Шрифт:
Эпиграф
..."бывает..." - меланхолично произнес дядюшка Юлиус...
(А.Линдгрен.Малыш и Карлсон)
Еще один страшный рассказ. Какой по счету не знаю уж, сбился.
Узурпатор
Не знала Настасья Викулишна, каким лохматым боком
Прошло 2 месяца с момента приобретения плюшки.
Настасья Викулишна упрямо вытирала пол за щенком, который, надо сказать, прудил себе вполне уже ничего – все-таки 5 месяцев. На улицу его не пускали потому что: а) знакомый собачник сказал, что до 6 мес выпускать на улицу нельзя (а наша героиня сразу слепо доверилась сему суждению, потому как у этого «знатока» собак был очень большой опыт по выращиванию щенков различных пород);
б) на улице гуляли «СТРАШНЫЕ, ВЗРОСЛЫЕ, БОЛЬШИЕ СОБАКИ, КОТОРЫЕ МОГЛИ ПОГРЫЗТЬ ЕЕ МАЛЕНЬКОГО ЩЕНКА».
Маленький щенок был совсем не маленьким. Принадлежал он от рождения к породе … а впрочем, придумайте сами. Прошел еще месяц. Первым человеком, который написал Настасье Викулишне записку (кинув в почтовый ящик) была ее дочь. Записка была написана до безобразия лапидарно: «Воняет. Не целую. Не Дочка». Ну не любит человек собак, подумала Настасья Викульевна и села дальше дошивать пальто для четвероного друга, так как предстоял первый выход на улицу, а на дворе стоял холодный месяц март. (Как говорится, марток – надевай семь порток).
Прошло два дня. Домой заявился не очень трезвый сын, но который был одет в очень дорогую курточку и не очень дешевые джинсы. Щенок так обрадовался приходу любимого друга (в состоянии подпития сын часто играл с собакой чуть ли не лежа на полу), что от восторга влепил все четыре отпечатка лап (нагадил дома, убрать не успели, вот и вляпался в свое же – а тут дружбан – почти иногда собака) ему по всей дорогостоящей оболочке. Молодой человек инстинктивно топнул на него ногой и еще заорал нехорошим голосом. Пес сделала вид, что обиделся на столь некультурное отношение и побежал жаловаться Настасье Викулишне.
Сын молча выслушал множество обвинений в садизме, эгоизме, фашизме и еще многих всяких «..измов», после чего собрал вещи и ушел. Победитель разлегся на кровати перед телевизором и, вальяжно махнув ушами, пригласил свою хозяйку прилечь рядом.
Настасья Викулишна легла.
Поплакалась ему в мохнатую манишку. Потом обняла мохнатую морду и стала смотреть телевизор. Шла программа про дрессировку собак. Ей это сразу не понравилось, собаке тоже.
Уже в торговом центре, что на улице №.., Настасья Викульевна узнала, что есть
Мясо из домашнего рациона пришлось исключить, так как незгрызаемые пульты все-таки сгрызались. Не так быстро, конечно, как обыкновенные, но…
С отсутствием в домашнем рационе мяса очень резко не согласился муж
Настасьи Викульевны. Мясо ему было необходимо для: а) он занимался тяжелым физическим трудом и отдавал всю (почти) зарплату Настасье Викулишне;
б) а ту, которою не отдавал, он вечерами целенаправленно пропивал, причем без мясной закуски употреблять алкоголь он не мог, так как был пьяница потомственный, а не так себе без роду и племени с подворотни…
Однажды вечером, не узрев возле бутылки любимой «беленькой» положенные ему две котлеты, он узрел мохнатую, наглую, чавкающую харю которая, дохомячив остатки закуски, смачно дыхнула ему в лицо чесноком. И радостно лизнула, так как до этого и не подозревала, что сей член семьи может и внимание обратить. Член внимание обратил. Пес побежал жаловаться Настасье Викулишне. Член плюнул и ушел за добавкой, решив не связываться с обоими.
Он не вернулся.
Пенсия была маленькая, но на собаку хватало. Квартира, предназначенная для проживания 4-х человек, превратилась в однокомнатную для проживания одного человека.
Настасья Викулишна жила на кухне. Собаку на улицу она не выводила, напуганная раз и навсегда: а) рассказами соседки по лестничной площадке (у той собачку на улице бродячие псы покусали зверско с особым цинизмом);
б) средствами массовой информации, где регулярно сообщалось о супер бойцовых собаках, которые жрут исключительно больших, мохнатых… сами придумайте, что за порода.
Однажды Настасья Викулишна робко выглянула из кухни – собачка в коридоре отсутствовала. Крадясь вдоль стенки к туалету, она не боялась его – нет, она боялась нарушить послеобеденный сон любимого сыночки. Громкая зевота с последующим богатырским рыганьем донесла информацию до Настасьи Викулишни, что зверек проснулся ее любимый. Любимый вышел в коридор и увидел робкую тень возле стенки. Миски в руках у тени не было. Собачка, по свойственной псовым привычке, недоуменно (и полуиспуганно – щенок еще) гавкнула. Тень вжалась в стенку. Ободрившись испугом противника, восьмимесячный …. (вставить можно любую, опять таки, породу)
ринулся на проверку и с ходу прикусил за рукав халата. Нутро халата отреагировала по свойственной «человекам обыкновенным» привычке: резко отдернуло руку. Пес возликовал! Ба, да оно боится! Никогда в жизни он не испытывал такого кайфа! О том, ЧТО он рвет и грызет, пес не думал. Собакам вообще не свойственно думать в такие моменты. До этого могут думать. Потом, да, тоже могут. А так у них работает непосредственно только челюсти и кусочек мозга. Если он есть, конечно.
<