, лежащих перед ним, потом вдруг спросил:
– Значит, Щеглов основной агент, а Навруцкий – прикрытие?
– Именно. Конечно, этого говорить им не стоит. Навруцкий будет проходить одиночную миссию. Щеглова поставим в групповой турнир. Это, кстати, дополнительная маскировка.
Раскотин побарабанил пальцами по столу, помолчал, видимо, в очередной раз прикидывая шансы на успех, потом поднял взгляд на полковника.
– Что ж, Илья Андреевич, начинаем?!
Это прозвучало как «рискнем?». Трофимов, еще секунду назад готовый ответить «конечно», сейчас говорить не спешил. Сомнения начальника были ясны. И вполне обоснованны.
…Ситуация, в которой оказались они, была настолько неоднозначной и неопределенной, что дать конкретный ответ просто невозможно.
Есть некоторые подозрения и косвенные улики, указывающие на наличие противозаконных действий со стороны корпорации «Фантазия». Есть просьба друга детства генерала, странные случаи появления двойников знаменитостей и не менее странные случаи гибели свидетелей. Это с одной стороны.
А с другой… Проводить расследование официально нельзя – руководство может не принять объяснений, им нужны прямые улики, а не догадки и домыслы. Обращаться за помощью в МВД и КГБ, которым вроде и положено проводить подобные расследования, нельзя. Не исключено, что там есть осведомители потенциальных противников.
И потом, если вдруг Раскотин и Трофимов ошиблись, это сильно ударит по их репутации. И, наоборот, в случае успеха их реноме взлетит до небес.
Вот и гадай, как быть? Принимая решение на начало операции, они рисковали карьерой, а может, и свободой. Но отступать, когда сделана почти вся предварительная работа и осталось только дать отмашку?.. Ни Раскотин, ни Трофимов, ни Коновалов не привыкли давать задний ход.
– Начинаем, товарищ генерал! – твердым голосом произнес Трофимов.
Тот вышел из-за стола, прошелся, разминая ноги. Посмотрел в окно. Потом повернул голову к полковнику.
– Осталось только поговорить с кандидатами?
– Да. Я планировал разговор с Щегловым на завтра. А с Навруцким – на послезавтра.
– Действуй. О результате бесед докладывать мне сразу.
– Есть.
– Успеха!..
…Поздно вечером Трофимову позвонил директор «Факела».