Утечка мозгов
Шрифт:
– Да уж, – хмыкнул Никита. – Заставь дурака богу молиться…
– Чего? – не понял Генка.
– Да так, проехали, – ответил Никита и с сомнением посмотрел на бутылку пива в руках приятеля. – Дай все-таки хлебнуть, а?
…На крыше собралась довольно большая компания. Не все тут друг друга знали, да этого, в общем, и не требовалось, чтобы тусоваться в свое удовольствие. Кто-то умудрился притащить огромные колонки и даже потрепанный микшерский пульт. Под ломаный бит незнакомые ребята удивляли прочих хитрыми кульбитами
Особняком держалось небольшое стадо байкеров. На своих крепких «Stock», «MOD» «BMX» неулыбчивые длинноволосые парни держались лучше, чем на ногах. Это была особая каста, доступ в которую получить не так уж и просто: на пешеходов эти ребята смотрели свысока. Они знали цену собственным трюкам.
Никита подошел к бордюру и глянул вниз. У него немедленно закружилась голова, и он отшатнулся назад.
Сердце беспокойно заколотилось, ноги подогнулись, и он опустился на неровно постеленный рубероид крыши.
– Что, нервишки шалят? – хохотнул заметивший это Жорж.
Никита только криво улыбнулся в ответ.
О, как он мечтал стать такими же, как они, – ловким, не ведающим сомнений и страха! Чтобы, не раздумывая, прыгнуть на скейтборде на скользкий поручень лестницы или ловко залезть по балконам на крышу пятиэтажки! А упав и поднявшись, – снова и снова совершать головоломные трюки!
Он ничего этого не мог. Совершенно непреодолимый страх удерживал его в многочисленных попытках стать героем в глазах…
В глазах Кати.
Вон она, с интересом наблюдает за приготовлениями Жоржика – того, кто должен совершить нечто безумное – сигануть на своем навороченном «горном» байке через пропасть пятиметровой ширины. Ради этого события собрались здесь любители острых ощущений со всего района, и, конечно же, посмотреть на это пришла Катя.
Катю всегда возбуждали ребята, совершающие подобные безумства. У нее была слабость к потенциальным самоубийцам.
И именно поэтому она даже не посмотрит в сторону Никиты. А тот никогда не сможет совершить ничего подобного…
Но если бы она знала! Если бы она знала правду о нем! Она бы отдалась ему сразу и безропотно. Ведь то, что он скрывает – гораздо интереснее, опаснее и значительнее всех этих ребячеств!
Но она никогда не сможет узнать об этом. И Никита, стиснув зубы, будет тихо страдать дальше…
К Никите подошла Лиза. Та самая, с которой они когда-то сидели за одной партой. В восьмом классе их перераспределили. Но Лиза по-прежнему питала явную симпатию к Никите. Однако тому совершенно не нравилась неказистая конопатая девчонка со слегка раскосым взглядом. Что говорить – обычная история…
– Привет, – сказала Лиза. – А ты чего не в школе? Что-то на тебя это не похоже. Никогда не слышала, чтобы ты сачковал.
– А что я, лысый, что ли? – огрызнулся Никита. –
– Имеешь-имеешь! – ничуть не обиделась Лиза и уселась на рубероид рядом. – Так спросила. Просто удивилась, что ты сюда пришел…
– Удивилась… – буркнул Никита и вдруг успокоился. – А почему ты сама не думаешь об учебе? Неужели не собираешься никуда поступать после школы?
Лиза посмотрела на Никиту как на безумца и прыснула со смеху:
– Ты чего? Я – поступать?! Чтобы весь район меня дурой считал?
– Извини, я не хотел тебя обидеть, – пробормотал Никита. – О, смотри, Жорж прыгать собрался! Пойдем посмотрим?
Толпа зрителей колыхалась у края крыши, угрожая невзначай столкнуть вниз самых смелых, сидевших на ее краю, свесив ноги в пропасть. Внизу слышались сигналы патрульных машин: жильцы уже успели вызвать милицию, чтобы та разогнала слишком уж шумную компанию наверху.
Поэтому Жорж торопился. Он еще раз проверил импровизированный трамплин из досок, положенных одним концом на угол бордюра, и отъехал подальше для разгона. Затем поднял над головой руки в обрубленных на пальцах перчатках и прокричал:
– У-ху!!!
Зрители разразились криками и свистом. Колонки взревели музыкой. Катя довольно призывно выгнулась и послала герою воздушный поцелуй.
Жорж улыбнулся, перебарывая сковывающий тело ужас, и налег на педали.
Он разгонялся быстрее и быстрее – как обычно, когда он совершал такой прыжок над родным и таким близким асфальтом. Подобных прыжков он совершил сотни. И только треть из них была неудачной.
Неудачной…
Скорость все возрастала, и пропорционально ей рос страх. И наконец, перед самым трамплином, спрятанный в глубинах души сосуд со страхом взорвался. Сила, словно испарившись, мгновенно ушла из ног. И в последний миг, когда надо было изо всех сил раскручивать колеса, Жорж пронесся по инерции.
Под восторженный многоголосый крик он описал дугу над лежащим далеко внизу двором и…
…врезался колесом в угол бордюра крыши соседнего дома.
Его вопль потонул в криках зрителей – вольных и невольных, включая тех, что наблюдали происходящее снизу. Некоторые бросились вон с крыши, на помощь. Другие – быстро уносили аппаратуру, третьи вообще стремились поскорее исчезнуть с места происшествия.
…Над телом смельчака, пытаясь привести того в чувство, склонились милиционеры – «скорая» еще не успела подъехать.
А сверху на него смотрела Катя. С сожалением и… разочарованием.
Увиденное не успело еще уложиться в сознании Никиты, как завибрировал телефон в кармане его джинсов.
Пришла эсэмэска: «Домой! Папа зовет».
Никита нахмурился и посерьезнел. Опять предстояла работа. И ощущение предстоящего снова наполнило жизнь смыслом, а душу – уверенностью и решимостью.