Узурпатор
Шрифт:
Прошло много времени, прежде чем Кугал сумел собрать последние остатки сил, и над водой прогремел его трансментальный голос: «Жди меня, Брат!»
И раздался мысленный ответ:
«Так вот ты где!..»
Скорбные фантазии развеялись, и Кугал вновь ощутил ужас. Он недвижно стоял, потрясение взирая на зарево на далеком морском горизонте. Теперь это был не жемчужный мираж, а зеленое, будто свет криптоновой лампы, сияние, режущее глаза и быстро набирающее яркость. Из светового пятна исходил трансментальный голос, изрыгающий в эфир грязную брань, обращенную на приватной волне к
«И какого же хрена ты прячешься в базальтовом ущелье, где только лягушки сношаются, а не выйдешь на открытое место, чтобы я мог тебя обнаружить? Мы услышали твой крик о смерти Фиана из самой Афалии!»
Из светящегося марева материализовался облаченный с головы до ног в светящиеся аквамариновые латы рыцарь-тану, восседающий на громадном халике, и плавно опустился на землю.
— Селадейр? Это ты? — Голос Кугала сел до сиплого шепота.
— Я, конечно, несчастный ты недоумок, дерьмовая твоя башка. Кто же еще? Я единственный из оставшихся левитантов, способный нести с собой другого. Если не считать, конечно, этого маленького золоченого засранца да ренегата Танна. Только уж они-то вряд ли явились бы спасать твою задницу!
— А я думал… мы с Фианом думали, чтя остались одни. Что больше никто не уцелел.
Свирепое старческое лицо с седыми бровями насупилось. Селадейр Афалийский провел неумелый психокорректорский зондаж пошатнувшегося сознания своего соплеменника.
— Великая Богиня, что за чушь! Но, учитывая твое состояние, подобные мысли меня не удивляют. Нам удалось спасти и других уцелевших, кто оказался в Авене или на европейском берегу. Скажи мне во имя Таны, как вас угораздило очутиться в Африке?
Но Кугал не ответил. Он потерял сознание.
Старый афалийский герой излил свое сочувствие в новом потоке брани. Далеко в море он заметил рыбачью лодку и заключил ее в пламенный шар психогенного погребального костра. Пропев для мертвого близнеца Песнь, он взвалил живого на широкий круп халика позади себя и поднялся в воздух.
12
Элизабет вышла из медитативного состояния и улыбнулась.
— Я рада, что его в конце концов спасли. Бедняга. Только подумать, что они с братом считали себя последними тану, оставшимися в живых…
Крейн не смог удержаться от мысли: «Я помню, что кое-кто тоже приходил в отчаяние от одиночества».
— Теперь я знаю, насколько была не права. — (Сомнение, притаившееся в глубине сознания Элизабет, оставалось далеко за пределами возможностей восприятия Крейна.) Параврачеватель-тану протянул через стол длинную руку и налил им обоим еще по чашке кофе. Где-то над вершинами Монтени-Нуар грохотал гром. Снова пошел дождь, и вскоре через небольшие окна со свинцовыми переплетами стало невозможно разглядеть, что творится снаружи.
— Помимо Куллукета, — заметил Крейн. — Кугал Сотрясатель Земли — единственный из уцелевших членов Высокого Стола, принадлежащих к потомству Нантусвель.
— Я полагаю, Селадейр положит Кугала в Кожу и постарается вылечить его, дабы тот мог пополнить ряды непримиримой оппозиции. В конце концов, если способности второго лорда Гильдии Психокинеза восстановятся, он
— Шансы невелики. Целительная сила Кожи зависит не только от искусства лекаря, но и от собственной воли пациента. А Кугал лишился половины своего разума. Врачевателем у Селадейра состоит Бодуругал, он достаточно компетентный врач, но мне кажется, что и сам Дионкет не смог бы добиться полного исцеления Кугала. Даже при наиболее благоприятном исходе он пролежит несколько месяцев.
— Способность Кугала к телепатическому проецированию мыслей была почти на нуле, — сказала Элизабет. — Я и представления не имела, что близнецы находятся в Африке, пока прошлой ночью Кугал не испустил жуткий крик.
Прогремел гром, одновременно сверкнула вспышка, и в четвертый раз за этот ненастный вечер в охотничий домик на Черной скале ударила молния. Не причинив никакого вреда, электрический разряд ушел по громоотводу в землю.
— При таких атмосферных возмущениях, — заметил Крейн, — удивительно, что ты вообще способна достигать Африки трансментальным взглядом. Я проверяю свое ментальное видение и обнаруживаю, что дальше Амализана оно не распространяется. Впрочем, я ведь не Великий Магистр.
Элизабет улыбнулась и отставила свою чашку.
— Да, ты не Великий Магистр, но пришло время обучить тебя некоторым специальным приемам, которые повышают уровень трансментального восприятия. Ты сумеешь справиться с фильтрацией статических помех, надо только потренироваться.
Элизабет объяснила Крейну, как нужно действовать. Пока его блуждающий трансментальный взгляд пытался пробиться через ионизированную грозовую атмосферу, она помогала ему, усиливая и корректируя его метапсихические импульсы.
Наконец Элизабет сказала:
— Довольно.
Крейн откинулся на спинку кресла; на его не подвластном старению серафимоподобном лице выступил пот.
«Да… я понял. — В его мысленном голосе не чувствовалось оптимизма.
— И еще я понял, сколь многому мне предстоит научиться, прежде чем я смогу стать для тебя достойным помощником».
«Выпей-ка еще кофе, — предложила Элизабет. — Это помогает. Какая большая удача, что в плиоцене так хорошо растет кофейное дерево!.. Но если серьезно, то оказать мне реальную помощь ты можешь уже сейчас. Я все еще не так сильна, как прежде, в Галактическом Содружестве. Даже простое удержание в фокусе очень удаленных объектов стоит мне огромных усилий. Если ты присоединишься ко мне во время наблюдений, то придашь дополнительную силу моему ментальному зрению. К тому же ты можешь заметить какие-то подробности, которые я пропущу».
«Понимаю. — На минуту сознание Крейна умолкло, занятое собственными мыслями. — Моя помощь увеличит шансы обнаружить Фелицию?»
Элизабет нахмурила лоб. В сознании обоих появился образ Девушки-Ворона, отчетливый и зловещий.
«Крейн, я не знаю, что нам с ней делать. Она ужасно опасна! Никто в Галактическом Содружестве не обладал такой психогенной и психокинетической мощью. Насколько я знаю, никогда прежде в одном человеке не концентрировался потенциал физического разрушения такой силы».