Утрата
Шрифт:
— Патрик?
Он не ответил. Сибилла увидела, как босые пятки взлетели на постель, и в следующий миг дверь открылась. В комнату вошли босые волосатые ноги.
— Ты спишь?
— Ммм…
— Уже начало двенадцатого.
Неожиданно раздался жужжащий звук, и на стол выползла запоздавшая страница.
— Что это?
Покрытые темными волосами ноги подошли ближе. В следующее мгновение прямо перед ее носом приземлилась джинсовая куртка Патрика. Ей было слышно,
— Да так, ничего особенного.
— Почему ты спишь в одежде?
— Я не сплю, просто прилег.
— Вот как. А что ты распечатываешь?
— Просто роюсь в Интернете.
Несколько мучительных секунд тишины.
— Я пойду еще посплю. Ты будешь дома или как?
— Не знаю. Посмотрю.
— Позже десяти не задерживайся. И звони, чтобы я знал, где ты.
Она слышала, как Патрик вздохнул. Ноги развернулись было, чтобы выйти, но потом снова остановились.
— Это что за рюкзак?
Сибилла закрыла глаза. Патрик слишком долго тянул с ответом.
Ты же его нашел! Украл! Что угодно!
— Это Виктора.
Еще лучше.
— А почему он здесь?
— Он забыл его в школе, а я пообещал, что заберу.
Ноги снова двинулись к дверям.
— Ладно, позже увидимся. И не забудь, что ты обещал маме убрать у себя к ее возвращению.
— Ммм…
Дверь наконец закрылась. Под кровать заглянула перевернутая улыбающаяся физиономия.
— Что, испугалась? — спросил он шепотом.
Она вылезла из укрытия.
— У тебя дверь не запирается? — тоже шепотом спросила она, стряхивая пыль с живота.
Сидя на кровати, он изучал бумагу, которую ему удалось скрыть от отца. Она следила за ним взглядом.
Охота на убийцу.
Какое-то время он выглядел задумчивым, а потом поднял глаза на нее:
— Я знаю, что нужно делать.
Она не ответила.
— Сама подумай. Полиция разыскивает только тебя. А кто будет искать настоящего преступника?
Понятия не имею.
— Ты что, не понимаешь? Это должны сделать мы. Мы должны сами найти убийцу.
~~~
Сначала она просто рассердилась. Направилась к двери, прихватив по пути рюкзак, но, взявшись за дверную ручку, заколебалась.
У нее не хватало мужества выйти. Пока не хватало.
Она снова поставила рюкзак и глубоко вздохнула.
— Патрик, это не игра, — произнесла шепотом.
— Я понимаю, но ты можешь предложить что-нибудь лучше?
Отпустив дверную ручку, Сибилла повернулась к нему. Наклонившись, он стал собирать листы бумаги, которые она разбросала. В конце концов она начала ему помогать. Сложив бумагу
— Ну и как ты себе это представляешь?
Он тут же наклонился к ней.
— Слушай. Полиция разыскивает только тебя. Вот и хорошо, а мы постараемся найти настоящего убийцу.
— Как? Нам же ничего не известно.
Откинувшись назад, он посмотрел ей в глаза:
— Пообещай, что не рассердишься.
— Как я могу пообещать тебе это?
Он колебался. Ее любопытство росло: что же он может сказать такого, из-за чего она должна рассердиться?
— Моя мама работает в полиции.
Она уставилась на него во все глаза. Он сидел не шевелясь. Она физически чувствовала, как до нее доходит смысл сказанного, заставляя кровь в жилах бежать быстрее.
Встала.
— Мне надо уйти отсюда. Посмотри, чтобы там никого не было.
— Подожди.
— Давай, Патрик.
Голос ее прозвучал угрожающе громко, и он сделал то, что она требовала. Сначала приоткрыл дверь и выглянул, потом распахнул дверь настежь.
Взяв рюкзак, она прошла мимо.
— Ну выслушай меня!
Она быстро шла по тротуару, он бежал сзади в шаге от нее. Завернув за угол, она оказалась на Фольккунггатан. Не будет она его слушать. Мама работает в полиции! Пригласил ее прямиком в осиное гнездо. Резко остановившись, она повернулась к нему. От неожиданности он наскочил на нее.
— Как ты думаешь, что было бы, если бы твоя мама вернулась домой?
Она по-прежнему чувствовала, как по телу растекается адреналин.
— Но она же на курсах!
Посмотрев на него, она покачала головой. Он слишком молод для того, чтобы что-то понимать. Что она от него хочет?
— Ты не понимаешь, что речь идет о моей жизни? Твоя мама могла заболеть и вернуться домой раньше. Да что угодно. А я вот она, сижу как идиотка. Или, может, ты этого и хотел?
Он отошел немного назад, остановился и посмотрел ей в глаза:
— Ну ладно, иди и спивайся, если так тебе лучше.
Злость внезапно прошла. У нее появился единственный друг, а она его чуть не потеряла. Когда они выходили, он не успел надеть куртку и теперь стоял, обхватив себя руками и пытаясь согреться.
У нее не было сил на то, чтобы думать. Все и так ужасно, а сейчас ко всему прочему добавилось еще и что-то вроде ответственности за этого юного следователя. Кто знает, что он может натворить, как только она исчезнет из поля зрения? Сама виновата. Не надо было его втягивать.