Узник зеркала
Шрифт:
— Красота не вечна.
— Бывают исключения. В любом случае, почему бы вам не принять мое предложение, мисс Хаксли? Это далеко не самый худший сценарий вашего будущего.
— Вы предлагаете мне мезальянс, ваше общество никогда меня не примет, — уверенно сказала Оливия, скрестив пальцы на коленях, точно монашка. Во взгляде Колдблада промелькнуло скучающее выражение.
— Если это ваша забота, то я могу вас успокоить. Я не выхожу в свет и не устраиваю приемов, в моем доме не появляются посторонние: только слуги. Если вы согласитесь на мое предложение,
— Совсем никаких приемов?
– недоверчиво переспросила Оливия, чувствуя, как последняя фраза неприятно уколола ее.
– Что я буду делать в вашем поместье?
— А что вы делаете здесь? В городе мне сказали, вас часто видят в округе с книгой в руке, возможно, вам будет интересно узнать, что библиотека в Колдфилде по количеству экземпляров превосходит королевскую и уступает разве что университету Винтерфилда, и, помимо прочего, в моих владениях с десяток по-настоящему редких томов, которые многими историками считаются давно утерянными, например, полная коллекция Реверенуса. Вы будете свободны от домашней работы, а значит, сможете посвятить себя постижению мудрости древних.
Оливия научным томам предпочитала истории о дальних странствиях, биографии путешественников и поэзию, но полная коллекция Реверенуса даже в ней разожгла интерес. Если граф говорит правду…
— И моя семья?..
— Не будет ни в чем нуждаться, — заверил лорд Колдблад, не сводя с нее внимательных глаз. — У меня есть лишь одно условие. Вы не покидаете пределов владений.
— Никогда?
— Никогда.
— А если я захочу навестить родных?
— Никогда, — повторил он.
— Почему?
— Считайте это ценой, которую придется заплатить за новообретенный рай. Вы обещаете мне подумать?
— В этом нет нужды. Я приняла решение. Я согласна.
Граф не выразил ни радости, ни оживления. Он поднялся с кресла, но лицо его так и осталось окаменевшим, будто он видел полотно судьбы еще до своего прихода и не сомневался в результате. Нет, он не влюблен в меня, разочарованно подумала Оливия, до этого момента все еще пребывавшая в уверенности, что граф околдован ее красотой, пусть сам он это отрицал.
— Рад это слышать. В таком случае, я пришлю сюда завтра своего распорядителя. Мы можем обвенчаться в местной церкви.
— Вы не поцелуете невесту, как велит обычай? — игриво улыбнулась Оливия, тоже поднимаясь на ноги и оправляя платье.
Ей нужно было чувствовать свою власть над ним. Оливия ощущала себя неуютно, если не находилась у руля, а тут вожжи с самого начала держали чужие руки. Все, что она сказала, теперь казалось ей юношеским вздором, и они корила себя за это, и за страсть к эффектным зрелищам. Не обращайся с ней граф с таким пренебрежением, не говори с ней с таким галантным равнодушием, ей бы, возможно, и в голову не пришло принять его предложение. Но все внутри отчего-то взбунтовалось, хотелось взбаламутить воды, хотелось хотя бы небольшого реванша, и она кинулась вниз с обрыва раньше, чем успела
К ее разочарованию, внезапная смена тактики не обескуражила лорда Колдблада. Он взял ее голову в ладони («Господи, надеюсь, я не выгляжу нелепо с примятыми локонами», забеспокоилась Оливия) и поцеловал ее так, будто ставил печать в документе. Холодно, постановочно, оставляя на губах привкус металла. Да и не поцелуй это был вовсе, поняла вдруг Оливия, нет — это было укрощение.
— С нетерпением жду нашей следующей встречи, — сказал граф, целуя воздух над ее ладонью. Оливия сдавленно кивнула, разворачиваясь спиной. Позади с шумом захлопнулась дверь.
Оставшись одна, она медленно опустилась на потертый ковер перед холодным очагом и поджала под себя ноги. Она чувствовала себя так, словно только что ее, как бабочку, сжали в кулаке и медленно стискивали пальцы, а потом вдруг резко раскрыли ладонь и отбросили прочь. Она хотела презирать лорда Колдблада, но вместо этого внутри нее были лишь злость на себя и страх. Внутренняя сила графа гнула чужую волю, точно на кузнечной наковальне, и Оливия не могла с ней тягаться. Он обвел ее вокруг пальца, этот человек. Каким-то непостижимым ей образом он обвел ее вокруг пальца.
========== Глава 2 ==========
Узкая каменистая дорога петляла между склонами холмов-близнецов и крюком огибала высокую земляную насыпь. Вдоль дороги росли кусты дикой ежевики. Обындевевшие ветви напомнили Оливии тонкие ребра, фантазия дорисовала стволам позвонки. Чем дальше они отъезжали, тем ощутимее в воздухе пахло запустением, будто они вторгались не в графское имение, а в мифическое царство мертвых.
Оливия поежилась и, откинувшись на спинку, закрыла глаза, слушая, как поскрипывают рессоры. Лорд Колдблад сидел напротив с бесстрастным лицом, не выражая желания вступать в разговор. За все венчание он не сказал больше, чем было необходимо для совершения обряда.
Хотя Оливия держала руки в муфте — свадебном подарке матери — она чувствовала, как холод добирается до ее пальцев. Неужели это меня колотит дрожь? — гадала она. Или все дело в плохо прогретом воздухе экипажа?
— Холодно, — вслух заметила она.
Ей показалось, у графа открылись вторые глаза. Его взгляд, устремленный в одну точку — вероятно, внутрь себя, — в одну секунду стал осознанным, хотя выражение лица не изменилось.
— В Колдфилде всегда холоднее, чем в его окрестностях. Этим отчасти и оправдывается название.
— Нам еще долго ехать?
— Нет. Чуть больше часа.
— Я так устала. Что мы будем делать, как приедем?
— Слишком много вопросов, Оливия, — Колдблад прикрыл глаза. — Мой ответ не сократит время твоего ожидания. Тебе стоит научиться терпению.
— Ваш ответ добавит ситуации определенности, а вам доставит явно меньше неудобств, чем эта нравоучительная реплика, — передернула плечами девушка. — И кстати, раз вы теперь мой муж, зовите меня Лив. Все близкие называли меня только так.