Утраченная реликвия...

Воронин Андрей Николаевич

– Ну, положим, не двадцать, а шестнадцать, – поправил человек, назвавшийся куратором Юрия. – И потом, век живи – век учись.., – И дураком помрешь, – сказал Юрий. – Что надо?

Куратор аккуратно сбил пепел с кончика сигареты в пепельницу на приборном щитке и поправил на переносице темные очки.

– Прежде всего, выразить официальную благодарность за активное участие в возвращении национального достояния, – сказал он. – Вы здорово облегчили нам работу, Юрий

Алексеевич.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – проворчал Юрий.

Он понимал, что затевать драку с этим типом нельзя, но от этого кулаки у него чесались еще сильнее.

– Интересный вы человек, Юрий Алексеевич, – сказал куратор. – Ничего не понимаете, нигде не работаете, наследства не получали, а при этом имеете квартиру, две машины, гараж на чужое имя, фальшивые документы и вообще все, что пожелаете…

– Так бы и сказали, что вы из налоговой, – заявил Юрий. – А то куратор какой-то… Живу экономно, вот на все и хватает. Кстати, никакого Иванова я не знаю, и никаких фальшивых документов у меня нет. С этими сказками идите на телевидение, в передачу «Спокойной ночи, малыши!»

– Им сильно урезали эфирное время, а нам с вами предстоит долгий разговор. И долгие, долгие годы плодотворного сотрудничества…

– Вряд ли, – сказал Юрий.

– А вы не зарекайтесь, Иван Иванович. Впрочем, выбор за вами. Вместо долгих лет плодотворного сотрудничества вы можете получить не менее долгий срок за решеткой. У нас в департаменте хранится кассета с видеозаписью ваших подвигов, так что, повторяю, решать вам.

В случае вашего согласия мы готовы закрыть глаза и на ваши фальшивые документы, и на незаконное хранение огнестрельного оружия, и на убийство этого Аверкина, и на многое, многое другое. В том числе и на то, откуда у вас берутся деньги на жизнь.

Юрий задумчиво побарабанил пальцами по рулю и бросил мимолетный взгляд на бульвар. Он думал, что Светловы давно ушли, но оказалось, что это не совсем так: Лиды с коляской действительно не было видно, зато Дмитрий стоял на прежнем месте и, глядя прямо на Юрия, с кем-то разговаривал по мобильному телефону, Юрию показалось, что Светлов едва заметно ему подмигнул, но он стоял слишком далеко, чтобы что-то с уверенностью утверждать. Впрочем, если даже он и подмигнул, то что с того? Толку Юрию с его подмигиваний…

– Идите к черту, – сказал Юрий. – Ничего у вас на меня нет, не пудрите мне мозги. И вообще, я непригоден к строевой службе. Да и стар я уже для ваших игр…

– А для зоны? – осведомился куратор.

Зуд в кулаках усилился, но Юрий сдержался.

– От сумы да от тюрьмы не зарекайся, – ответил он. –

В зоне тоже люди живут.

– И тоже по-разному – кто-то мало и хорошо, а кто-то долго и очень трудно.

Рядом остановился мотоцикл – большой, блестящий, очень похожий на «Харлей», но не «Харлей», а какой-то другой. Верхом на этом железном звере сидел щуплый парнишка, с головы до ног затянутый в черную кожу, в огромном черном шлеме с черным же забралом, полностью скрывавшим лицо. Он стоял рядом с машиной Юрия, даже не думая глушить двигатель, и словно чего-то ждал.

– Дешевка, – сказал Юрий. – Что это еще за эскорт?

– Понятия не имею, – ответил куратор. – Обыкновенный байкер. Может быть, сигаретку хочет у вас стрельнуть.

– Так я вам и поверил, – сказал Юрий.

Байкер повернул голову в его сторону и поднял забрало шлема. Оказалось, что это никакой не парень, а девушка, более того – знакомая девушка. Темных очков на ней сегодня не было, и Юрий убедился, что Светлов не врал: глаза у нее были действительно карие и очень выразительные.

Он спокойно вынул ключ из замка зажигания, спокойно открыл дверцу и совершенно спокойно встал, мимоходом отметив, что номерной знак на мотоцикле отсутствует.

– Эй, вы куда это? – забеспокоился куратор, перегнувшись через водительское сиденье и поблескивая на Юрия темными стеклами очков.

Филатов не ответил. Он пинком закрыл дверь, перешагнул через мотоцикл и опустился на удобно изогнутое кожаное сиденье с блестящими стальными заклепками.

– Куда? – спросила Гангрена через плечо.

– Да что вы все пристали – куда, куда? – сказал Юрий, осторожно кладя руки ей на талию и ставя одну ногу на подножку. – Откуда я знаю – куда? А впрочем, пожалуй, знаю. Давай-ка в аэропорт.

– Заметано, – сказала Гангрена, опустила забрало шлема и дала газ.

Мотоцикл сорвался с места так стремительно, что Юрий чуть не вылетел из седла. Тугой встречный ветер взметнул у него за спиной полы куртки, рванул волосы и набился в рот – казалось, его можно было жевать.

Юрий повернул голову назад и успел увидеть свою серую «Вольво» и стоявшего рядом с ней человека в сером костюме – куратора. Глядя Юрию вслед, он что-то кричал в трубку мобильного телефона, а может быть, рации – Юрий не разглядел, потому что Гангрена круто свернула в переулок, и бульвар с брошенной на нем машиной, куратором и изобретательным Димочкой Светловым моментально скрылся из виду.