Устранитель зла
Шрифт:
— Маленький народец гор — никто другой не мог бы проделать ничего подобного. Они и сейчас, вероятно, трудятся на нижних этажах замка, вот только до них не доходит наше внимание.
Лотар кивнул. Он знал, что проникающий взор не всегда вскрывает строение замка. Что уж говорить о цельной скале, с лабиринтом, уходящим вниз на тысячи ярдов и на сотни миль вдаль?
— Значит, они подвозят питание и всякие прочие предметы по этим ходам?
Сухмет пожал плечами:
— Вероятно. Ворота наверху явно сделаны для летунов. Рубос, который вдруг тоже всё увидел, ахнул и от возбуждения начал
— Как же мы туда попадём?
Сухмет кивком поблагодарил Ди, который налил в его кружку ещё чаю, и небрежно ответил:
— Ну, в этот замок проходит только тот, кто может.
— Сверху? — поинтересовался Лотар.
— Не думаю. — Сухмет обжёг губы и подул в кружку. — Мне кажется, сверху замок ещё лучше защищён.
Лотар присмотрелся в ином спектре, практически на пределе своих магических способностей. Так и есть: над горой, словно радуга, висела разноцветная плёнка мощного силового поля. Разумеется, и в нём был проторён путь к воротам, но он был неверным, хитроумным и извилистым, как лабиринты в скале под замком.
— В силовом поле пройти сложно, поневоле обозначишь себя, — продолжил Сухмет. — А мне это кажется бессмысленным — отдавать ауру и часть энергии волкам, а потом трезвонить о себе на полмира.
Рубос вдруг уверенно сказал:
— Ну, если мы вообще попадём туда, трезвона будет не меньше, чем на полмира.
— Это ещё вопрос, — ответил Ди, как всегда, очень спокойно.
— Не понимаю, — нахмурился Рубос. — Придётся же рубиться, кого-то убивать… Это, по-твоему, можно проделать незаметно?
— Наша задача — узнать что-нибудь о входе в замок врага. Драться, может быть, и не придётся. — Ди подумал, ещё раз посмотрел на Рубоса. — Хотя для этого, конечно, нужно сознательно избегать драки, а это уже проблема.
— Что ты имеешь в виду?
— Драка сейчас не самое главное, — согласился с фоем Лотар. — Главное — попасть в замок.
Рубос ещё раз смерил взглядом вздымающуюся над ними скалу.
— Лотар, помнишь, как мы поднимались по башне вот этого гаврика в Ашмилоне? Сухмет вдруг насупился:
— Это была не моя башня, а Нуримана. Но Лотар покачал головой:
— Нет, Рубос, так не пойдёт. Верёвкой тут не поможешь. Да её и не зацепишь — наверху такие сигналки расставлены, они даже паутину обозначат, не то что верёвку. Вот если…
Он подошёл к скале и попробовал так изменить сознание, чтобы можно было утапливать в камень руки и ноги и ползти по нему, как по липкому болоту.. Гранит, оказалось, был твёрже, чем требовалось для такого трюка, но вообще-то и с ним можно было сладить. Лотар посмотрел вверх.
Скала почти отвесно уходила в серое низкое небо, клубящееся тучами. И в общем вполне можно было представить её ровной поверхностью, поддерживающей тело, не дающей ему соскользнуть вниз, в пропасть… Но что это?
Где-то очень далеко впереди — или высоко, если смотреть глазами обычного человека — виднелись ровные, как рисунок на блюде, слои другого цвета — желтоватого, синего и фиолетового. Они не переливались, они окружали скалу по периметру, почти как карниз, на котором путники сейчас стояли. Лотар отвлёкся от
Оказалось, что он отскочил от скалы и сидит на заснеженном камне, а в лицо ему заглядывают Сухмет и Ду-Лиа. Её волчьи глаза светились холодноватым, жёстким светом. И, не спрашивая её ни о чём, Лотар понял, что по камням он наверх не поднимется, просто не пройдёт эти трёхцветные ровные кольца.
“Нет так нет”, — решил он. Поднялся, снова подошёл к скале. На этот раз он пытался проверить, как близко подходит к поверхности скалы пробитый маленьким народцем ход. Ближайший из ходов оказался всё-таки слишком далеко, до него нужно было пробиваться почти три сотни футов.
Сухмет прочитал в его сознании то, что он обдумывал, и запаниковал:
— Нет, господин мой. Я не пущу тебя. Это верное самоубийство. Можно ползать по каменной поверхности, можно, меняя сознание, превращаться в родственный камню магимат. Но невозможно пройти через каменную толщу в несколько сот футов и уцелеть. Масса, которая будет давить на тебя, попросту раздавит слабое нечто, которое некоторые люди называют Лотаром.
— Но я уже раза два проходил через кладку, — попробовал возразить Желтоголовый.
— Если кто-то способен нырять в пруду, это не значит, что он может собирать жемчуг на дне моря.
Ди, который, без сомнения, тоже вычитывал основные идеи из сознания Лотара, кивнул:
— Мой учитель прав. Прошу тебя не спорить, учитель. Рубос и Азмир выглядели слегка ошарашенными. Они не понимали, что происходит.
Лотар провёл рукой по коротким волосам.
— Но что-то делать нужно? Может, устроим взрыв? Сухмет, ты ведь занимался пиромагией?
Сухмет поднял очи к горе, потом поправил ошейник и ответил:
— Ещё в Лотарии, господин мой, ты согласился, что будет лучше, если противник не сразу нас засечёт. А взрыв…
Он махнул рукой и отошёл к краю площадочки, на которой они ночевали.
Лотар присмотрелся к радужным слоям защитного поля на самом верху. Так, подлетать к замку следует слева, как будто промахиваешься мимо ворот локтей на триста. Потом чуть вниз и по горизонтали вдоль стены. Направо, наполовину расстояния, которое будет отделять летуна от ворот, и назад, в противоположном направлении. Потом утыкаешься в маленький тупичок, строго вверх и вперёд. Так, это он уже понял. Вот если ещё обезопасить себя хотя бы на время от возможных наблюдателей, которые, без сомнения, есть у ворот. Вот если бы он мог замаскироваться под что-нибудь знакомое им, обмануть хотя бы до тех пор, пока не получит возможность трансмутировать крылья в руки и вытащить меч… Впрочем, нет, если он прорвётся на дистанцию прямого боя, он, считай, выиграл. В таких крепостях не держат очень большого гарнизона, они всегда почему-то кажутся неприступными. Даже слугам Нахаба. Самонадеянность — порок, свойственный всему живому на этом свете. Лотар спокойно спросил: